Ледяная цитадель - Павел Корнев

Стоп!

Это как – никаких дел не запланировано?

Во-первых, надо обязательно в «Ширли-Муры» заскочить, с Гороховским потолковать. А во-вторых, не могу же я просто взять и умотать из Форта! У меня одних денег в обороте тысяч двадцать золотом крутится!

И как быть? Если пропаду хотя бы на месяц, останусь у разбитого корыта. За деньгами постоянный пригляд нужен. Моя «крыша» в этом плане точно не помощник, у них и своих дел хватает, да и не стоит все яйца в одну корзину складывать. Как ни крути, а рычаги воздействия на жуликов отсутствуют.

Ну и куда кинуться? Центральный городской банк под Торговым союзом, там ничего не светит. А под управление какой-нибудь частной лавочки капитал передавать страшно. Если только…

А ведь придется с Георгом Марковым потолковать! Уж сколько он меня вложиться в производство колючей проволоки зазывал, а тут сам приду. То-то удивится.

Несмотря на ранний час, Марков оказался на месте: зарывшись в стопки каких-то чертежей и спецификаций, он сидел в арендованной каморке на втором этаже соседнего офисного здания, пил кофе и беспрестанно курил. Лет новоявленному предпринимателю было далеко за сорок, но уволился из Дружины Георг вовсе не по состоянию здоровья. Нет – увидел шанс начать свое дело и пошел ва-банк. Бывает и такое.

Называлась его контора, кстати, не абы как, а «Змеи Лаокоона».

«Змеи Лаокоона». Колючая проволока, метизы, крепежи…

Метизы?! Крепежи?! Очень интересно.

– О, Евгений Максимович! – удивился Георг. – Какими судьбами?

– Да вот решил узнать, как у вас дела обстоят. – Я уселся на стул и не удержался от подначки: – Не задушил вас еще Торговый союз, как те змеи Лаокоона со товарищи?

– Андрей, иди погуляй пока, – распорядился Марков, и что-то увлеченно чертивший на ватмане молодой парень, отложив карандаш, вышел в коридор. Георг убрал пепельницу на подоконник и прищурился. – Нас так просто не задушишь. А ты с какой целью интересуешься?

– Ты рассказывай, рассказывай, – не стал я объяснять причину своего интереса.

– А чего рассказывать? Производство в стадии запуска. Цех отремонтировали, отопление наладили, пробную партию колючей проволоки выпустили.

– С заказами что?

– Заказов полно, – без особой, впрочем, радости заявил Марков.

– А в чем подвох?

– Дружина промзону обустраивает, мы «егозу» и сопутствующие материалы поставляем. Загрузка оборудования хоть и не полная, зато спрос стабильный.

– Дай угадаю, – задумался я. – Работаете на давальческом сырье, и живых денег вам не платят.

– Так и есть. Но цех в собственность оформили, и на охрану тратиться не приходится. С коммунальщиками опять-таки зачеты проводим.

– А своей оборотки нет…

– Думаешь, от хорошей жизни метизами заняться решили?

– И какие перспективы?

– Как с промзоной закончат, за ремонт городской стены примутся, – вздохнул Георг. – Если хорошо себя зарекомендуем, Торговому союзу придется потесниться. Правда, в этом случае установка для серебрения колючей проволоки понадобится. Но это когда еще будет!

– А оборотка сейчас нужна. Понимаю, – усмехнулся я. – И сколько?

– Тысяч пятнадцать на первое время.

– Вся сумма сразу?

– Нет, зачем? Пару месяцев эти деньги осваивать будем.

– Ясно, – кивнул я. – Допустим, у меня есть пятнадцать тысяч. На какую долю в деле могу рассчитывать?

– Двадцать пять процентов отдам. Устраивает?

– Пожалуй, да.

Устраивает? Скажем так, на безрыбье и рак рыба.

– Когда окончательно определишься? – уточнил Георг.

– А чего тянуть? Есть у вас нотариус где-нибудь поблизости?

– Есть, – несколько растерянно подтвердил Марков.

– Пошли оформляться тогда. Мне из Форта сегодня-завтра придется уехать, я тебя своим представителем по всем незакрытым сделкам назначу. Пятнадцать тысяч за месяц точно набежит, будут излишки – отложи.

– Лихо ты.

– Да, я такой…

В итоге до «Ширли-Муры» получилось добраться только за час до встречи с Федором. Перебежав через Красный проспект, я поднялся на крыльцо кабака и распахнул тяжелую дверь. Привычно поморщившись из-за разбежавшихся по зеркальным стенам отражений, подошел к узенькому окошку гардероба, сунул скучавшей там тетке куртку и повернулся к уже открывшему рот охраннику:

– Да знаю, что с оружием нельзя, знаю.

– Воспользуйтесь сейфом, будьте добры, – попросил тот.

– Само собой. – Я забрал у гардеробщицы бирку, сунул жезл «свинцовых ос» в один из вмонтированных в стену пистолетных ящичков и спрятал ключ в карман.

– Вы позволите?

И, не дожидаясь ответа, охранник принялся водить рядом со мной жезлом сканера.

– Да на здоровье, – фыркнул я и уставился на свое отражение.

То ли кажется, то ли и в самом деле седины прибавилось. Щетина так и вовсе через одну седая. И физиономия осунулась. А всего-то сутки на осадном положении. Нет, так меня надолго не хватит.

– Проходите, – разрешил закончивший возню со сканером парень.

– Премного благодарен, – съязвил я и направился в зал.

Остановился на пороге, но не углядел ни одной знакомой физиономии и направился к бару.

Вот за что не люблю «Ширли-Муры» помимо собирающегося тут контингента, так это за мозолящую глаза эклектику. На окнах изукрашенные золотыми и красными китайскими драконами занавеси, лампы под потолком изначально предназначались для бильярда, а столы и вовсе все до одного разные. Стулья тоже не в едином стиле выдержаны.

Впрочем, какой еще стиль?

Любые намеки на стиль гарантированно убивались чудовищной позолоченной барной стойкой.

Плюсов у заведения было ровно два: отменное пиво из Ключей и красивые официантки. Вот только я человек непьющий, а связываться с местными девушками себе дороже.

– Привет, Евгений, – выскочил из отгороженного от общего зала кабинета управляющий и убежал на кухню.

– И тебе, Денис, привет, – рассеянно кивнул я вслед светловолосому крепышу и огляделся по сторонам, раздумывая, куда упасть.

– О, какие люди! Евгений Максимович! Заходи.

Заметивший меня в приоткрытую дверь Константин Арабов пригнулся, чтобы не удариться бритой налысо головой о притолоку, и вышел из кабинета в зал.

– Физкульт-привет! – поздоровался я с бессменным чемпионом Форта по боксу. – Я б зашел, да у меня дела здесь…

– Какие могут быть дела в… – боксер посмотрел на серебряные наручные часы, потом перевел взгляд на меня, – в час дня? Заходи.