Темные времена - Дем Михайлов

Хозяйским взглядом окинув поле работ, отец Флатис удовлетворенно хмыкнул и велел остановиться.

Слава Создателю! К тому времени я почувствовал себя вконец измотанным. Поразительно — священник старше меня вдвое, но работал наравне и даже не запыхался. Завистливо покосившись на отца Флатиса, я обессиленно выпустил кирку из рук и опустился на холм свежевыкопанной земли.

— Стефий, тащи жаровню, молотый цветок Раймены да пару углей из печи прихвати по дороге, — распорядился священник, не выказывая ни малейших признаков усталости.

Понятливо кивнув, Стефий со всех ног помчался к жилой постройке. Проводив его одобряющим взглядом, отец Флатис повернулся ко мне и добродушно изрек:

— Старательный отрок. Все на лету схватывает. В любое дело душу вкладывает.

— Угу, — ответил я, стараясь восстановить сбитое дыхание.

— Никак запыхался? — насмешливо спросил священник.

— Есть немного, — честно ответил я.

— Благое дело всегда трудно, но воздается сторицей, — нравоучительно сказал отец Флатис.

— Что-то у вас усталости не заметно, святой отец, — рассмеялся я. — Видать, благие дела для вас привычны. Вот как мы поступим. Сегодня Древин должен закончить с конюшней. Завтра я смогу выделить на постройку церкви несколько человек. Главное, вечерком поговорите с мастером о церкви — размеры, высота стен и прочее. Единственная просьба — не надо замахиваться на трехглавый каменный собор с золотыми колоколами.

— Какой собор, сын мой. Какие колокола! — обрадованно всплеснул руками священник. — Нам и деревянная церквушка сойдет за милую душу! Сегодня обряд освящения проведу, а завтра с помощью Создателя и фундамент заложим.

— Вот и хорошо, отец Флатис, — сказал я и, с трудом разогнув спину, поковылял к пещере.

На сегодня хватит с меня благих дел, а то завтра и с постели не поднимусь. Пусть Рикар делает что хочет, а на занятия с мечом я не пойду. Пущай молодежь гоняет. Предводитель я или нет, в конце концов? Рявкнуть на Рикара разок — и всего-то делов. Но не тут-то было…

…Обессиленно выронив учебный меч, я тяжело опустился на землю и, утирая взмокшее лицо рукавом рубахи, прохрипел:

— Все. Больше не могу.

— Можете, господин! — рявкнул здоровяк, уперев кулаки в бока. — Всего ничего позанимались. Вон, посмотрите, как баронесса с мечом управляется!

— Ну и с склирс с нею, — злобно буркнул я, взглянув в указанном направлении.

Да. С мечом баронесса обращалась на диво неплохо, успешно тесня противника, в котором я узнал давнего обидчика Стефия. Парень ожесточенно оборонялся, но попросту не успевал за мелькающим мечом Аллариссы и шаг за шагом отступал назад, пока не уперся лопатками в стену пещеры. Обманный удар мечом в открытую шею, юноша вскидывает щит в попытке защититься, и в это время удар ребром щита выбивает у него из руки оружие, а меч девушки оказывается упертым ему в левый бок, чуть пониже сердца. Алларисса в победном жесте вскидывает меч в воздух и поворачивается к нам, сияя улыбкой.

Рикар одобрительно кивнул и ободряюще сказал мне:

— Ничего, господин. Придет время — и вы не хуже будете.

— Точно, — с серьезным лицом кивнул я. — Лет так через десять. Рикар, ну не получается у меня! Каждый день машу этой деревяшкой почем зря, а толку нет!

— Знаю, господин, — неожиданно согласился здоровяк. — И не будет, пока вы с таким отношением к делу подходите.

— С каким еще отношением? Я делаю все, что ты говоришь!

— Проблема не в словах, господин, а в вашем нежелании, — тщательно подбирая слова, произнес здоровяк. — Проблема в том, что вы просто не хотите учиться мечному бою. Нет ни огня в глазах, ни жажды победы. А без желания быть лучшим никогда не стать настоящим воином.

— Жажды победы? Быть лучшим? — повторил я. — Чушь! Рикар, это лишь учебный бой. Здесь нет победы или поражения.

— Вам виднее, господин, — потускнев, ответил здоровяк и, развернувшись, направился к сгрудившейся вокруг Аллариссы молодежи.

Проводив взглядом удаляющегося здоровяка и смотря, как он поздравляет красующуюся девушку, я безразлично пожал плечами и, отбросив учебный меч в сторону, поднялся на ноги.

Во мне зарождалась волна гнева, смешанного с обидой. Как ни крути, а слова здоровяка задели меня за живое.

Желание быть лучшим… Жажда победы…

Я жажду лишь одного — выжить в этих проклятых Создателем землях и сохранить жизнь своих людей. Вот это и есть победа! А не шутовская победа в учебном бою, где с глухим стуком скрещиваются игрушечные мечи!

Сплюнув, я круто развернулся и пошагал к выходу из пещеры. Надо немного остыть и прийти в себя. Заодно и стражу проверю. Предводитель должен оставаться спокойным и хладнокровным, подавая пример остальным, а сейчас на моем лице отражалась целая гамма чувств, которые я хотел скрыть.

Выйдя на двор форта, я поежился — захватить теплую куртку я не удосужился и теперь щеголял лишь в мокрой от пота рубахе. Тот еще наряд для зимнего времени. Лишь бы не свалиться снова с жаром.

Зато нет худа без добра — холодный воздух отрезвляюще подействовал на мою разгоряченную голову, и я немного успокоился. С наслаждением сделав несколько вздохов, я окончательно пришел в себя и по хрустящему под ногами снегу пошел проверять стражу.

Возможно, сам того не ведая, здоровяк угодил в точку, когда сказал, что я не хочу обучаться мечному делу. Стоило взять в руки меч с щитом, и на меня нападали тоска и уныние. Сознанием я отчетливо понимал, что умение владеть мечом более чем необходимо в условиях Диких Земель, но что-то внутри меня упорно сопротивлялось этому. Словно я шел неправильным путем.

Поднявшись на стену, я окликнул часовых, перекинулся с ними парой слов и, убедившись, что все в порядке, отправился обратно. Короткая прогулка по морозному воздуху привела меня в чувство и остудила мой зарождающийся гнев.

Рикар абсолютно прав — нельзя добиться успеха, если нет внутреннего желания покорять вершины.

Когда я спустился во двор, меня ожидал еще один сюрприз — у подножья лестницы меня терпеливо ждала Алларисса, ежась от холода.

— Ты забыл захватить куртку, — будничным тоном произнесла девушка, протягивая мне куртку.

— Спасибо. Тебя моя нянька подослала? — рассмеялся я, с благодарностью приняв куртку и торопливо натягивая ее на плечи.

— Да, Рикар заботится о тебе, — рассмеялась Алларисса в ответ. — И правда, словно настоящая нянька. Ты не переживай, что не выходит с мечом — все придет со временем.

— Благодарю за сочувствие, — хмыкнул я. — Дело не в старании. Пойдем-ка в тепло, при таком холоде немудрено и заболеть.

До жилой пристройки мы дошли вместе, по пути перекинувшись несколькими словами и шутками. С каждым пройденным днем я все больше убеждался, что мое первоначальное мнение о юной баронессе было ошибочным. Если раньше я думал, что она вздорная спесивая девчонка, то теперь начинал в этом сомневаться. Вот только не стоит забывать ее родовое имя и уж тем более любимого дедулю. Похоже, что Алларисса и не подозревает о темной стороне своего деда, лорда Ван Ферсиса, но пока я полностью в этом не уверюсь, между нами не может быть доверия.