Первый Зверь - Елена Синякова

Монстр так и застыл скованно у двери снова весь согнувшись и опуская голову вниз, помолчал, и не глядя мне в глаза, неожиданно продолжил своим хриплым низким голосом:

— Как тебе нужно время, чтобы привыкнуть ко мне, так и мне оно нужно, чтобы научиться…быть человеком.

Это прозвучало настолько неожиданно, что я только молчала и хлопала глазами.

Господи, ведь я его ненавидела и мечтала о мести во имя семьи, а он все делал ради меня, ухаживая словно за ребенком и не пытаясь обмануть ни своими словами, ни своими поступками.

— Сейчас в тебе говорит боль, ярость, ненависть. Я знаю все эти чувства. С ними я рос рука об руку. Но когда боль утихнет, и ты будешь готова услышать меня, я расскажу тебе свою историю. То, что не сможет рассказать никто другой. Возможно, тогда ты сможешь меня понять и посмотришь другими глазами…

Я даже не смогла поджать губы, дабы показать, что подобному не бывать!

Просто он выглядел сейчас по-иному.

Не знаю, могут ли звери смущаться или испытывать душевную боль, но слова, сказанные этим зверем, звучали именно так.

Не думаю, что он ожидал от меня услышать что-либо в ответ, только бросил быстрый взгляд, когда его губы чуть дрогнули в улыбке:

— Когда вернусь, покажу тебе кое-что. Надеюсь, что ты будешь рада. А теперь мне нужно уходить, чтобы я успел вернуться к следующему рассвету.

Монстр замер на долю секунду, словно засомневался в том, что собирался сделать, а затем стремительно подошел ко мне, приподнимая голову за подбородок и склоняясь почти пополам, чтобы поцеловать в губы. Осторожно. Трепетно. Едва касаясь. И ввергая этим в немалый шок.

— Тебе нечего бояться, пока ты в доме, Рада. Но лучше не выходи.

Он пытливо заглянул в мои распахнутые глаза, пока я не дышала и старалась не моргать, испугавшись, что он все поймет и решит остаться.

Не знаю, что было в этом взгляде.

Понимание? Снисхождение? Тепло? Всепрощение?

Я не успела понять, только ощущая это каждой клеточкой напряженного тела, глядя вслед монстру, который все-таки ушел, не дождавшись от меня в ответ ни единого слова.

Действительно ушел?

Сначала я не верила в это.

Уже по привычке прислушивалась к звукам за стенами домика, пытаясь услышать его шаги, даже если понимала, что несмотря на свои огромные габариты, монстр двигался всегда легко, грациозно и практически совершенно бесшумно. А еще очень быстро, отчего часто я вздрагивала не привыкшая к его резкости и скорости, с которыми он передвигался или что-то делал в доме.

Но рискнуть нужно было!

У меня просто не могло быть другого шанса на побег!

Выждав еще какое-то время в доме, я все-таки вышла из него, поежившись от мороза, который налетел и радостно заключил меня в свои колючие душащие объятья.

Но даже мороз не пугал меня.

Делая вид, что я хожу вокруг дома в поисках веток для печи, даже если монстр собрал их на много дней вперед, аккуратно уложив стопочкой в углу за печкой, я всем своим существом ждала его выпада из-за любого дерева или даже сугроба.

Что он снова налетит яростный и кричащий оттого, что я посмела нарушить его запрет и вышла из дома. Но шли долгие мучительные минуты, я замерзала все сильнее, а монстр не появлялся.

Выжидал, что я сделаю дальше?

Или ушел на самом деле?..

А теперь время бежало вперед неумолимо быстро, когда нужно было подготовиться к дороге до деревни через дебри леса, учитывая, что у меня не было ни силы зверя, ни его скорости, ни выносливости.

Все, что у меня было — тропинка, оставленная им, где я надеялась найти помощь и поддержку людей, которые любили своего зверски растерзанного князя.

А еще вера в себя и собственную стойкость!

Главное было успеть до того, как монстр вернется домой, потому что как он нашел меня в первый раз, так сможет отыскать и сейчас, если только я не раздобуду коня и не пойму, где находится этот самый Дремучий лес!

Отрывая от веток ели прутья, я неловко пыталась соорудить снегоходы, какие видела когда-то у местных охотников, что часто приходили в наше поместье к папе.

Широкие не слишком длинные подошвы из веток, которые привязывались к щиколоткам и позволяли распределять вес тела так, чтобы не проваливаться в снег по самую макушку, а идти по верху.

Я никогда не делала ничего подобного.

Даже не представляла с чего начинать, но упорно складывала ветки и связывала их тонкими лентами, которые отрывала от своего нижнего платья, надеясь, что эта конструкция не развалится среди дороги еще до того, как я доберусь до пункта назначения.

Я обмотала все, что только могла и завязала так крепко, как только у меня получилось, соорудив некое подобие того, что видела ранее у охотников.

Следующим, что мне понадобилось была теплая одежда.

Одного моего платья было явно недостаточно.

Пришлось распороть ножом шкуры и сделать подобие плаща опять же на этих завязках из моего платья, а еще захватить с собой одно из одеял, которое я тоже разрезала, но уже в качестве платка на голову, думая о том, что единственное, что я бы хотела заполучить из способностей монстра — так это не замерзать!

Из домика я выбиралась в полной боевой готовности и настроенная весьма решительно, все еще ожидая, что злой и разъяренный монстр вылетит прямо на меня из леса, с криками и явно попытается разорвать на куски. В этот раз не сдерживаясь, и не пытаясь остановиться.

И пусть прямого запрета от него не поступало, и так было ясно, что я играю в опасную игру, и пути назад не будет.

В этот раз я либо сбегу от него, либо умру.

Зимний день слишком короткий, и нужно было успеть добраться до деревни к наступлению темноты.

К счастью, петляющая дорога, оставшаяся после монстра, была отчетливо видна, и небо было чистым и ясным, не предвещая непогоды и снегопада, который отрежет путь к моему спасению.

Кажется, я была готова решительно ко всему, но все равно вздрогнула, когда над моей головой показалась большая крылатая тень и раздался пронзительный крик какой-то огромной хищной птицы.

Я не слишком хорошо разбиралась в том, кто сейчас кружил надо мной — ястреб, коршун или беркут — но запрокинув голову вверх, придерживая руками свое убогое подобие платка, я отчетливо видела глаза этой птицы.

Янтарно-желтые. Яркие и пронзительные.

Мне никогда не доводилось видеть настолько больших хищных птиц, но сейчас меня пробрало до дрожи от его вида и того, как птица кричала, словно пыталась сказать мне что-то.

— Ты ведь не собираешься нападать на меня, да?..

Глупо было разговаривать с ней, но то, что птица продолжала кружить над кронами деревьев именно над тем местом, где стояла я, вводило меня в небольшую панику.