Опасная игра с демоном - Эля Рин

– Хочешь? – прошептал он, отпуская мою губу и перемещаясь к мочке уха. Подразнил ее кончиком языка. Прикусил. Повел губами вниз по шее, жарко дыша, то замирая, то убыстряясь, будто выводил на мне какой-то сложный узор. Узор из поцелуев. – Хочешь? – повторил он, гладя тонкую кожу на ключице.

– Хочу, – прошептала я, запустила пальцы в его волосы и прижала голову к своей груди. Пусть только продолжает целовать, пусть не останавливается, нет-нет…

И Влад повел языком вокруг моего соска. Обвел его несколько раз, приближаясь все ближе и ближе к центру круга, а потом быстро и жадно забрал его в рот. Я охнула. Движение Влада отозвалось где-то глубоко в животе, возле позвоночника, будто там зажглась маленькая пульсирующая искра. Влад переместился к другому соску, задышал чаще, и в такт его дыханию искра запульсировала все быстрее и начала расти.

Влад оторвался от моей груди, вернулся к губам, завладел языком и украл дыхание. Пару мгновений мне казалось, что я действительно разучилась дышать, что вместо воздуха у меня теперь лишь эти горячие чужие губы, и рот, и черная глубина глаз. Потом он оторвался от меня на миг.

– Грааль… – прошептал он. – Ты мой Грааль, глоток воды в пустыне для пилигрима, ты жизнь…

И я вновь научилась дышать. Никогда. Никогда раньше. Никто не говорил мне такого. Не всерьез. Не с черным пламенем, бушующим в глубине зрачков. Это было так по-настоящему, так по-моему, что я всхлипнула.

А Влад скользнул руками ниже, стянул с меня трусики, провел ребром ладони между ног, там, где я была уже совсем мокрая, готовая, ждущая его, только его…

– У нас вся ночь впереди, – прошептал он. – Но сейчас…

И ухватил меня за бедра, сильно, жестко – именно так, как мне хотелось в тот момент. Раскрыл перед собой, не оставил мне ни секунды сомнений, замешательств, дурацких вопросов: «А у нас есть презерватив?», «Наденешь?», «Подожди секунду».

Шепнул:

– Все под контролем.

И вошел – резко, быстро, сразу на всю длину. Так сильно, что я ахнула, закусывая костяшки пальцев, выгнулась, рефлекторно дернулась, отстраняясь, но он не пустил. Наоборот, притиснул к себе как можно крепче. Вбился в меня полностью, до миллиметра, вжался, стал со мной единым целым. И та искра в глубине живота вмиг раскрылась огненным цветком, разлилась жаром, горячей влагой. Перед глазами у меня плыло – я видела лишь силуэт над собой, черную фигуру на фоне белого потолка, чувствовала пальцы у себя на бедрах, член внутри себя… Глубоко, очень глубоко, там, где нет никаких мыслей и чувств, там, где рождается и бьется животная дикая страсть, выжигая все наносное и неважное, оставляя лишь возможность дышать и кричать в такт движениям.

И Влад стал двигаться. Раз за разом, резко, сильно.

А я навстречу ему. Крича, всхлипывая, вцепившись ему в запястья, царапая кожу.

Не знаю, сколько это продолжалось. Минуту, год, вечность. А потом цветок внутри меня полыхнул, расплавил нервы и волю, оставил только стон на губах и чувство невероятного удовольствия и опустошения. Влад стиснул зубы, вскрикнул и наклонился ко мне. Замер на мгновение. Потом поцеловал краешек губ, нежно-нежно…

И в этот момент небо за окном взорвалось фейерверками.

4.6

Я плакала в ванной, прислонившись лбом к зеркалу. Пыталась успокоиться, делала несколько глубоких вдохов-выдохов, включала холодную воду, проводила по щекам мокрыми ладонями, осторожно промокала лицо мягким полотенцем… И слезы снова бежали из глаз. Сами собой, не слушаясь и не подчиняясь моей воле.

От облегчения. Наконец отпустило напряжение, ожидания, неопределенность. Все метания и переживания, все проблемы будто остались там, внизу, за стенами замка. Я расслабилась. И свернувшаяся внутри пружина, которая закручивалась и затягивалась сама по себе, реагируя на неурядицы и неудачи, наконец распрямилась. Пришло время снимать маски и не думать о том, что подумают другие.

От счастья. Мне было хорошо, так хорошо, как никогда раньше. Физическое наслаждение сплеталось с чудесным ощущением сбывшейся мечты. Все шло как по нотам.

И от несовершенства прошлого. Именно с ним, с Владом, именно таким должен был быть мой первый раз! Именно так я представляла его себе, грезила бессонными ночами, придумывала, подбирала по кусочкам, предвкушала… Почему? Почему я не дождалась?..

Решила снизить планку. Решила дать шанс «нормальным отношениям», а не «этой придуманной мишуре». Решила брать, что дают, а не замахиваться на то, что не по зубам. Последовала советам якобы умных психологов, в какой-то момент перестала мечтать о журавле в небе, заменила его синицей…

Я же была старше всех в группе – в первый класс меня отдали почти в восемь. В самом начале первого курса мне стукнуло восемнадцать, я казалась себе ужасно, обидно взрослой, в сравнении с одногруппницами, у которых в запасе был еще почти целый год. Но их небось приглашали на танцы еще во время дискотек и выпускного в школе, у них были личная жизнь, секреты, поцелуи, сердечные страдания, а у меня ничего, ничего. Вечный теоретик, синий чулок, жилетка для чужих слез, «слишком сложная», «слишком замороченная». Вот я и решила – хватит. Посмотрела по сторонам, вместо того чтобы ждать у моря погоды и прекрасного принца. Познакомилась с Костиком на вечеринке по поводу Хэллоуина, сходила с ним на пару свиданий в кафешку, получила в подарок букет из трех дежурных розочек, убедила себя в том, что он нормальный парень… Даже симпатичный… Даже честно, искренне влюбилась!

Но я тогда еще жила с родителями – как и он со своими. Нам было негде уединиться, ох уж эта студенческая любовь! Мы целовались в пустых коридорах универа после пар, Костик все пытался залезть мне под юбку, а я пыталась унять дрожь и не стесняться, не бояться, не трястись от неправильности происходящего. А потом случился мой первый раз – после вечеринки, в общаге. Друзья Костика как-то разом все собрались и ушли в магазин «за добавкой», оставив нам ключ от комнаты «на всякий случай» и пообещав вернуться не скоро, через «целых полчаса». Пьяный Костик раздевал меня на чужой скрипучей кровати, на покрывале в дурацкий сине-красный ромбик, целовал и шептал что-то про любовь, а я боялась, что ребята вернутся быстрее, чем через полчаса, что мы не успеем, что… Я хотела его, действительно хотела, но мне было страшно, неуютно, а потом – просто больно.

После этого мы занимались сексом еще несколько раз. На даче у его друзей, у меня дома, когда родители уехали на полдня к бабушке, снова в той же общаге, у каких-то невнятных знакомых на вписке. Каждый раз быстро, скомканно, нелепо, неловко. Мне казалось, что это во мне что-то не так, не хватает опыта, умения… Я штудировала интернет, читала про какие-то головокружительные техники минета, тренировалась на огурцах…

Вспомнив про огурцы, я рассмеялась. Господи. Ну при чем тут огурцы? Почему нам не пришло в голову, что для хорошего секса нужны широкая кровать, достаточно времени и прочий комфорт? Или это мне не пришло, а Костику и так было нормально? Нормально. Ключевое слово здесь – нормально. Не идеально. Не так, как мечталось. Зачем тянуться к какой-то планке, если и так сойдет?