Сердце волка - Анна Шнайдер

— Как назовёте?

Арилла, улыбаясь, подняла голову и ответила:

— Наррин.

Я вздрогнула. «Верная» на древнем наречии оборотней, это имя напоминало мне о Вожаке. Неужели?..

— В честь отца. Дартхари один не побрезговал дать мне ребёнка. После смерти Кати я была сама не своя, погибала от горя и тоски. Я просила их… тех, кто приходил ко мне, но все отказывались… Но однажды дартхари решил купить у меня платок для старшего советника, он хотел заказать сложную вязку… И тогда я набралась смелости… И попросила…

Значит, Вожак — отец этой девочки. Я помогла родиться его ребёнку.

Подняв руки, я посмотрела на ладони. Смогу ли я когда-нибудь рассказать кому-либо, что ощущала в ту минуту, когда поняла, что новорожденная — дочь дартхари? Смогу ли я объяснить, что чувствует любящая женщина, принимая в свои руки ребёнка любимого мужчины?..

Я покинула дом спустя десять минут. Петер вызывался проводить меня, но я отказалась.

Вышла на крыльцо и огляделась — тучи по-прежнему сгущались, и в воздухе всё так же чувствовался запах грозы. Что ж, дождь будет кстати после всех сегодняшних событий.

Оборотни разбегались с улицы: как и любые животные, они недолюбливали дождь.

Я подняла руку, и мне на ладонь упала большая, тяжёлая капля. Самая первая… ещё не дождь, только его преддверие. Прямо над головой сверкнула молния, а потом раздался раскат грома.

Здесь, на краю деревни клана белых волков, есть очень интересные ворота. В них почти никто и никогда не выходит, да и не заходит тоже. Я не знаю, зачем их сделали. Там, за этими воротами, находится то, о чём много раз пел Дэйн в моих снах — Снежная пустыня.

Арронтар стоит на возвышении, причём довольно большом. Граница его — река Арра, опоясывающая это возвышение, окольцовывающая его. И на западе, в самом широком и глубоком месте реки Арры, растут небольшие кусты с вечно золотыми листьями. Там много цветов и высокой травы, а потом, за рекой, начинается территория Снежной пустыни — белого, как снег, песка. Она кажется бескрайней и вечной, но говорят, что за ней есть море. Правда, его никто не видел… по крайней мере никто из оборотней.

Теоретически, если выйти в ворота, находящиеся здесь, можно дойти до Снежной пустыни. И до Неизвестного моря. Только вот зачем кому-то туда идти?

Когда надо мной в очередной раз сверкнула молния, я заметила рядом с воротами чью-то тёмную фигуру, закутанную в плащ. Не может быть… Это же…

— Грэй!

Вообще-то я не собиралась кричать. Это произошло, скорее, от неожиданности.

Мужчина обернулся и, заметив меня, кивнул. Я подошла ближе.

— Наверное, это не моё дело, но что вы здесь делаете, Грэй? Вы заблудились?

Он засмеялся.

— Почему вы так решили, Рональда?

— Хм, — я хмыкнула. — Всех Старших лордов учат отвечать вопросом на вопрос?

— Вы угадали, — улыбнулся Грэй. — И этому нас учат тоже.

— И конечно, по такому искусству ваши оценки были куда выше, чем по ботанике?

— Несравнимо выше.

Мне очень нравились его глаза. Они напоминали о маленьком Джерарде. Такие же тёмные и глубокие.

— И всё-таки… вы не заблудились?

— Не совсем. Мне сказали, что здесь… м-м-м… есть гадалка.

Я закашлялась от неожиданности.

— Кто-кто?.. Гадалка? Ну-у-у, это кто-то с вами пошутил. На этой улице живут прекрасные швеи и… ещё кое-кто, но гадалок совершенно точно нет. Оборотни вообще не гадают.

Конечно, Грэй соврал. Не мог он не знать, что в Арронтаре гадалок днём с огнём не сыщешь. Но раз соврал — значит, так надо. Значит, я лезу не в своё дело.

— Вам не холодно, Рональда? Такой дождь, а вы без накидки.

— Нет, совсем не холодно, я привыкла. А вы вроде бы начали называть меня на «ты». Передумали?

— Только если ты присоединишься ко мне.

Интересно, почему с ним так легко? Что такого есть в этом человеке, что с ним я забываю о том, кто я? О том, какая я? Может быть, это происходит потому, что он не оборотень?

— С удовольствием. Я сейчас возвращаюсь к себе, надо позавтракать, а потом хотя бы немного поспать. Всю ночь принимала роды. Если хочешь, заходи, позавтракаем вместе.

— Конечно, хочу.

Я ещё никогда никого не приглашала в свою хижину. Но Грэя мне хотелось пригласить — и я сделала это.

По дороге он несколько раз предлагал мне свой плащ, но я каждый раз отказывалась. Со мной под дождём точно ничего не случится, а вот он запросто может простудиться, человек всё-таки.

Элфи выбежал нам навстречу, помахивая хвостом. Бедняга меня просто заждался — ещё бы, всю ночь пропадала, оставила его одного.

— Познакомься, это Грэй, наш с тобой гость. Он хороший.

Элфи внимательно обнюхал ладонь мужчины, и, видимо, что-то в ней ему понравилось, потому что он чуть лизнул пальцы Грэя.

— Красивый хати. У императора похожий. Дартхари Нарро подарил ему щенка на тридцатилетие.

— О, так ты, оказывается, настолько хорошо знаком с императорской семьёй?

Дождь почти кончился, поэтому я решила расположиться на крыльце, под крышей. Грэй отказался сидеть в кресле и притащил себе в качестве седалища здоровенное бревно, на которое я сверху постелила кусок непромокаемой ткани, чтобы мой гость ничего себе не застудил.

Костром нам служила небольшая горелка с магическим огнём. Когда-то давно я хотела её ликвидировать, но по каким-то соображениям оставила. И хорошо — магии сейчас во мне едва хватило бы на слабую искру.

Сверху на горелку я поставила остатки супа, который сварила пару дней назад. Суп на завтрак — сомнительное удовольствие, но готовить кашу у меня не было сил, а Грэй сказал, что не против.

— Конечно, я хорошо знаком с императорской семьёй, — ответил Грэй, усаживаясь на бревно. — Я вырос вместе с наследным принцем Интамаром. Мне было десять, когда его высочество заметил меня, грязного и оборванного мальчика-побирушку, на улице. Ему тогда тоже было десять, и Интамар, недолго думая, притащил меня с собой во дворец.

— Император не оттаскал его за уши? — хмыкнула я, помешивая суп большой ложкой.

— Нет. — Грэй понимающе улыбнулся. — Наоборот, было приказано меня отмыть и хорошенько опросить, дабы найти родителей. Оказалось, всё, что я помню — это улица, грязь и нищие. Тогда император разрешил Интамару оставить меня в замке.

— А как же титул Старшего лорда?

— С тех пор прошло уже двадцать лет, Рональда. Я дослужился. В шестнадцать стал Младшим, а пять лет назад — Старшим лордом.

Суп согрелся, и я осторожно разлила его по тарелкам. Элфи сразу сунул свой любопытный нос в одну из них. Так, эта тарелка, значит, будет моей…