Как спасти детей и фигуру - Анна Витор

– Уроки не прошли даром. Да, Катя?

Я уставилась на Дамиана во все глаза. Он навис надо мною, крепко держа запястья. В спину слегка кололись сухие травинки, а сквозь запах чистого сена пробивался аромат дорогого одеколона.

– Ты что себе позволяешь?! – возмутилась я, дергая руками.

– Проверяю, способна ли ты защититься в случае нападения, – спокойно объяснил Дамиан.

– Ты… да ты… да знаешь, куда иди со своими проверками? – я попыталась его оттолкнуть. – Может, у меня планы были? По городу там погулять!

Он не отпустил. Наоборот, вдруг спеленал объятьями, утыкаясь носом в макушку. Я услышала тихий и рваный вдох. Такой жадный, будто Дамиан смертельно соскучился.

– Я же должен уберечь свою жену, – прошептал он.

– Я – не твоя жена! – прошипела я, вырываясь из объятий.

– Но ты – в ее теле, попаданка. Для всех ты – императрица. Моя императрица, – хищно прошептал Дамиан, касаясь губ искушающим поцелуем. – И я не собираюсь тебя отпускать… искать приключения.

Я замерла, как пойманный зверек. Такой короткий поцелуй, а сердце затрепетало. Губы так и остались чуть разомкнуты, будто прося продолжения. А Дамиан отвел помрачневший взгляд.

«Он просто помнит, как Кассию ранили на ярмарке. И готов на все, чтобы ее драгоценная тушка себя не угробила», – полезли ядовитые мысли.

Я отвернулась, вставая на ноги. На платье нацепились сухие травинки. Еще парочка, похоже, застряла в волосах. Я принялась быстро-быстро отряхиваться.

– И вообще, что за глупая идея: в сено кидать? Нашел деревенскую романтику! А еще император!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Дамиан тихонько и бархатисто рассмеялся, расслабленно откидываясь на спину.

– И что? По-твоему, мне не может нравиться валяться в мягком стогу? – он вальяжно прикусил кончик длинной травинки. – Или аромат простого свежего хлеба? Или взять коня и мчаться по пустошам безо всяких слуг?

– А потом пить с ним из одного ручья? – фыркнула я, вертясь на месте и пытаясь осмотреть платье сзади.

Дамиан встал одним плавным движением. Он успел подобрать из стога пушистый колосок и теперь нагло щекотнул по носу.

– Кажется, земная девочка слишком капризная!

Я недовольно дернулась. Расчихаться тут еще не хватало!

– Я – императрица, мне можно! – потерев нос, буркнула я.

– Кассия никогда не брезговала посидеть с кухаркой на кухне или пройтись по самому обычному рынку, – в глазах Дамиана проступили грусть и задумчивость.

Я мигом взбесилась, но не показывать же перед ним слабость! Точнее, тупую ревность, жгущую изнутри. Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы приглушить эмоции.

– А еще с радостью вытирала бы сопли сироткам, да? Я поняла. До вашей распрекрасной императрицы я не дотягиваю, – я закатила глаза прежде, чем направиться на выход.

– Катя, – окликнул Дамиан.

Голос прозвучал сдавленно, будто бы виновато. Я остановилась. Сердце предательски сбилось с ритма, а в животе от волнения встрепенулись бабочки. Расшалившаяся фантазия мигом нарисовала, как Дамиан сейчас пламенно извинится за воспоминания о Кассии… а потом так же пламенно поцелует. Можно в этом самом стогу. Даже возмущаться не буду!

Я медленно-медленно обернулась, облизнув пересохшие от волнения губы. Дамиан подошел ближе. Он протянул руку к моим волосам, заставляя замереть в предвкушении. Тонкие сильные пальцы аккуратно вытащили травинку из темных прядей.

– Не забудь, что приедет портной с платьем на последнюю примерку, – сказал Дамиан. – На императорский бал и охоту соберутся гости со всех уголков Литории. Ты должна будешь блистать.

Бальный зал был украшен пышными красными пионами и розовыми лентами. На потолке поблескивала золотая роспись, и я еле держалась, чтобы не стоять постоянно с задранной головой, разглядывая легкокрылых фей и прекрасных рыцарей. Оркестр играл легкие, чуть тягучие мелодии, ничуть не мешающие слышать шорох дорогих тканей и тихий хрустальный смех. Дамы прогуливались под руку с кавалерами, гости брали с подносов бокалы, знать обменивалась последними сплетнями.

– Сначала будут танцы, потом пир и выступление артистов, – шепнул мне Дамиан, будто в сотый раз наставляя несмышленыша перед утренником.

Я закивала, как болванчик, уже не слушая. Взгляд скользил по нарядам. Гости приветствовали нас поклонами и реверансами, а в глазах рябило от золотого и серебряного шитья да множества драгоценностей. Да что там выставка в Москве, где я впервые увидела Дамиана! Ястреб умер бы от зависти, увидев этот зал, где каждое второе платье было украшено самоцветами.

Мой наряд, естественно, не отставал. Тугой корсет подчеркивал фигуру, а пышная юбка давала почувствовать себя настоящей королевой из сказки. Вышитые золотом цветы сверкали от каждого движения, заставляя блистать все платье.

По тону оно соответствовало изящной вышивке, которая вилась по воротнику и рукавам на темном костюме Дамиана. Рыжие волосы были стянуты в аккуратный хвост, перевязанные лентой. На поясе висели ножны, а из них виднелась богато украшенная рукоятка.

Я заприметила в толпе Юлиана и Элеонору и дернулась было к ним. Дамиан слегка сжал мою ладонь.

– Нам сейчас открывать бал, – сказал он. – Подойдешь после первого танца.

Я вздохнула. В сказках о королевском «долго и счастливо» не предупреждали, что после свадьбы Золушку затянут не только в корсет, но и в рамки дворцовых правил. Впрочем, мрачные мысли растворились, как только заиграла музыка. Гости расступились, оставляя пустым центр зала.

Дамиан стал напротив меня, слегка поклонившись и протянув руку. Я с улыбкой присела в ответном реверансе, и моя изящная ладонь оказалась в мужской, широкой и горячей.

К счастью, заиграли знакомый вальс, а не какую-нибудь старинную сарабанду. Дамиан мягко привлек меня к себе, кладя руку на талию. Я доверчиво опустила ладонь на его плечо, отдаваясь в этом танце, позволяя вести и кружить по залу, как ему будет угодно. Раз-два-три, раз-два-три… Дыхание сладко сбивалось, а сердце трепетало. Тело машинально следовало мелодии. А в голове не было ни единой мысли о технике. Только о чарующих зеленых глазах напротив, смотрящих тепло и немного грустно.