Кровь земли (Бастард-5) - Александр Шавкунов

***

Сорокопут широко улыбнулся, красуясь крупными зубами с чёрным налётом. По-хозяйски оглядел караван и облизнул губы. Орк нахмурился, стиснул топор, следя за руками эльфа. Разбойники посмеиваются, обсуждают на что пустят добычу и что сделают с путниками.

— Я сегодня добрый. — Сказал Сорокопут, картинно вращая кистями. — Я даже позволю вам пройти.

— Бесплатно? — Буркнул Гуц.

— Ну нет, я не настолько добрый. Скажем так, оставьте каждого третьего и вон ту телегу.

— Зачем?

— Она мне понравилась.

— А если мы откажемся?

— Убью всех.

— М-мы согласны!

Визгливый голосок раскатился по холмам и затерялся среди деревьев. К орку подбежал, точнее подкатился Амарино. Лицо дворфа покрыто красными и белыми пятнами, щёки мелко трясутся. Купец опустился на колени и протянул шкатулку.

— Прошу, примите моё подношение, но пощадите караван.

Эльф лениво поднял крышку, подвигал бровями и вздохнул.

— Хорошо. Оставьте каждого четвёртого. У меня новый меч, хочу опробовать на плоти.

— С-с-спасибо!

Разбойники зашлись гоготом, один, по кивку вожака, забрал шкатулку.

— А может лучше, я тебе голову отрублю.

Выкрик принёс за собой тишину, в первый ряд вышел Ролан. Небрежно встал перед эльфом, плечом отодвинув орка. Расправил плечи и криво ухмыльнулся. Он выше на полголовы, массивнее и меч длиннее на ладонь. Амарино всхлипнул, закатил глаза и мешком сала повалился на землю. Гуц отшатнулся, выпучив глаза.

— Секундочку, — сказал Сорокопут, прищурившись и указывая на парня. — Ты решил, что можешь хотя бы оцарапать меня? Ты, человек, победишь Бессмертного?

Опешившие было разбойники вновь загоготали, тыча в наглеца и утирая выступившие слёзы. Караванщики превратились в восковые фигуры, с бледными лицами и выпученными глазами. Теперь им точно конец, всем до единого.

— Убью. — С улыбкой поправил Ролан. — Просто убью.

— Ну так это, и значит победить.

— Это даже не подвиг, какая уж победа. — Вздохнул Ролан.

— А этот парень, похоже, больной на голову! — Рассмеялся Сорокопут, ткнул пальцем в Гуца и добавил. — Вы его с собой для смеха таскаете? Мне нравится!

Полоса голубой стали вспорола воздух у глаз парня, Ролан скупо отклонился за миг до удара. Эльф рубанул вновь, погасив инерцию поворотом корпуса. Лезвие взвилось снизу вверх, мимо. Ролан отступил, опустив голову и хищно улыбаясь. Меч с шелестом покинул чёрно-красные лаковые ножны, засиял отражая свет.

Бессмертный попятился, не спуская взгляда с дивного оружия. Слишком широкого и толстого, чтобы считаться фехтовальным. У этого клинка больше общего с топором, чем с мечом.

— Нравится? — Спросил Ролан и рубанул наискось.

Взвыл рассекаемый воздух, Сорокопут отпрыгнул и толкнул разбойника под удар. Клинок с хрястом и скрежетом рассёк доспехи, не замедлившись. Брызнула кровь и по каравану прокатился выдох изумления.

— Занятно... — Присвистнул бессмертный, закручивая меч и становясь в стойку.

Клинок вытянул на полусогнутой руке. Нацелил в живот человека и подогнул колени, будто для прыжка. Ролан сощурился, пошёл полукругом, а оставшиеся разбойники попятились. Парень остановился, когда солнце оказалось за спиной. Эльф издал лёгкий смешок и повернул меч плоскостью. Солнечный зайчик ударил в левый глаз Ролана.

Парень зажмурился. Как только веки начали движение, Сорокопут исчез. Превратился в смазанный силуэт, а клинок без гарды сияющей полосой, всё ещё отражая свет, метнулся к горлу... лязгнуло, брызнули искры, сверкнуло. Половинка тонкого меча взлетела над головами, а клинок Ролана на ладонь вошёл в плечо атамана.

Сорокопут взвизгнул, отскочил, зажимая рану и... бросился бежать. Разбойники последовали за ним. Человек скривился, вскинул руку метнуть меч и медленно опустил. Глаз всё ещё болит и слезится, прицелиться не выйдет.

Повернулся к Гуцу и указал на бессознательного нанимателя.

— Отнеси в телегу, а я тебя подменю.

— Д-да...

Орк сграбастал дворфа, закинул на плечо, как мешок сала и почти побежал к кибитке.

***

Луиджина задумчиво поставила фигуру коня на доску. Обошла на другую сторону и ответила, сделав ход башней. Через панорамное окно комнату заливает свет, играет изящными бликами на лакированной мебели. За стеклом открывается вид на океан, с первым спущенным на воду кораблём новой флотилии. Он закреплён тросами, паруса сняты, команду завозят на лодках. Новый тип слишком массивен, чтобы зайти в порт. Корабельщики и лучшие инженеры империи сотворили подлинное чудо. Морское чудовище, покоритель штормов.

Ещё вчера императрице зачитывали длинный список отличий и преимуществ нового типа корабля. Воистину огромный, но с одним-единственным минусом. Который вы былые дни стал бы решающим.

Это цена.

Каждый такой кораблик стоит годового жалования легиона! А это лишь тестовый образец, дожидающийся часа проявить себя.

Луиджина сдвинула очередную фигуру и ответила на ход. Сложила руки на груди. Хмыкнула и обхватила подбородок большим и указательным пальцами.

— Красивый корабль.— Сказала Великая Тень, садясь на кресло и закидывая ногу на ногу.

— Стучаться не учили?

— Только в дверь и то, когда пользуюсь ею. — Ответила женщина, покачивая стопой. — Ты слышала? Вчера убили одного из участников!

— Правда? — Выдохнула Лу, не отвлекаясь от игры. — Жалко то, как! Ужас, ужас...

— Ты даже не спросила кого. — Подметила Тень.

Глава 20

Луиджина подвинула доску на середину стола и сделала приглашающий жест. Великая Тень сдвинула бровь, оглядывая фигуры, начала расставлять на положенные места. Касаясь только кончиками двух пальцев. За окном пролетела пёстрая птица, понеслась над парком и приземлилась на высокую ветвь. Императрица проводила её взглядом, откинула багряные волосы за спину и повернулась к гостье.

— Скажи, Тень. Ты ведь человек?

— В какой-то мере. — Ответила женщина, и глаза её почернели, став двумя провалами в бездну. — В какой-то мере.

— А кто я по-твоему?

— В какой-то мере эльф.

Императрица улыбнулась одними губами. В кабинете тихо настолько, что слышно, как фигуры с лёгким стуком опускаются на доску. Тень невольно загляделась на собственное искажённое отражение, на отполированном лаке стола.

— Почти верно. — Сказала Луиджина. — Но в первую очередь я — Императрица. А это иное. Выше расы и даже пола или возраста. Облачённый властью обязан мыслить другими категориями.

— Я тоже правлю. — Заметила Тень, ставя последнюю фигуру.

Эльфийка звонко рассмеялась, будто услышала самую лучшую шутку в мире. Глаза убийцы сузились, а крылья носа, тонкого, как щепка, расширились, гневно втягивая воздух. Луиджина помахала ладонью, утёрла набежавшую слезу.

— Не равняй размер ответственности. —