Ночной Дозор - Сергей Лукьяненко

Повторно вспугнув кота, Егор прошел в спальню,открыл шифоньер, из-под простыней и полотенец достал шкатулку, где мама хранилаукрашения. Достал серебряную цепочку, надел. Будет вонять чесноком, да и всеравно придется снять к вечеру. Может быть, опустошить копилку, и купить себецепочку? С крестиком. И носить, не снимая. Сказать, что поверил в бога. Бываетже такое, что человек не верил, не верил, а потом, вдруг, стал верить!

Он прошел зал, уселся с ногами на диване,окинул комнату задумчивым взглядом. Есть у них в доме осина?

Вроде бы нет.

А как она вообще выглядит, осина? Пойти вботанический сад, и вырезать себе из сучка кинжал?

Это все хорошо, конечно. Вот только поможетли? Если снова зазвучит музыка… тихая, манящая музыка… Вдруг он сам скинетцепочку, сломает осиновый кинжал и вымоет измазанную чесноком шею?

Тихая, тихая музыка… Невидимые враги. Можетбыть, они уже рядом. Просто он их не видит.

Не умеет смотреть.

А вампир сидит рядом и усмехается, глядя нанаивного пацана, готовящегося к обороне. И не страшна им осина, не пугаетчеснок. Как воевать с невидимкой?

— Грэйсик! — позвал Егор. На «кис-кис» кот неоткликался, у него был сложный характер. — Иди сюда, Грэйсик!

Кот стоял на пороге спальни. Шерсть у неготопорщилась, глаза горели. Он смотрел мимо Егора, в угол, на кресло ужурнального столика. На пустое кресло…

Мальчик почувствовал, как по телу пробежал ужепривычный холодок.

Он рванулся так резко, что слетел с дивана иупал на пол. Кресло было пустым. Квартира была пустой и запертой. Вокругпотемнело, словно солнечный свет за окном померк…

Рядом кто-то был.

— Нет! — закричал Егор, отползая. — Я знаю! Язнаю! Вы здесь!

Кот издал хриплый звук и метнулся под кровать.

— Я вижу! — крикнул Егор. — Не трогай меня!

Подъезд и без того оказался мрачным игрязноватым.

А уж глядя из сумрака — настоящая катакомба.

Бетонные стены, в обычной реальности простогрязные, в сумраке оказались поросшими темно-синим мхом.

Гадость. Ни одного Иного тут не живет, чтобывычистить дом… Я поводил ладонью над особо густым комком — мох зашевелился,пытаясь отползти от тепла.

— Гори, — велел я.

Не люблю паразитов. Пусть даже особого вредаони не причиняют — всего лишь пьют чужие эмоции. Предположение, что крупныеколонии синего мха способны раскачивать человеческую психику, вызывая тодепрессии, то необузданное веселье, никем так и не доказано.

Но я всегда предпочитал перестраховаться.

— Гори! — повторил я, посылая в ладоньнемножко силы.

Пламя — прозрачное и жаркое, охватилоспутанный синий войлок.

Через миг пылал весь подъезд. Я отступил клифту, надавил кнопку, вошел в кабину. Кабинка была почище.

— Девятый этаж, — подсказала Ольга. — Зачемтратишь силы?

— Копейки…

— Тебе может понадобится все, что ты имеешь.Пускай бы рос.

Я промолчал. Лифт медленно полз вверх —сумеречный лифт, двойник обычного, по-прежнему стоявшего на первом этаже.

— Как знаешь, — решила Ольга. — Молодость…бескомпромиссность…

Двери разошлись. На девятом этаже огонь ужепрошел, синий мох горит как порох. Было тепло, куда теплее, чем обычно всумраке.

Слегка пахло гарью.

— Вот эта дверь… — сказала Ольга.

— Вижу.

Я действительно почувствовал ауру мальчика удвери.

Он даже не рискнул сегодня выходить из дома.Прекрасно. Козленок привязан за крепкую веревочку, остается дождаться тигра.

— Войду, наверное, — решил я. И толкнул дверь.

Дверь не открылась.

Да не может такого быть!

В реальности двери могут быть закрыты на всезамки.

У сумрака — свои законы. Только вампирынуждаются в приглашении, чтобы войти в чужой дом, это их плата за излишнюю силуи гастрономический подход к людям.

Чтобы запереть дверь в сумраке, надо поменьшей мере уметь в него входить.

— Страх, — сказала Ольга. — Вчера мальчишкабыл в ужасе. И только что побывал в сумеречном мире. Он закрыл за собой дверь…и не заметив того, сделал это сразу в двух мирах.

— И что делать?

— Иди глубже. Иди за мной.

Я посмотрел на плечо — там никого не было.

Вызвать сумрак, находясь в сумраке — непростаяигра.

Я поднимал свою тень с пола несколько раз —прежде чем она обрела объем и заколыхалась напротив.

— Давай, давай, у тебя получается, — шепнулаОльга.

Я вошел в тень, и сумрак сгустился.Пространство наполнилось густым туманом. Краски исчезли вовсе. Из звуковосталось лишь биение моего сердца — тяжелое и медленное, раскатистое, словнолупили в барабан на дне ущелье. Да свистел ветер — это воздух вползал в легкие,медленно расправляя бронхи. На моем плече возникла белая сова.

— Долго тут не выдержу, — шепнул я, открываядверь.

На этом уровне она, конечно же, не былазаперта.

Под ноги метнулся темно-серый кот. Для котовне существует обычного мира и сумрака, они живут во всех мирах сразу. Какхорошо, что у них нет настоящего разума.

— Кис-кис-кис, — прошептал я. — Не бойся,котик…

Скорее для пробы собственных сил я запер засобой дверь.

Вот так, мальчик, теперь ты защищен чутьлучше.

Но поможет ли это, когда ты услышишь Зов?

— Выходи, — сказала Ольга. — Ты очень быстротеряешь силы. На этом уровне сумрака тяжело даже опытному магу. Пожалуй, и явыйду повыше.

Я с облегчением шагнул наружу. Да, я неоперативник, умеющий гулять по всем трем слоям сумрака. В общем-то, у меня инужды в этом не было.