Каменный плен - Кирилл Клерис

— Не переживай, — успокоил я друга, — Сегодня я угощаю.

— Ну хорошо, — решился Пронин, — А могу я с женой прийти?

— Да, разумеется, — улыбнулся я. Запиши мой номер телефона. Созвонимся, чтобы найтись.

Посиделки с четой Прониных вышли скованными. Владимир по большей части молчал, Анастасия, наша общая подруга детства, которая сейчас оказалась его супругой, пробовала балагурить и шутить, но получалось откровенно плохо. Кэтрин ничего не понимала и большую часть времени сидела просто вежливо улыбаясь. Я в принципе никогда не умел поддерживать дружеские беседы за столом. А надежда на наши совместные воспоминания двадцатилетней давности быстро себя исчерпала. Выдержав час с небольшим и отдав должное неплохой, по сути, кухне — решили расходиться. Спустившись на первый этаж высотки, проводили моих первых друзей до остановки общественного транспорта — от предложения вызвать им такси, оба решительно отказались.

— Никогда не понимала людей, которые не хотят выучить английский язык, — заметила Кэтрин, когда мы решили прогуляться по вечерней набережной, — По моему это один из полезнейших навыков.

— Не знаю. Я в детстве терпеть не мог английский язык. Он вводил меня в глухую тоску, — пожал плечами я, провожая проплывающий неподалёку катер. Девушка состроила умильно-удивлённую гримаску, заставив меня рассмеяться, — Единственное что меня заставило заняться им всерьёз, это то, что все языки программирования написаны именно на нём, а я очень хотел научиться программировать. Ну и ещё отец обещал меня лишить прогулок первое время, пока я показывал весьма низкую успеваемость.

— В твоём деле написано, что ты свободно разговариваешь на четырёх языках, — удивлённо протянула Дэлаю, — Я была уверена, что это в следствии твоих ммм… Особенностей.

— Да говори уже как есть, — снова улыбнулся я, — В деле сказано, что у меня аутистическое расстройство. Да, это позволяет мне несколько иначе смотреть на мир. Я например, хорошо считаю, в том числе и в уме, неплохо запоминаю и хорошо разбираюсь в конструировании — мне довольно просто представить себе в подробностях как работает тот или иной механизм. И в тот же момент, я почти не испытываю эмоций. Из-за этого мне сложно понять других людей. Мне приходится учить наши ритуалы и то как правильно реагировать на них, чтобы хотя бы быть похожим на человека.

— Неожиданное откровение, — оценила Кэт, — А с языками тогда как так вышло?

— Ну, французский я учил ещё с репетитором, здесь в Киеве. А потом совершенствовал в Женеве, пока учился. Там-же выучил немецкий — это тоже один из основных языков Швейцарии — на нём разговаривала половина детей у нас в классе. Английский освоил в совершенстве, уже во время обучения в Штатах. Ну а Русский я знаю с детства. Вот и весь секрет.

Мы дошагали до конца набережной и повернули прочь от реки, по одной из уходящих в сторону центра улиц. В сумочке у Дэлаю мелодично пиликнул телефон. Отпустив мой локоть, она быстро отыскала свой гаджет и прочитала:

— Связной от Смита назначил встречу в кафе возле отеля. Пишет что ждёт за столиком, просить не затягивать. Интересно, что у него стряслось. Ты понимаешь в какой стороне наш отель? Или лучше вызвать такси?

— Отель вон торчит, справа, — указал я светящийся неоном Сити, — Можем дошагать туда минут за пятнадцать. Полагаю такси будет добираться столько-же.

— Поняла, пишу ему про пятнадцать минут, — Дэлаю отстучала ноготками текст на экране смартфона, — Готово. Ну что, пойдём узнаем что нового у наших коллег.

Мужчина представившийся Грегом, действительно ожидал нас за столиком кафе. Когда мы только подходили, я спросил у Кэтрин, знает ли она связного в лицо и та подтвердила личность сидящего. Устроившись напротив него и заказав безалкогольного глинтвейна, приготовились слушать.

— Мистер Солгалов, мисс Дэлаю, — кивнул нам Грег, — Наружка не показала за вами никакого наблюдения. Мы проработали всех с кем вы сегодня контактировали и не обнаружили ничего подозрительного. А вот с нашими контрагентами ситуация обратная — мы уже сутки фиксируем вокруг них непонятную возню. Косвенно в районе их пребывания засветились сразу представители нескольких разведок. Ведут ли они переговоры или так просто сложилось — нам пока не ясно, но решено провести операцию прямо сейчас. Надеюсь вы в хорошей форме. Если нет, у меня есть с собой несколько транквилизаторов — их можно относительно безвредно использовать.

На стол лёг небольшой матерчатый пенал чёрного цвета и Грег сделал приглашающий жест, — дескать кому? Мы оба отстранились от стола с непонятными препаратами и помотали головами. Грег лишь пожал плечами и пенал исчез так же быстро, как и появился.

— В таком случае у вас есть полчаса на то чтобы переодеться. Я пока подгоню машину и назначу визит вежливости.

Машина оказалась тонированным фургоном чёрного цвета. Рассмотреть куда мы едем, изнутри было довольно затруднительно. Зато я вдоволь налюбовался на наших спутников — пятерых мордоворотов в бронежилетах и с винтовками, разместившихся на заднем сидении. Грег, усевшийся за руль обозначил их как «Группу поддержки». На мой вопрос, с кем мы собираемся воевать, он туманно ответил, что лучше если у тебя есть друг с автоматической винтовкой, чем если он есть у кого-то другого, а ты пришёл на встречу только с ножом. Помимо меня и Кэтрин, в фургоне были ещё двое «В штатском». Агенты Стен и Берк, отрекомендовавшиеся представителями казначейства, которые должны были произвести расчёты с продавцами, в случае если я признаю товар годным. Кэт, усевшаяся между нами, успела полностью сменить наряд. Вместо подчёркивающего брючного костюма, на ней красовались джинсы, водолазка с высоким горлом и довершал картину небольшой бронежилет, делавший её женственные формы плоскими. Мне бронежилет кстати тоже достался, но Кэтрин потребовала чтобы я одел его под толстовку. Вообще вся эта затея мне всё меньше нравилась. Речь шла о проверке кода, а не войсковой операции.

Ну и у каждого из штатских в руках имелся какой-то уникальный девайс. У меня это была сумка с ноутбуком. У Казначеев это был металлический