Полуночная сделка - Ч. Л. Полк

– Рад, что застал вас.

– А я – нет. Беатрис вот-вот меня победит. Как там «Пеликан»?

– Ждет вашего совещания с интендантом, прежде чем снова отплыть, – сказал Ианте. – По крайней мере, я все там уладил.

Исбета посмотрела на него и уперла руки в бока.

– Что-то случилось… Это связано с моим кораблем?

– Вовсе нет. В Меритоне поднялся переполох. Дело крайне неприятное. Я должен передать новости в храм Бендлтона. Нам понадобятся стряпчие, – сказал Ианте. – Не хочу говорить об этом. Прошу прощения, мисс Клейборн, я надеялся, мне выпадет счастье отвезти вас домой.

– Все равно забирай ее, – сказала Исбета. – Тебе нужно кому-то выговориться.

– Не хочу обременять мисс Клейборн: новости, которые я везу в Орден, совершенно ужасные.

Подробностями Ианте не поделился. Значит, замешано что-то личное, что-то, что могло ее напугать.

– Полагаю, нам лучше знать. Так что случилось в Меритоне?

– Ну, хорошо, – вздохнул Ианте. – Трехлетняя девочка подожгла свою няню.

– Какой ужас! Несчастный случай?

– О, боги… Ты хочешь сказать, что дитя сотворило это с помощью магии… – сказала Исбета. – Она одержима духом.

Беатрис схватилась за шею, не в силах сделать вдох.

– Нет. О, нет, это слишком жутко.

Защитные ожерелья женщины носили именно из-за одержимых духом детей. Чародейка, которая носит дитя, – уязвима, она слишком большой соблазн для эфирных созданий. Их существование длится вечно, однако жизнь бесплотной, но мыслящей особи невероятно скучна, потому духи жаждут привязки к смертному телу в материальном мире. И плод, растущий в утробе, с его ручками и ножками, однако еще без души, – идеальный сосуд для подобной сущности. Духи завладевали его телом, и весь мир оказывался в их власти.

Женщине вынашивать такого младенца чрезвычайно трудно. Он пинается и возится в утробе, изматывая мать. Его рождение всегда сопряжено с опасностью. Подобные младенцы часто идут ножками вперед. Позже страдают коликами, но быстро начинает ползать, ходить и говорить…

Если такое дитя получает в чем-то отказ, в доме, где оно обитает, вещи срываются со стен и летают по воздуху. Из очага выскакивают горящие поленья, хлопают двери, закрываясь и снова распахиваясь. То и дело случаются несчастья, и тот, кто разгневал одержимое дитя, может пораниться, а то и вовсе погибнуть. Такой ребенок обладает колдовской силой духа, однако у него нет моральных качеств, которые могли бы сдержать разрушительную ярость. И вот какая-то бедняжка в Меритоне зачала дитя без защитного амулета.

У Беатрис на глаза навернулись слезы. Если она добьется успеха, у нее никогда не будет малыша. Такова цена магии, которой она жаждала, – никогда не иметь собственного ребенка из страха родить чудовище.

– Возможно, произошел просто несчастный случай? С лампой или свечой?

– Есть свидетель. Мать в ужасе. А в Меритоне нет Ордена магов.

– И поэтому они попросили Орден Бендлтона о помощи. Дитя заключили под стражу?

– Я сам ее видел, – подтвердил Ианте. – Прежде я не встречал подобного создания и надеюсь больше не встретить. Как могла мать быть такой беспечной?

– Подождите, – сказала Беатрис. – Но сколько ей лет? Я имею в виду мать.

– Не знаю, – ответил Ианте. – Девятнадцать? Двадцать?

– О… Да она сама была ребенком, – заметила Исбета.

– В Чесленде шестнадцать лет – подходящий возраст для вступления в брак, если родители согласны.

Исбета повернулась к Беатрис и уставилась на нее.

– Вы их защищаете?

– Просто говорю, что они могли не знать об опасности, если ее дар был слабым, – сказала Беатрис. – А что насчет отца?

– Отрицает свое участие. Они не были женаты… – Ианте отвел взгляд. – Я не должен рассказывать вам обо всем этом. Неподходящая тема для дам.

– Значит, случиться с нами такое может, но мы не должны об этом знать? – возмутилась Беатрис, и Исбета согласно кивнула.

– Ничего подобного не может произойти с вами. Вы – леди.

– Что вовсе не столь надежная защита, как ты думаешь, – возразила Исбета. – Это и с той девушкой не должно было случиться. Семья из бедных?

Ианте кивнул.

– Она назвала отцом известного дельца. Не маг из Ордена, он не имеет дара. Но у него есть поверенные, а у нее – нет.

– Значит, костра он избежит, – сказала Беатрис. – Это ужасно.

– Я не хотел вас расстраивать, – сказал Ианте. – Мне очень жаль. Давайте побеседуем о чем-то другом.

Исбета взвесила в руке свой молоток.

– Ты хотел рассказать о моем корабле.

Беатрис тут же подхватила разговор, который прервала страшная новость.

– О да, я как раз хотела спросить! У вас есть собственный корабль?

Исбета покосилась на брата.

– Да. Только один. Зато на самом деле мой, я записана капитаном.

– Исбета получила «Пеликан» в подарок на пятнадцатилетие, в качестве девичьей собственности. Здесь она владеет Лаван-хаусом, а дома, в Джи – чайной плантацией и особняком на побережье.

– Как… – Беатрис запнулась, подбирая слова. – Как сказать «приданое» на лландарийском?

Исбета нахмурилась.

– Подарок новобрачным, – сказал Ианте. – У нас нет приданого.

У Исбеты был такой вид, будто она готова взорваться.

– Имущество принадлежит мне!

– До тех пор, пока вы не выйдете замуж в Чесленде, – заметила Беатрис.

– Я – гражданка Лландраса. У меня есть права, которых брак не в силах отменить.

– Но согласно законам Чесленда вы не можете принимать решения относительно вашего имущества, – сказала Беатрис, – пока не умрет ваш муж, а после вы будете держать его в доверительном управлении для своего сына, который по достижении восемнадцати лет поступит с ним по собственному разумению.

– А если у меня не будет сына?

– Тогда право собственности перейдет к ближайшему родственнику мужского пола, который будет им за вас управлять.

Лицо Исбеты исказилось от гнева.

– Как гнусно!

– Мне жаль, Иси, – вздохнул Ианте. – Но мисс Клейборн говорит правду.

– Я не позволю отнять у меня мою собственность. Не позволю! Как вы можете мириться с подобным, Беатрис?

– Я просто женщина, – сказала Беатрис. – Все это мне ненавистно, но сражаться в одиночку я не могу.

Исбета уперла руки в бока и скривилась.

– Неужели вы и впрямь полагаете, что только вы против?

– Нет, – ответила Беатрис. – Но будь у нас возможность изменить ситуацию, все бы уже было сделано.

– Нет, я не могу, – покачала головой Исбета. – Меня нельзя бросать ни с чем в этой отсталой стране. Нужно рассказать матери.

Ианте помялся, задумчиво оглянувшись на дом.

– Вероятно, она уже подготовила на этот случай какое-то юридическое соглашение, но я не знаю, будет ли оно законно в Чесленде. Я с самого начала выступал против этого брака. Возможно, если мы оба с ней поговорим, она решит, что дело того не стоит.

Исбета недоверчиво воззрилась на брата.

– Думаешь, посмотришь на матушку своими большими глазами, и она отбросит свои планы выдать меня замуж за неотесанного нахала в шейном платке?

– Бард не так уж плох.

– Мне все равно. Я не хочу выходить за него замуж. Не хочу здесь жить.

– Но это вопрос счастья ее дочери, – сказал Ианте. – Это важно.

– Еще