Таня Гроттер и ботинки кентавра - Дмитрий Емец

Тело обожгло холодом. Несмотря на то что летоуже началось, вода в океане почти не прогрелась. Посиневшими губами И-Ванбыстро пробормотал согревающее заклинание Белус горячкус. Висевший на шееамулет дважды вспыхнул, и от него по всему телу разлилось живительное тепло.Кровь в жилах побежала быстрее. Стараясь держаться подальше от рыбацких лодок игалер, с которых порой долетали голоса, И-Ван быстро поплыл вдоль берега. Онстремился выбраться за длинные стены, спускавшиеся к самой воде, и потом ужевыйти на берег, на котором нечеткими оранжевыми пятнами расплывались костры стражи.Вода пахла рыбой, драконами и водорослями. И-Ван любил этот запах, как любил исамо ощущение близости океана.

Это был единственный способ покинутьОт-И-Тиду. Сделать это иначе было невозможно. Ни один из слуг ГуссинаСемипалого, принесший магическую клятву-присягу на верность Его Величеству,которая своей суровостью и массой ограничений больше походила на длинноесамопроклятие, не мог выйти из города, не имея хотя бы разрешениягосударственной канцелярии. Провести стражу, затесавшись в толпу выходящих изгорода крестьян, было еще реально, но невозможно было обойти хитрое заклинание,наложенное на огромные медные ворота с двумя литыми мордами касаток. Створкиворот с грохотом захлопывались, едва пытающийся ускользнуть бедняга перешагивалнезримую черту.

Но океан не ворота. Его воды свободны имятежно-беспокойны, а огромные валы дерзкими пощечинами век за веком вызываютна бой гранитные волнорезы. Боевым магам От-И-Тиды не наложить на него такогоже заклинания, даже если все вместе они будут колдовать в течение века.

И-Ван плыл долго. Лишь когда костры стражирастворились во мгле и стали просто мерцающими точками, он повернул к берегу.Наконец окоченевшие ноги ступили на дно. Выбравшись на берег у старых лодочныхпричалов, И-Ван огляделся, жалея, что не позаботился выучить заклинание,просушивающее одежду. Правда, в памяти вертелось нечто, но произносить этоИ-Ван не отважился. Правило первое для всякого мага: никогда не произносизаклинания, если не уверен, что ничего не спутаешь. Часто срабатывают самые нелепыезвуковые комбинации. Стоит напутать с одной-единственной буквой, и будешьдоживать свой век дождевым червем со знанием иностранных языков или, того хуже,превратишься в колтун на хвосте какой-нибудь старой сторожевой псины. Такихслучаев в истории магии даже не сотни – тысячи.

Дрожа от холода, И-Ван стоял на песке иразмышлял. Идти вдоль берега было опасно – здесь легко можно нарваться напатруль. Кроме городского гарнизона, От-И-Тиду охраняло несколько сильныхотрядов боевых магов, укрепленные лагеря которых окружали город и былиразбросаны по всему побережью.

Безопаснее было двигаться по заросшим холмам.И-Ван побежал было, но вскоре, задохнувшись, сбился на торопливый шаг. К томувремени взошла луна, и песок стал казаться белым. И-Ван предусмотрительнообогнул большой холм, на вершине которого с высокой долей вероятности могоказаться пост. Наконец он очутился у группы невысоких холмов. В одном из нихтемнело несколько больших провалов. Это и были песчаные пещеры.

И-Ван поднялся по склону. Здесь он остановилсяи огляделся. Нет, Мардоний еще не прискакал. Вокруг было пусто. Лишь мертвеннобелел песок да луна равнодушно взирала с небес. И-Ван опустился на песок,приготовившись терпеливо ждать. Так он просидел около получаса, всматриваясьвниз, туда, где в редком кустарнике петляла дорога. Никого и ничего. Тишина.Лишь кричит вдали ночная птица.

Внезапно у И-Вана, должно быть, от усталостизакружилась голова. Кустарник слегка расплылся, а расплывшись, точноприблизился. Тени, в том числе и его собственная, сместились, а почему-тораздвоившаяся луна словно многозначительно подмигнула ему, прежде чем вновьвоссоединиться. Одновременно у юноши возникла твердая уверенность, что Мардонийне придет. Хватит себя обманывать. Кентавры не успели или не захотели ничегопередать ему. Он напрасно потратил полночи, пробираясь сюда из города. Поравозвращаться на побережье и проделывать тот же тяжелый путь, но уже в обратнойпоследовательности. И-Ван поднялся на ноги и стал понуро спускаться с холма.

Но не успел он сделать и десятка шагов, каксправа раздалось короткое ржание.

И-Ван поспешно повернулся и увидел крупноговороного кентавра, стоявшего совсем близко. Скрестив на груди руки, Мардоний слюбопытством смотрел на него. Все говорило о том, что он находится здесь ужедавно. Возможно, он прискакал сюда даже раньше, чем пришел И-Ван. Белки егоглаз светились в темноте, как у многих из тех древних существ, что населялиземлю задолго до людей. Как у большинства кентавров, возраст Мардония былоневозможно определить. Ему могло быть сорок лет или четыреста, а может, игораздо больше.

– Хорошей скачки! – сказал И-Ван.

– Приятного аппетита! – эхомотозвался кентавр.

– Но я не ем! – удивился И-Ван.

– А я не скачу, как ты заметил. Глупоговорить «хорошей скачки» без особой надобности, считая, что это нравитсякентаврам. Перед длинной дорогой возможно. Но в остальных случаях это так женелепо, как говорить вместо «спасибо» «спокойной ночи»! Запомни это и непопадай впредь впросак, – назидательно сказал Мардоний.

– Не ворчи! Лучше скажи, откуда тывзялся? Почему я не видел тебя? – пораженно спросил И-Ван.

– Простенькая охранная магия. Прости, чтозаставил ждать. Я хотел убедиться, что за тобой не следят… И это твое сомнение,что я не приду, это тоже я… На всякий случай. Если тебя вели телепаты – издали,из От-И-Тиды, – это должно было их одурачить.

– Я пришел один.

– Ты мог считать, что пришел один.Согласись, то, что мы считаем, и то, что есть на самом деле, разныевещи, – спокойно уточнил кентавр.

– Я не подозревал, что кентавры… –начал И-Ван.

Мардоний сердито стукнул копытом.

– Многие недооценивают кентавров. Это,мол, простаки с лошадиными ногами, что с них взять! Почему-то все забывают, чтокентавры жили на земле, когда еще древние боги были в силе. Правда, теперь длянас, старых народов, наступили не лучшие времена. Злобные двуногие выскочкиуничтожают все, что неподвластно их разуму.

– Странно, что я тебя не заметил. Яобычно вижу невидимок или хотя бы их контуры! – сказал И-Ван.

Он был задет за живое: как же так, все этовремя кентавр был рядом, почти под носом, а он и не подозревал об этом! Хорошмаг!

Мардоний усмехнулся. Зубы у него были большие,плоские, с крупной щелью между двумя передними. Это были типичные зубы кентавра– зубы уже не лошади, но и не человека. Точно так же, как и борода Мардония погустоте и силе своего волоса заставляла вспомнить о конской гриве и конскомхвосте.