Повелитель теней - Грэм П. Тейлор

– Да только откуда начать поиски-то? Мы ж искали их всю ночь, но они как в воду канули, – говорил Бидл, в то же время пытаясь собрать с пола бумаги.

– Отыскать их будет не слишком трудно. Никто не узнает, что мы храним здесь, если ты не примешься снова болтать. – Приподняв одну бровь, он бросил на Бидла обвиняющий взгляд. – Пьяная болтовня будет стоить тебе жизни. Мы должны защитить свое сокровище, и во имя такого дела можно пожертвовать мелкой сошкой.

Бидл судорожно сглотнул. Он знал, что Демьюрел сдержит слово и, не колеблясь, убьет его, притом самым жестоким способом, какой Бидлу и не вообразить.

– Принеси магическую чашу. Может быть, Пиратеон сумеет направить нас. – Демьюрел сбросил ноги со стола, встал и подвернул рукава.

Бидл подошел к небольшому столику и вынул из ящика черную сумку. Потом достал из нее зеленую китайскую чашу с выгравированными на ней змеями, которые, свившись хвостами вокруг донышка, спиралью подымались вверх. Он поставил чашу на стол. Демьюрел протянул руку к верхнему ящику своего стола, вынул хрустальный сосуд с прозрачной жидкостью и вылил ее в чашу. Потом взглянул на Бидла.

– Кровь, Бидл. Нам нужна кровь.

Бидл беспомощно окинул взглядом комнату, потом испуганно, остекленевшими глазами уставился на Демьюрела.

– Да, твоя кровь, Бидл. Мне нужна твоя кровь. – И Демьюрел знаком велел слуге приблизиться.

– Но ведь у меня ее едва хватает на себя… лишней-то, право, нету… я же совсем иссохну, – взмолился он, чуть-чуть попятившись.

Демьюрел вынул из ящика стола перочинный ножик и повернул его острием к Бидлу.

– Думаешь, мне ведро крови надо? Только капля. Обещаю, это не больно.

Внезапно он рванулся к Бидлу и ловко схватил его. Затем подтащил к столу и, держа его правую руку над чашей, вонзил острый кончик ножа в большой палец. Выдавив две крупные капли, он лезвием ножа разболтал их в воде. Ошеломленный Бидл отскочил от стола и заухал как сова. Он сунул палец в рот и стал сосать его, похожий на большого толстого младенца.

– Ну-ну, приятель, подойди и погляди в воду.

– Вы обманули меня! Мне больно! И вы из меня выдавили всю мою кровь, – прошамкал он, с пальцем во рту.

Демьюрел протянул ладони над водоворотом в чаше. Закрыв глаза, он заговорил голосом, совсем не похожим на его собственный:

– Пиратеон-Кайкос-Теон-Анетеан…

Вода начала чернеть и бурлила все сильнее: казалось, в чаше бушует плененный шторм.

– Покажи мне, Пиратеон, черный властелин высших сфер, покажи мне их! – громко взывал Демьюрел.

Вода тем временем обрела цвет темного серебра и наконец вся застыла толстой льдиной. Бидл увидел отраженный в ней дом. Это был небольшой коттедж, стоявший в лесу на берегу речки.

– Я вижу, Бидл, они здесь, вернее, вот-вот будут здесь. Знаешь ли ты это место?

– Это коттедж мельника Боггла. – Бидл снова заглянул в чашу. – Так ведь туда два часа ходу… как можно увидеть его отсюда? – спросил он, дрожа всем телом.

– Магия, Бидл! Нам показывает это Пиратеон. Я потерял так много лет, идя неверным путем. Я так старался понять все, чему научен был с детства, а в конце концов оно оказалось ни к чему. Нет во всем этом ни силы, ни славы, только пустые слова. Я молил Бога, чтобы он дал мне какой-то знак. Ну, хоть претворил бы воду в вино, только для меня, но я не получил от него ничего. Меня учили возлюбить ближнего, как самого себя, и любить Бога всею душой. Но как можно любить того, кто восстает против истинного властителя мира, самого Сатаны? Как можно любить ближнего своего, если и себя-то самого не любишь?

Бидл совершенно оторопел, слушая эти речи. Демьюрел между тем продолжал, глядя в окно:

– Когда-нибудь ты, возможно, поймешь… Но по этому малому знаку, по воде и крови, я уже знаю, где они, и я остановлю их. Только одна вещь на этом свете стоит того, чтобы умереть за нее и это – власть. Власть над людьми, власть над стихиями и в конечном счете власть, которая позволит мне самому стать Богом. Благодаря моему Керувиму я уже могу управлять стихиями. Когда же оба они окажутся у меня, я изменю мир, по моему велению Бог умрет. На этот раз он будет пригвожден к кресту навечно.

Демьюрел с силой ударил кулаком по столу. Вода в чаше выплеснулась. Теперь это был уже не лед, и видение коттеджа исчезло. В чаше что-то замерцало, когда Демьюрел погрузил свои пальцы в воду и осенил себя пентаграммой. Последние несколько капель воды он брызнул на Бидла. Потом вдруг замер, посмотрел на матросский сундук и, содрогнувшись, заговорил тем же нездешним голосом:

– Бидл, вытащи отсюда сундук, запри его и сожги. – Он пристально смотрел на слугу. – Сейчас же, Бидл.

Слуга проковылял через всю комнату, взялся за медную ручку на боковой стенке сундука и поволок его по полу. Сундук был тяжелый и поддавался с трудом. Бидл изо всех сил тянул его по дощатому полу. Демьюрел пришел ему на помощь, и они вместе доволокли его до двери и вытолкнули в коридор. Вдвоем дотянули до парадной двери, потом на площадку. Бидл совсем ослабел, тяжелый сундук вырвался из его рук, покатился по каменным ступеням вниз и грохнулся на подъездную дорожку.

Рафа, оглушенный падением, вывалился из сундука в грязь. Демьюрел мигом набросился на него, схватил за горло и поднял с земли.

– Здесь негде спрятаться от меня. Неужели ты думал, что я оставлю Керувима там, где тебе удалось бы найти его?

Рафа не мог ответить, потому что священник все сильнее сжимал ему горло и в то же время держал навесу.

– Вы убьете его, хозяин! – крикнул Бидл Демьюрелу.

– Он был мертв уже в тот миг, когда вступил в этот дом. Впрочем, сейчас, пожалуй, не время и не место. Ведь в таких делах никогда точно не знаешь, Бидл. Быть может, живым он окажется нам полезнее.

Он крутанул Рафу и швырнул наземь.

– Тебе придется дать кое-какие объяснения. Ну-ка вставай и не вздумай бежать. У нас есть собаки, для них схватить тебя – минутное дело.

Рафа встал на ноги, и Бидл потащил его к двери в дом викария. Рафа не сказал ни слова насильникам и старался на них не смотреть, пока они тащили его обратно, в кабинет Демьюрела. Бидл запер дверь и взял из огромного пустого цветочного горшка прогулочную трость. Отвернув рукоять, вынул из нее длинный острый клинок. Демьюрел сел в свое потертое кожаное кресло и уставился на Рафу. Он обшаривал глазами каждый сантиметр его тела, примечал каждую деталь в его облике, каждую черточку, какие помогли бы определить, кто он такой и с какой целью сюда явился. Так прошло несколько минут, наконец Демьюрел заговорил.

– Как тебя зовут? – спросил он.

Рафа молчал.

– Ты ничем себе не повредишь, если скажешь кто ты. В конце концов, почему бы нам не вести себя друг с другом цивилизованно? – Демьюрел изобразил улыбку. – По цвету твоей кожи я могу сказать, что ты не здешний. Ты раб?