Лифчики и метлы - Сара Млиновски

— На здоровье. Хочешь опробовать?

Я улыбнулась:

— А то. Так что я должна сделать? Искупаться в этом?

— Угу. Ты должна втирать это в ноги.

— Как думаешь, мама не удивится, что я влезу в ванну, а не под душ? Ведь я не делала этого с шести лет.

По ее лицу пробежала тень беспокойства.

— Хороший вопрос. И что нам делать?

У меня был план. Я закончила запихивать тарелки в посудомоечную машину, а затем постучала в мамину дверь. Она лежала, натянув плед до подбородка, и читала какой-то любовный роман. Мама обожает любовные романы. Я думаю, она все еще ждет Прекрасного Принца.

Она могла бы призвать его с помощью магии, если бы захотела. Просто наколдовать его. Высокого, сильного. Почему нет? Что с ней не так?

— Мам, — спросила я, — могу я позаимствовать одну из твоих специальных подушек? Спина меня просто убивает.

Она опустила книгу себе на живот и посмотрела на меня. На секунду мне показалось, что мама все поняла, но тут она спросила:

— Ты опять поднимала тяжелое?

— Ну… да. Мой стол. — И зачем мне понадобилось поднимать стол? Мне в жизни не удавалось придумать правдоподобную ложь.

Она вздохнула:

— Рейчел, у тебя всего одна спина на всю жизнь.

— Спасибо за совет, мам, — ответила я своим самым покладистым голосом.

— Подушки в моем медицинском кабинете. — Она вернулась к чтению.

— Спасибо. — Теперь пришло время для озарения. — Секундочку. А ванна не может помочь моей несчастной спине?

— Отличная идея, — сказала она, уже находясь на пляже с Прекрасным Принцем и не обращая больше на меня внимания.

Миссия выполнена. Я вышла из комнаты, плотно закрыв дверь, и понеслась к Мири.

— Все в порядке. Начинаем. Она вручила мне чашу.

Я вошла в ванну и попыталась захлопнуть за собой дверь. Но Мири удержала ее.

— Ты позволишь? — спросила я.

— Я должна войти с тобой.

— Предпочитаю принимать ванну в одиночестве.

Она скрестила на груди руки.

— Без моего заклинания ты просто искупаешься во фруктовом салате.

Я впустила ее.

— Запри дверь. И не шуми. Если мама узнает, что ты здесь, она может догадаться. — Я принюхалась. — Отлично. Воняет дымом. Она опять здесь курит. Почему она думает, что может это от нас скрыть? Это же так очевидно.

Мири пожала плечами. В отличие от меня ей сигаретный дым никогда особенно не мешал. Почему-то только я плакала по ночам от страха, что мама может умереть от рака легких. Именно я в семь лет нашла пачку сигарет, которую она прятала от папы, разломала каждую сигарету и спустила в унитаз.

Мири никогда не сердится на маму. Они с ней похожи. А я больше похожа на папу. Наверное, поэтому я никогда на него не сержусь.

— Что нужно делать?

— Мы наполним ванну водой, добавим моей микстуры, затем я произнесу заклинание.

Я повернула кран горячей воды. Мири покачала головой и закрыла кран.

— В книге сказано, что вода должна быть холодной. Наверное, это заклинание написали еще до того, как в домах появилась горячая вода.

— Мне придется сидеть зимой в ледяной воде?

Мири пожала плечами:

— Таково заклинание.

Я точно заболею.

— Давай покончим с этим.

Она опустилась на крышку унитаза и раскрыла колдовскую книгу. Потом опрокинула в ванну чашу и поводила там рукой, размешивая.

Я протянула ей свою зубную щетку.

— Может, воспользуешься этим в качестве волшебной палочки?

Она качнула головой:

— Нет.

— А как насчет островерхой шляпы? Я могу быстренько соорудить.

— Что мне действительно нужно, — сказала она, — так это чтобы ты помолчала и я смогла сконцентрироваться. — Она закрыла глаза, сжала губы и напустила на свое лицо сосредоточенное выражение. После нескольких секунд тишины (насколько это возможно в Нью-Йорке, когда с улицы постоянно слышен шум проезжающих автомобилей и их сигнализаций) я почувствовала знакомый холодок, а Мири зашептала:

Небеса и Земля

Владыки Миров

Даруйте Рейчел с помощью этого зелья

Дар Танца…

Она открыла один глаз и побултыхала рукой в воде.

— Ты меня разыгрываешь. — Я расхохоталась. — И это заклинание?

— Так здесь написано.

— Это худшее заклинание, которое я когда-либо слышала! Они о рифме никогда не слышали? Тому, кто это написал, Пулитцеровскую премию ни за что не получить.

Она начала грызть ногти.

— Ты полезешь в ванну?

— А теперь ты можешь уйти?

— Я видела тебя голой тысячу раз. В детстве мы вместе мылись.

— Во-первых, мама может что-то заподозрить, если узнает, что мы здесь вместе. Во-вторых, есть вещи, которые ты перестаешь делать, когда вырастаешь, — отшутилась я. — Грызть ногти, к примеру.

— Ладно, я уйду, если ты так хочешь.

— Сколько мне придется здесь торчать?

— По меньшей мере полчаса, — буркнула она, хлопая дверью.

Я закрыла за ней дверь и разделась. Я решила начать с малого — опустить в воду большой палец правой ноги. А-ах! Холоднее снега. Сделав глубокий вдох, как на йоге, я поставила в ванну всю правую ногу. Аа-ах! Я выдернула ее, а затем попыталась опустить снова. Ааа-ах! Полчаса отсчитываются с этого момента или когда я окажусь в ванне целиком?

Я медленно поставила в ванну обе ноги. Потом под воду ушли лодыжки. Затем колени, бедра, живот, моя несуществующая грудь. Зубы застучали. Губы дрожали. Пальцы посинели. Кожу начало покалывать, как бывает, когда что-нибудь отлежишь, но я не знала, от заклинания это или от низкой температуры. Вода была зеленой и будто с песком. А голову окунать обязательно? Голова нужна, чтобы чувствовать ритм. Я решила помотать в воде головой из стороны в сторону.

Я целиком опустилась под воду, плотно закрыв глаза.

Буль, буль. Надо было закрыть рот.

Мири постучала в дверь:

— Ты в порядке?

— Что будет, если я проглочу немного по ошибке? Мой желудок будет танцевать макарену?

— Все будет нормально. Если ты окунулась целиком, то уже можешь вылезать.

— Я думала, нужно пропитываться полчаса.

— Я солгала. Ты меня разозлила.

Моментально выскочив из ванны, я выдернула затычку и схватила полотенце. Перестав дрожать, я помыла ванну, надела халат и пошла в свою комнату. Там я закрутила волосы в пучок, надела кроссовки, включила радио и встала в позу перед зеркалом во весь рост на двери шкафа. «Только я и музыка…»