Трон Дураков - Адриан Коул

Какой-то шорох раздался за спиной у Гайла. Он сонно улыбнулся:

— А, это ты, Луарне. Помни-ка мне спину немного, да я пойду на этот банкет. — Его дом, расположенный в одном из лучших городских районов, день и ночь охраняли переодетые воины из отборного полка Руана.

До сих пор немногие из жителей Элберона знали или догадывались, кто скрывается за прозвищем «Гайл», и это вполне его устраивало: ему не хотелось спешить с заявлением своих прав на императорский престол и начинать войну с Золотыми Островами. Поход на восток потребовал от него крайнего напряжения всех сил, духовных и физических, и раны, полученные в тех боях, еще не совсем зажили.

Луарне, одна из девушек, нанятых для ведения хозяйства, оказалась искусной массажисткой. Ее ловкие пальцы принялись мять и месить его плечи и спину.

Гайл издал глубокий вздох наслаждения и почувствовал, как зловещие тени Ксаниддума отступили и растаяли в дали. Немного погодя девушка закончила массаж и удалилась.

— Как, уже все? Ну да, я помню, что мне надо идти, но еще немножко… — недовольно заворчал Гайл, но тут же умолк, ощутив чье-то присутствие. Это была не Луарне. Не успел он пошевелиться, как что-то холодное и твердое коснулось основания его шеи там, где только что трудились сильные пальцы массажистки. Гайл узнал прикосновение оголенного стального клинка.

— Человек твоего положения, — раздался над ухом знакомый голос, — не имеет права расслабляться до такой степени. — Стальное лезвие отпустило его шею, и Гайл неловко перекатился на бок, шаря рукой по кровати в поисках какого-нибудь оружия, хотя прекрасно знал, что ничего подобного в комнате нет. — Что, даже защитить себя нечем? Перед ним стоял человек в темном плаще с капюшоном, который в данный момент лежал у него на плечах, давая возможность разглядеть черты вошедшего. Его правую руку полностью скрывал длинный широкий рукав.

— Варгалоу! — выдохнул Гайл.

Избавитель насмешливо поклонился. На его полных губах играла сардоническая усмешка.

— К твоим услугам. Но на моем месте мог быть и наемный убийца. Твоей охране следует проявлять больше бдительности. — Большие карие глаза, хищно блестевшие в свете лампы, и резкие черты лица придавали ему вид надменный и почти враждебный.

«Враги правильно делают, что трепещут при одном упоминании его имени, — подумал Гайл. — А ведь когда-то он был и моим недругом. К счастью, те времена прошли».

— Завтра же утром прикажу их выпороть, — широко ухмыляясь, пообещал он.

Варгалоу с сомнением покачал головой.

— Ну нет, только не ты. Ты будешь читать им нотации, но пальцем их не тронешь. Если, конечно, ты не слишком изменился с нашей последней встречи год тому назад.

Гайл кивнул, поднялся с кровати и принялся натягивать рубаху.

— Уж и не знаю, радоваться твоему появлению или наоборот, — откровенно признался он.

— Я приехал погулять на знаменитой свадьбе, о которой все кругом только и говорят. От нее много зависит. Например, дальнейшее благополучие этого города.

— Ты прав. Ну а как твои дела? Что делается в Башне? Варгалоу пожал плечами:

— Там еще много работы. Не все Избавители успокоились. Многие продолжают считать Хранителя невинно убиенным, а меня — его хладнокровным убийцей, но роптать не смеют.

Гайл невесело усмехнулся:

— Да уж, представляю себе.

— Думаешь, я перегибаю палку?

— Может быть, и нет. В конце концов, Избавители творили зло, хотя и сами того не ведали, а ты делаешь все возможное, чтобы искоренить эту привычку.

Варгалоу улыбнулся:

— Ладно, хватит о политике. Я приехал отдыхать. Приятно будет повидать остальных, хотя мое появление может и не вызвать у них большой радости.

Гайл выпрямился. Так вот почему Варгалоу сначала пришел сюда. Он тоже чувствует себя не в своей тарелке, зная, что остальные могут сомневаться в его лояльности.

— Мы слишком много пережили вместе, — произнес Гайл вслух, и на мгновение бесчисленные призраки Ксаниддума встали перед ними обоими. Ветераны обменялись взглядами, но Гайл отвел глаза и поспешил переменить тему:

— Скажи, а невесту ты уже видел?

— Нет, но слышал, что девица боевая, — хохотнул Варгалоу.

— О да! А ее отец, Странгарт, — настоящий медведь. Будь осторожен, а не то он загонит тебя в угол и закидает вопросами о последней войне. Он до сих пор жалеет, что не пошел тогда с нами. Как он не понимает…

— Жду не дождусь того момента, когда смогу увидеть его с дочерью. Но, судя по тем слухам, которые доходили до меня о Руане, он справится с молодой женой.

— Он прекрасный воин и командир. Моррик Элберон гордился бы им.

Варгалоу умолк и пристально посмотрел на Гайла, а потом продолжил:

— Рад, что с тобой все благополучно. Идем?

Они вышли из дома и отправились на званый обед как старые товарищи, причем Гайл не переставал удивляться, с какой легкостью дается ему беседа с человеком, которого он когда-то боялся пуще самой смерти.

Едва они оказались на улице, от стен домов отделились молчаливые фигуры и, неслышно ступая, последовали за ними — не слишком близко, но все же в пределах досягаемости. Гайл настоял, чтобы охрана не ходила за ним по пятам, иначе люди заинтересуются, кто он такой, и тогда прощай анонимность, которой он столь сильно дорожил.

Варгалоу заметил, что стража словно нарочно старается держаться подальше от них, и поинтересовался почему.

— Рано еще дразнить обитателей Золотого Города, — последовал ответ Гайла.

— А что оттуда слышно?

— Ничего нового. Все то же самое, хотя торговцы и переселенцы, которые продолжают притекать в наш город, сообщают, что Кванар Римун тяжело болен и не встает с постели. Думают даже, что ему уже не поправиться.

Широкая, недавно вымощенная центральная улица, по которой шагали путники, пошла под уклон и вскоре привела их в лабиринт узеньких улочек и переулков, зажатых между набережной и замковым холмом, куда они направлялись. Увлеченные обсуждением достоинств и недостатков расположения Элберона с точки зрения его обороны, они не сразу заметили, как из какого-то проулка высыпала целая толпа подозрительных типов. Та часть города, в которой они находились в данный момент, слыла наиболее опасной как для кошельков, так и для жизни случайных прохожих, однако именно через нее лежал самый прямой путь в крепость. Завидев возможную опасность, Гайл неохотно потянулся за мечом: он так и не овладел искусством обращения с этим опасным предметом.

— Надо же, как некстати, — проворчал он.

Варгалоу, ни на шаг не отдаляясь от своего спутника, настороженно приглядывался к внушавшей опасения компании. Те приближались, ступая пружинисто и тихо, точно вышедшие на поиск приключений коты. Наметанным глазом бывалого рубаки, побывавшего на своем веку не в одной переделке, Избавитель определил, что это явно не простые разбойники. Сначала он был уверен, что этих головорезов подослали его недруги, но, увидев, как те вытащили из рукавов не ножи, а простые дубинки, понял, что они охотятся за Гайлом: ни один человек во всей Омаре не додумался бы выйти против Избавителя с куском дерева в руках. Вдруг откуда-то сзади донесся хриплый окрик, и тут же сталь зазвенела о сталь: это другая группа вооруженных людей отвлекала внимание охраны. Нападение было тщательно спланировано.