Штука - Владислав Выставной

– А что такое? – поинтересовался я.

Тут заработал принтер, и по высокому, на уровне ультразвука, скрежету стало понятно – игольчатый. А Хиляк сказал:

– Говорят, Крот из милиции ушел из-за того, что у них целый день такой звук стоит. Сколько ни просил, чтобы поставили лазерный или там струйный принтер – начальство ни в какую. Вот и сдали нервы у человека.

– Это понять можно, – кивнул я.

– Это что, – сказал Доходяга, и его голос с трудом пробился сквозь надсадный рев принтера. – У нас в читальный зал как-то муха залетела. И целый час жужжала, жужжала… То, вроде, тишина наступила – а тут она снова за свое! Так один аспирант не выдержал: схватил стул за ножку и принялся по столам скакать и крушить все, что под руку подвернется. Так разошелся – там не только мухе досталось… Говорят, он три года диссертацию дописать не мог, бедняга…

– Бывает, – легко сказал Хиляк.

Принтер, наконец, заткнулся, и Доходяга выдернул из лотка распечатку.

– Подождите меня, – сказал он. – Я наверх, в каталог поднимусь. Один, чтобы вы лишний раз не светились…

Доходяга вернулся с длинным лотком под мышкой. На лицевой стороне, там, где была прикручена маленькая ручка, виднелась табличка с крупной буквой «Я».

– Здесь данные по свежим кандидатам в члены Клана, – пояснил Доходяга. – Сейчас посмотрим…

Мы сгрудились вокруг стола. Понимая, что от меня пока толку мало, я уселся прямо на стол, привалившись спиной к книгам. Удобство сомнительное, но все же…

Было интересно – как же в обычном алфавитном каталоге прячется тайная информация по членам Клана?

А Доходяга быстро перебирал карточки длинными сухими пальцами, время от времени сверяясь со списком и бормоча себе под нос что-то, одному ему понятное. Одну за другой он извлекал карточки из лотка, пока на столе не оказалось их около десятка.

Я вытянул шею, но не увидел в карточках ничего выдающегося. Взял одну из них – которую зачем-то пододвинули в мою сторону, прочел:

«Яшин Н.С. „Культурно-массовая работа в пенитенциарных учреждениях“». Спрашиваю:

– Что такое «пенитенциарное учреждение»?

– Тюрьма, – отвечает Крот.

– А какое это имеет отношение к Клану?

Вместо ответа Крот подошел, притянул карточку к себе, повернул ее пустой стороной кверху и щелкнул кнопкой маленького фонарика.

Как в волшебной сказке, на картоне возникли синие светящиеся буквы.

– Краска, чувствительная к ультрафиолету, – пояснил Крот и повертел фонариком. – Все очень просто…

Я успел прочитать:

№ 541350

БЛИЗНЕЦ

В рядах с 11.09.2… г.

Введен Хиляком (№ 430706)

Уровень 2.

Ловец.

Проживает:…

Ниже шел какой-то мелкий текст, но прочитать его я не успел: Крот мягко отнял карточку.

– Здорово… – проговорил я. – Уже и я здесь. А кто обновляет данные?

– Не знаю, – равнодушно пожал плечами Доходяга. – Это уже вне моей компетенции.

– У нас не принято выходить слишком далеко за собственные рамки, – сказал Хиляк. – Чем меньше связей, тем плотнее ряды. В случае чего Клану легче отбрасывать хвост, понимаешь?

– Понимаю… А почему номер шестизначный? За всю историю нас меньше миллиона было?

– Бессмертных среди нас тоже нет… – философски заметил Доходяга. – Кто-то приходит, кто-то уходит. Чего ж номеру пропадать?

– Нашли на чем экономить, – пробормотал я и поежился. Как-то не очень приятно что-либо донашивать за покойником. Пусть это даже всего-навсего номер…

– Не бери в голову, Близнец, – добродушно сказал Хиляк. – У многих номера чужие. Если хочешь знать, это даже хорошо: какая-никакая, а преемственность поколений. Что может слабак слабаку передать? Вот только свой номер…

– Все это лирика, – заметил Крот, собирая карточки в аккуратную стопку. – Однако давайте посмотрим, какая у нас картинка складывается.

Он уселся на единственный стул, Хиляк же встал у него за спиной с ультрафиолетовым фонариком. Доходяга уселся на стол рядом со мной и сник – будто у игрушечного зайца «завод» кончился.

– Ну, что ж, приступим, – сказал Крот, деловито сплюнул на пальцы и принялся перебирать карточки. – Итак, кандидатура первая: Добряк, введен в ряды братьев два месяца назад с подачи Хорька…

– Хорька я знаю, – заметил Хиляк. – Отличный Ловец. Получше меня будет – столько народу в Клан натащил…

– Так, может, дело в его неразборчивости? – сказал Крот и продолжил. – Так, Добряк… Угу… Слабак божьей милостью, не женат, работает смотрителем детской карусели в передвижном парке аттракционов «Ромашка». В проявлением нетипичной активности не замечен…

– Простите, – не выдержал я. – Что значит – «слабак божьей милостью»?

– Это значит – природный слабак, вроде нас с тобой, настоящий. Вроде, как «истинный ариец» в «Щтирлице». Древняя формулировка, не меняем из уважения к традиции. Сразу же про нетипичную активность: это то, что могло бы выдавать в нем скрытого анимала.

– Это я как раз понял.

– Хорошо, – сказал Крот, – тогда продолжим. Мышка. Ведена в ряды братьев…

– Сестер? – усомнился я.

– Братьев! – сердито сказал Крот. – Это тоже традиция. Не мешай! Введена два месяца назад с подачи того же Хорька. Слабак божьей милостью, не замужем, воспитательница детского сада. В нетипичной активности не замечена. Примечание: в течение полугода занимала должность исполняющего обязанности директора того же детского сада.

– Это что, какой-то криминал? – зеваю.

– Еще нет, – сказал Хиляк. – Просто указание на возможность карьерного роста. Было бы подозрительно, если б из статуса И.О. она перешла в реальные директора. Для слабака это не типично.

– Еще бы, – вставил Доходяга. – В детских садах у нас невероятно конфликтные и пробивные женщины. Слабаку подняться нереально. Да и с детьми непросто…

– Да уж… – буркнул я.

– Дальше! – потребовал Хиляк.

– Плинтус, слабак божьей милостью…Введен Хорьком… Женат. Младший юрист районной налоговой инспекции….

Мне стало невероятно тоскливо от перспективы выслушивать одно и тоже про этих скучных людей. Еще немного – и впаду в жесточайшую депрессию. Это у меня запросто.

– Слушайте, – говорю. – Крот, есть предложение. Ты ведь опытный кадр. Сам отсей все лишнее – и прочитай нам только тех, кого считаешь наиболее подозрительными!

– Клоуна сюда надо, – мрачно сказал Крот. – Он всех этих подозрительных за версту чует…

– А давайте возьмем карточки – и в автобус отнесем? – наивно предложил я.