Магическое братство - Александр Сухов

Благодаря своевременному вмешательству Гвенлина очередной конфликт между Мандрагором и коварным демоном не перерос в откровенный мордобой. На этот раз юноша, признав правоту слов демона, сделал своему наезднику внушение:

– Шмуль в данном случае прав. Спать тебе, корень, нужно поменьше. Потеряешься по дороге, где тебя потом искать? Голосок у тебя не ахти какой громкий – не докричишься. Пропадешь без нас один в лесу. – Запугав до смерти любителя поспать на ходу, Гвен вдруг ни с того, ни с сего задал ему вопрос: – Мандрагор, почему после приема пищи ты продолжаешь оставаться все таким же легким, как до него? Вот, например, за завтраком ты умял две тарелки каши, в кустики не отлучался, значит, по логике вещей ты должен потяжелеть именно на эти две тарелки, я уж и не вспоминаю про твой вчерашний ужин.

Оскорбленный до самой глубины своей чувствительной натуры магический корень хотел тут же вскипеть в праведном гневе, поскольку по собственному опыту знал, что лучшая защита – нападение. Но, взглянув в ясные очи юноши, понял, что его никто не желает как-то зацепить или обидеть. Также он понял, что Гвену вовсе не из жадности, а из чистого любопытства хочется знать, куда пропадает еда.

– Об этом тебе лучше было бы спросить у моего создателя Моргелана – меня он в магические тонкости своего ремесла никогда не посвящал, но поскольку старый колдун больше никому ничего и никогда рассказать не сможет, давай отнесем этот феномен к разряду необъяснимых и забудем о нем.

– Ну что же, – разочарованно пробубнил Гвенлин, – заметано, пусть будет необъяснимый феномен…

После удачной операции по пересечению границы наша троица вышла к лесу и двинула в глубь королевства Ингерланд по тропинке, петляющей между вековыми дубами, буками и грабами. Путешественники уже собирались остановиться на обеденный привал, поскольку солнце незаметно перевалило точку зенита, и даже под кронами деревьев стояла невыносимая духотища, однако густая чаща резко оборвалась, и лесная тропинка уперлась в мощенный булыжником широкий тракт. Именно здесь, в тени раскидистого платана, было принято коллегиальное решение переждать полуденную жару, а заодно и подкрепиться…

Вслед за тем, как пара караваев, а с ними увесистый ломоть колбасы, четверть головки сыра вперемешку с луком, чесноком и сорванными по дороге плодами дикорастущих груш и абрикосов были буквально сметены проголодавшимися путниками, Гвен и Мандрагор решили немного вздремнуть. Очередная вахта по обеспечению покоя отдыхающих, как обычно, досталась демону, который по этому поводу с философским видом процитировал старинную лагерную поговорку:

– Кто не курит, тому тачки толкать.

Однако на сей раз желающим побаловать себя послеобеденным отдыхом не удалось сомкнуть глаз, поскольку где-то неподалеку раздалось лошадиное ржание, затем цоканье подкованных копыт и неровный стук деревянных колес по дорожному покрытию. Вскоре из-за поворота показалась груженная доверху сеном телега, которую с превеликим трудом тянули два здоровенных битюга рыжей масти. Рядом с транспортным средством вышагивал невысокий бородатый мужчина лет за сорок. Время от времени он охаживал лошадок вожжами по бокам и спинам без обычных в этом случае громких комментариев по поводу тех или иных особенностей характера и прочих недостатков своих саврасок.

– Странный какой-то мужичонка! – удивленно воскликнул Гвенлин. – Немой, что ли? Лошадки явно подустали или сачкуют от жары. Да сейчас на весь лес должен стоять его мат-перемат! К тому же стожок сена почему-то необычайно много весит. Такой обычно с легкостью тянет одна дохлая лошадка, а тут два тяжеловоза еле ноги волокут от усталости. Что-то здесь не так, друзья мои, надо бы проверить, что за тип, а заодно порасспросить о житье-бытье местного люда.

– Отлично, вот этим я сейчас и займусь, – плотоядно ухмыльнулся демон. Затем он вскочил на ноги, неспешной походкой вышел на середину тракта и остановился, терпеливо ожидая, когда телега подъедет поближе.

Завидев незнакомца явно сомнительной наружности, да еще и одетого в невиданное в этих местах платье, мужчина натянул вожжи, а когда лошадки остановились, сам встал столбом, размышляя, чего ожидать от непонятно откуда взявшегося типа.

– Будь здоров, батя! – приветливо ощерился Шмультик. – Как дела? Откуда, вестимо? Погодка вроде бы ничего.

Покончив с приветственными формальностями, демон, не обращая внимания на обалдевшего возницу, направился прямиком к телеге, бесцеремонно запустил руку в стог и, что-то нащупав в его недрах, громко воскликнул:

– Ба!.. С покоса едем, сена нет, дрова везем! Откуда бревна, отец, и по какой причине маскируемся, будто партизаны из отряда легендарного Ковпака? – Затем, подойдя к мужику почти вплотную, доверительным полушепотом поинтересовался: – А может быть, мы дровишки-то попросту тырим из барского леса?

На хитроватой физиономии пойманного за руку практически на месте преступления воришки в мгновение ока пронеслась целая буря эмоций. Сначала ее исказила злая гримаса, а рука возницы сама собой потянулась к топору за поясом. Однако, заметив возлежащего в тени дерева Гвена и оценив по достоинству ширину плеч бывшего ученика чародея, мужчина поумерил свой воинственный пыл и, грохнувшись на колени перед Шмультиком, запричитал на всю округу:

– Не велите казнить, милостивый господин! Не обогащения ради, токмо прокормления своего многочисленного семейства для! Семеро деток мал мала меньше по лавкам сидят, есть просят…

– Да заткни ты пасть! – Демон уже и сам пожалел, что так напугал человека. – Мы не судебные приставы, не лесничие и вообще мы не местные, шагаем по своим делам, никого обижать, а тем более сдавать властям не собираемся. Усек?

Мужик попался смекалистый, он тут же встал с колен и принялся отряхивать ладонями свои домотканые портки от пыли, налипших веточек и прочего мусора, при этом недовольно ворча:

– Так сразу бы и сказали, что вы не баронские сатрапы, а то пристают к честным людям с глупыми расспросами: «Откуда дровишки?» – будто не знают, что неоткуда им взяться, кроме как из господского леса…

Вдруг мужик перестал ворчать и замер с открытым ртом, поскольку разглядел на плече у приближающегося Гвена ухмыляющегося магического корня. Одному Создателю ведомо, сколько бы он еще так простоял в ступоре, если бы подошедший гигант не потряс его за плечо и не спросил:

– Эй, друг, что это с тобой? Чего ты так испугался? Мы вовсе не тати лесные и никакие не чудища, а обыкновенные люди. Меня зовут Гвенлин, этого шустрого парня цыганистой наружности – Шмультик…

– А эт..т. того? – заикаясь от волнения, мужчина указал рукой на плечо Гвена.

– Все понятно! – расплылось в широкой добродушной улыбке лицо юноши. – Это наш магический корень по имени Мандрагор, но ты его не бойся, он хоть с виду и страшноват, но внутри мягкий и пушистый. Тебя самого-то как кличут?

– Аргебал по прозвищу Хват, – наконец-то нашел в себе силы представиться местный житель. – Проживаю со своим семейством в деревеньке Верхние Могильцы, это неподалеку, всего-то пару верст отсюда.