Надежда Ростона - Эленора Валкур

Свет проникал через единственное, но большое окно в пол, которое, видимо, со вчерашнего жаркого дня все еще было завешано плотными портьерами. Госпожа Элойна одним движением руки раздвинула их в разные стороны, обнажая мутное стекло, явно не дайвского производства. Впрочем, света от затянутого тучами неба вполне достаточно.

Сам зал рождал во мне сильное чувство «дежа вю», так как смахивал сразу и на школьный кабинет алхимии, и на кабинет фармацевтики. Начищенная до блеска плитка на полу отзывалась грохотом наших шагов. Тишина наступила только тогда, когда мы уперлись в два длинных стола, которые примыкали к высокой кафедре. Возле каждого – по пять стульев, два с боков и один с торца. В общем, как в школе, даже учебная доска в наличии.

По знаку наставницы мы расселись по местам, причем близнецы, Дайон, Орисяна и я, не сговариваясь, выбрали один и тот же стол, а место в торце проворно занял Черный Волк.

Светлая госпожа Элойна поднялась за кафедру и, дождавшись тишины и внимания, сообщила:

– Детки, вот что я вам сейчас скажу… Первая шестерка на вылет видна вполне отчетливо, но пусть все будет честно. Три задания – качнуть маятник, зажечь свечу, прорастить семя. Кто справиться хотя бы с одним – остается.

Орисяну вызвали первой. Она напыжилась так, что покраснела, и пыжилась делений двадцать. Даже закралось опасение, что ее действительно хватит удар. В итоге, так ничего не сдвинув с места, в слезах она бросилась из аудитории, надо полагать, собирать вещи.

Мне её стало жалко – и так самооценка занижена (иначе к чему эти истории про папу-барона?), а эта неудача раздавит ее окончательно. С другой стороны, каждый должен найти свое место в жизни, а место придворного мага явно не для Орисяны.

Следом за первой ласточкой собирать вещи отправились две подружки-хохотушки и деревенский парень. Остались мы с Дайоном, близнецы, толстячок (его, кстати, звали Гройдан) и некромант.

Я легко выполнила все задания, на этот раз тщательно контролируя силу, чтобы, не дай Свет, не спалить здесь всё начисто. Дайон немного провозился с зерном, но справился, остальное далось ему без проблем. Гройдан смог качнуть маятник, а братья по очереди зажгли свечу.

Последним на кафедру поднялся некромант. На предложение Элойны представиться он ответил: «имя Рейнер, кличка Гриф». Свеча полыхнула высоким иссиня-черным пламенем, маятник, как бешеный, завертелся против солнца, а зерно на глазах изумленной публики покрылось пушистым слоем белой плесени. Глядя на это, Элойна заметно побледнела, но промолчала.

– Всё, детки, на сегодня вы свободны, обучение начнется с завтрашнего дня. Через три луны я оставлю двоих лучших. Жду вас всех к девятой чашке. И не опаздывать!

Довольные собой мы, наконец, разошлись. Дайон, сославшись на дела, тут же исчез, даже словом не успела с ним обмолвиться.

Братья же увлеклись творческим спором насчет структуры амулета от стрел. Мне, правда, удалось подкинуть им идейку о собственной лавке, и они даже не заметили, как я свернула прямиком к Северному Флигелю. Дасма на работе, вся в делах, а шпионить средь бела дня за Рейнером мне наглости все же не хватило… опасно…

Так что я вернулась домой, а точнее, в наши с Дасмой апартаменты и с наслаждением плюхнулась в пропитанную ароматными маслами тёплую ванну, захватив с собой томик «Молекулярной магии».

Делений через сорок, напевая песенку, я вышла из ванной, на ходу заворачиваясь в полотенце, и тут же с визгом влетела обратно.

– Придурок! Я же почти голая!

– А я почти ничего и не видел!

– Почти? Идиот!

Я, наконец-то, справилась с толстым длинным халатом Дасмы и повторила попытку. Дайон развалился в кресле, положив ноги в полосатых носках на шелковый пуфик.

– Спасибо, хоть ботинки снял, – недовольно буркнула я, – эй, а как ты вошел?!!

Дайон пожал плечами, с хлопком исчез из кресла и, самодовольно улыбаясь, материализовался на диванчике в том же положении.

– Позер! – фыркнула я. – А стучаться не пробовал? Иногда помогает.

– Я стучал, ты не слышала. А на улице дождь, между прочим, вот и решил подождать тебя в более комфортной обстановке. Кстати, здорово ты здесь устроилась, помыться пустишь?

– Ты пришел в ванну напрашиваться или по делу?

Я села в кресло, незаметно поправляя волосы так, чтобы они выглядели эффектней, но поняла, что он это заметил, и бросила.

Лицо Черного Волка мгновенно стало серьезным.

– Наш «друг» с утра отсутствовал.

– Знаю, я видела, как он в город уходил. Хотела за ним последить, да передумала.

– А я не передумал и зашел к нему с легким несанкционированным обыском. Так вот, ты была права. Просматривать кадры умеешь? Я кое-что интересное обнаружил. Может, ты это прокомментируешь?

– Запечатлел? Давай!

Дайон прижал пальцы к моим вискам и прикрыл глаза. Я тоже сосредоточилась на Внутреннем Оке, настраиваясь на его волну.

И вот, как на экране, где-то внутри чуть выше переносицы картинка – полка с книгами… Древнеродольские руны, они мне знакомы – «Некронума», «Састиярд». Потом письмена древних релливов, на основе которых сложился континентальный язык, – «Дарование жизни» и «Дарование смерти». Несколько книг с закорючками тиолов, на их языке я не читала, хотя отдельные руны вполне узнаваемы. Далее – узелки и коробочки, судя по названиям, компоненты зелий: корень верьюлы, череп кошки молотый и тому подобная чепуха.

Еще картинка – обтянутая змеиной кожей шкатулка с россыпью драгоценных камней на крышке…

Более чем достаточно. После разговора с Грабелем я перелистала родовую книгу магии и обнаружила, что отец оставил в ней немало заметок о чернокнижниках. Сейчас они пригодились.

Я вернулась в реальность и взглянула на Дайона. На его лице застыла тревога, а еще напряжение – над верхней губой выступили бисеринки пота.

– Как ты к нему зашел? Тоже трансгрессировал? – с сомнением уточнила я.

– Не нужно меня совсем за идиота держать! – обиженно фыркнул парень. – Если я захочу покончить жизнь самоубийством, то попросту брошусь на меч – не так хлопотно и гораздо менее мучительно. Универсальная отмычка и отражающее заклинание творят чудеса. Защитный контур не заметил ни меня, ни мою магию. Сомневаюсь, что он ожидал чего-то подобного, иначе бы лучше подготовился. Возможно, он действительно думает, что в безопасности. А ты что скажешь?

– Что мы крупно влипли, – уверенно кивнула я, – это не рядовой адепт, эта рыбка крупнее. Не дальше Третьего круга. Если он, и правда, не заметит твои следы, то ты родился во второй раз.

– С чего вдруг такие выводы?

– «Некронуму» может открыть некромант не ниже Третьего круга, Четвертому в лучшем случае оторвет пальцы, а более дальних по кускам собирать придется. Так что больше так не развлекайся, по крайней мере, без моей страховки.