Проклятие мертвых Богов - Маргарет Уэйс

Мы решили ограничить число поднимающихся наверх. Ты должен либо жить на дереве — тогда ты получаешь пропуск для прохода, — либо доказать, что наверху у тебя дело. А стражники стоят у подножий лестниц и следят за передвижением людей.

Они подошли к лестнице, ведущей на три ветви. У подножия стояли два молодых человека, оба в зеленых мундирах с вышитыми на груди листьями валлина, они задавали подходящим вопросы и либо пропускали наверх, либо отправляли восвояси.

— Вон он, — сказал Паслен, указывая пальцем. — Он один из Возлюбленных.

— Который из них? — спросил Герард, пристально глядя на кендера. — Там стоят два юноши. Кто из них Возлюбленный?

— Вот тот, с рыжими кудрями и веснушками, — быстро ответил Паслен.

— Верно, это Кэм, — со вздохом подтвердил шериф. — Чтоб его швырнуло в Бездну и выкинуло обратно!

— Мне очень жаль, — сказал Паслен. — У него такая открытая улыбка. Наверное, он был хорошим парнем.

— Да, так и есть, — мрачно сказал шериф, — то есть так и было. А что скажешь ты, брат? Можешь подтвердить слова кендера?

— Если Паслен говорит, что он один из Возлюбленных, я верю ему на слово, — ответил Рис.

— А что скажет Атта? — спросил Герард.

Все трое посмотрели на собаку и увидели, что та стоит рядом с Рисом, напрягшись, и не сводит глаз с рыжеволосого стражника, который смеется и болтает с двумя девушками. В горле Атты клокотало тихое рычание, губа подергивалась, обнажая клыки.

— Она согласна с Пасленом, — сказал Рис.

Герард взорвался:

— Прости меня, брат, но ты хочешь, чтобы я поверил слову кендера и реакции собаки. Мне было бы легче, если бы я услышал твое мнение. Я знаю юного Кэма, знаю его родителей. Они хорошие люди. Если я собираюсь ловить его, то должен быть уверен, что он один из Возлюбленных.

Рис стоял не двигаясь.

— Я уверен не настолько, насколько мне хотелось бы, шериф. А в чем состоит западня, которую мы собираемся устроить?

Герард не ответил. Вместо этого махнул рукой в сторону двух болтающих и смеющихся вместе с Кэмом девушек.

— Не исключено, что он договорится о свидании с одной из них на ближайший вечер, брат.

Рис немного поколебался, затем сказал:

— Уведите Атту. Если она увидит меня рядом с Возлюбленным, то может накинуться на него. Ждите в гостинице.

Когда собака скрылась из виду, Рис перехватил поудобнее посох и подошел к лестнице. Он знал, что ему нужно искать. Ни Паслен, ни Атта до сих пор не ошибались. Он подошел к молодому человеку как раз в тот миг, когда и он, и девушки снова засмеялись.

Видя приближающегося Риса, Кэм позабыл о флирте и вернулся к своим обязанностям.

— Добрый день, брат, — сказал он, ободряюще улыбаясь. — Какие у тебя дела наверху?

Рис посмотрел прямо в зеленые глаза юноши.

Он не увидел в них света, только тени, тени неосуществленных надежд, тени будущего, которое никогда уже не наступит.

— Тебе нехорошо, брат? — спросил Кэм, подхватывая Риса под руку. — У тебя нездоровый вид. Присядь здесь, в тени, отдохни. Я могу сбегать за водой…

— Спасибо тебе, но это лишнее, — отказался Рис. — Я просто посижу минутку.

Несколько продавцов, желающих извлечь выгоду из постоянного хождения народа вверх-вниз, устроили свои прилавки прямо у подножия валлина. Здесь же торговал мясными пирогами и предприимчивый пекарь, который поставил столики и скамейки, чтобы привлечь побольше покупателей. Две молодые девушки, с которыми болтал Кэм, вроде бы торговали со своего прилавка лентами, хотя в данный момент они больше хихикали, чем занимались делом.

— Располагайся, брат, — сказал Кэм и вернулся к прерванному разговору с девицами.

Не обращая внимания на взгляды и жесты продавца пирогов, который не любил, когда люди сидели за его столами просто так, ничего не покупая, Рис опустился на одну из скамей и прислушался к разговору Кэма и девушек. Ему не пришлось слушать долго. Одна из них согласилась встретиться с Кэмом этим же вечером.

Рис поднялся и пошел прочь, к огромной радости пирожника, который заспешил к скамье, где только что сидел оборванный монах, и принялся демонстративно вытирать ее.