Магические узы - Марина Ефиминюк

— Потому что мы не убиваем людей. Мы их спасаем! Ну или, по крайней мере, не убиваем всех подряд…

— Вот! — Я указала в него пальцем. — Что и следовало доказать.

Не найдя других аргументов, Стриж в раздражении захлопнул лэптоп и попытался встать с водяного матраса, но неловко бухнулся обратно. Бумаги, сложенные в строгом порядке, потоком хлынули на пол и разлетелись по всей комнатушке.

Мы замерли.

— Док меня убьет! — Я перегнулась через приятеля, чтобы подобрать хотя бы ближайшие листы, но тянуться было страсть как неудобно. — Скажи, бога ради, ты не можешь сторожить меня в каком-нибудь другом месте? Для этого обязательно надо залезть в мою кровать?

— Ты знаешь, глядя на тебя с такого ракурса, я начинаю понимать, почему Ратмир выглядит на редкость раздраженным, — промурлыкал в ответ приятель, вдруг сменивший гнев на милость. — Понимаешь, Птаха, для заурядной девчонки ты весьма неплоха.

— Это ты мне комплимент сделал? — подняла я голову и вдруг поймала безобразника на том, что он без зазрения совести любуется моей пятой точкой, обтянутой неприлично узкими Радкиными штанами. — Перестань на меня пялиться, иначе я тебя ударю. И больно. Прямо в глаз!

И в этот момент из распахнутых дверей донесся тихий голос Ветрова-старшего:

— Стриж?

Не понимая, отчего, собственно, испугались появления Ратмира, мы с приятелем стали барахтаться на водяном матрасе. Пытались откатиться друг от друга, но только прижались сильнее и совсем запутались.

— Проклятье, Птаха, ты почему такая неуклюжая?! — простонал парень.

— А ты тяжелый!

В конечном итоге удалось перескочить через Стрижа и спрыгнуть на пол. Замерший в дверях Ветров смотрел на меня такими глазами, словно накрыл с поличным при попытке соблазнить несовершеннолетнего ребенка.

Тут из цеха, который я мысленно окрестила «гостиной», раздался нетерпеливый голос Свечки, видимо, приехавшей с Ратмиром:

— Давайте уже быстрее! Нечего время тянуть!

— Пожалуй, пойду.

Подхватив ботинки, я попыталась вырваться из комнаты, но дверной проем перекрывала крепкая широкоплечая фигура. Пришлось поднырнуть под руку и заработать очередной взгляд «как-же-ты-меня-достала». Выбравшись из душного плена каморки, я перевела дыхание. За мной тихо закрылась дверь.

— Ты понимаешь, что усложняешь дело? — В голосе Ветрова-старшего звучали гневные ноты. — Почему она читала архивные документы?

— Уж извини, но Птаха любопытна и наблюдательна. Она задает массу вопросов, а наш Док — не мастер держать язык за зубами!

— Вы с Доком оба хороши. Один распустил язык, а второй — руки.

— Я защищал ее, как ты и велел.

— Защищал, кувыркаясь с ней в кровати?

В ответ на обвинение Стриж разразился потоком слов на аггеловском языке, а когда замолчал, последовала долгая напряженная пауза — такое напряжение с оттяжкой, когда кажется, что даже воздух может взорваться магическим фейерверком и осыпать головы скандалистов разноцветными искрами.

И тут Ратмир выругался в сердцах:

— Мелкий паршивец!

Стало ясно, что «конструктивная» беседа подошла к концу, и тайным слушателям, в смысле мне, пора драпать. Однако дверь стремительно распахнулась. Застигнутую на месте преступления, меня едва не сбили с ног. Ратмир вылетел в зал с таким проворством, будто за ним гнались с раскаленной сковородой. Следом появился хмурый Стриж с лэптопом под мышкой. Тяжело вздохнув, парень пробурчал:

— Он решил, что нам не стоит общаться.

— Мы его послушаем? — тихо уточнила я.

— И не подумаем.

Показательно нарушая только что придуманное Ратмиром правило, мы вместе появились в гостиной. Определенно нам стоило взяться за руки и разыграть влюбленную парочку.

Свечка, сидевшая на высоком табурете за стойкой, скривила ярко накрашенные губы:

— Поздравляю, не прошло и суток, а ты сумела рассорить братьев Ветровых. Похоже, ты в их вкусе?

— Я вообще привлекаю парней, — не осталась я в долгу и заговорщицким тоном тихонечко добавила: — Скажу по секрету, как девочка девочке, у тебя зубы испачканы помадой.

К моему удовлетворению противница моментально закрыла рот, а со стороны Стрижа послышался смешок, тут же замаскированный кашлем. Когда я покосилась на приятеля, он кусал губы, чтобы не разразиться хохотом.

Док, тактично игнорировавший женские разборки, суетился вокруг ларца с коваными уголками. Он сорвал пломбу с эмблемой Мирового аукциона и с превеликой осторожностью открыл тяжелую крышку. На черном бархате лежал серебряный браслет с широкими витками.

— Ведушка, снимай повязку, — скомандовал эскулап с заметным волнением в голосе.

Из дверей лаборатории показался Ратмир. Привалившись плечом к косяку, он с хмурым видом следил за тем, как я осторожно разматываю бандаж. Украшение выглядело более чем необычно — широкие витки слились с бледной кожей, точно превратились в часть тела. Я осторожно провела пальцем по серебристому теплому металлу, а когда подняла голову, обнаружила, что новые знакомые со странным выражением лиц разглядывают мою руку.

— Больно? — поморщился Стриж.

— Вообще прикосновения не чувствую, — призналась я, надеясь, что не выдала голосом, как сильно в действительности меня это беспокоит. После того как все закончится, мне не отнимут руку?

Док вытащил из ларца парную спираль.

— Держи, Ведушка.

— Спасибо, — машинально проговорила я и надела серебряный браслет.

Под изумленными взорами «команды хороших ребят» витки спирали закрутились буравчиком и начали сжиматься. Они плотно обхватили запястье, и… ничего не случилось.

Я подняла глаза на Ратмира и тихо произнесла:

— Не работает.

Народ испуганно замер. В наступившей тишине шаги Ветрова показались громоподобными. Подойдя, он схватил меня за руку. От прикосновения аггела — пускай и запечатанного, но все же носителя природной магии — подделка лениво провернулась вокруг запястья.

— Это копия, — прошелестела я, как будто Ратмиру нужны были объяснения.

Неожиданно у Стрижа вырвался издевательский смех. Наверное, если бы черный артефакт, превративший хозяина в не пойму что с бантиком сбоку, был надет на чужую руку, я бы тоже рассмеялась, вспомнив, сколько ребятки отвалили за подделку. Но когда я глядела в потемневшее лицо Ветрова-старшего, становилось не смешно, а тоскливо. Выходило, что в ближайшее время вернуться домой мне не светит.

Он отпустил мою руку и отошел. Его пальцы словно оставили на моем теле горячий след.

— Что, Ветров? — с издевкой позвала Свечка. — Теперь у тебя есть какие-нибудь идеи?