Тебя уволят, детка! - Влада Южная

Я мило улыбнулась и помахала ему. С наслаждением понаблюдала, как вытянулась его мерзкая морда. А потом повернулась к Антону, обхватила его лицо руками и прижалась к губам.

Да, это было глупо.

Да, это было по-детски.

Но день, который обещал стать прекрасным, в любом случае уже превратился в катастрофу.

Антон застыл от неожиданности. Через мгновение его ладони легли на мою спину, а поцелуй наконец стал взаимным. Его губы были мягкими и теплыми, и если бы не гадский Ден, который приперся, чтобы одним своим видом уже испортить мне веселье, я бы, несомненно, получила удовольствие.

– Ух… – выдохнул Антон, когда мы закончили.

Он выглядел слегка растерянным, но довольным.

– Компенсация за то, что пришла без подарка, – тихонько шепнула я, избегая смотреть ему в глаза.

– Хочу каждый день получать такие подарки, – он погладил меня по щеке.

– Антоха!

Увесистый хлопок по плечу заставил его отступить в сторону. Я скептически наблюдала, как Ден поздравляет Антона, и ждала, пока на меня снова обратят внимание. Ден обернулся, кивком подозвал блондинку, которая топталась в нерешительности поодаль, а затем представил ее нам как Натали.

– Я звонила тебе сегодня по поводу фоток, – заметила я.

Ден приобнял подружку. Та потерлась щекой о его плечо и заулыбалась, как сытая кошка.

Господи. Меня сейчас вырвет.

– Прости, не слышал. Но я знал, что ты поедешь с Антохой, поэтому взял их с собой.

Свободной рукой он похлопал по карману куртки.

– Да, – подтвердил Антон, – я все равно пригласил Дена, так что, думаю, вы можете попутно обсудить все что нужно.

Ого. Мальчики общались на тему меня? Нерадостная перспектива, учитывая, что один из них уже был замечен в поливании меня грязью. Я постаралась сохранить невозмутимое выражение лица.

– Отлично. Давай сразу покончим с делами.

Вопросительно посмотрела на Антона, и тот развел руками, мол, не возражает. Натали оказалась менее сговорчивой, она принялась тихонько ныть, что никого тут не знает и боится оставаться одна. Я не смогла сдержать саркастической улыбки, слушая, как Ден уговаривает ее подождать.

Наконец мы отошли чуть подальше от компании и уселись на ствол поваленного дерева. В гробовом молчании, потому что сказать друг другу было нечего. Ден вынул белый прямоугольник, оказавшийся простым конвертом, и протянул мне.

С замиранием сердца я запустила внутрь руку и нащупала две фотокарточки. Скоро, скоро продвинусь хоть немного на пути избавления от бабули. Фотографии выглядели очень неаккуратными, желтыми и обтрепанными и источали запах старости. Одна с краю даже была обожжена. Вероятно, они провалялись бог знает сколько на сыром чердаке или в подвале. Я могла лишь гадать, откуда Ден откопал их, ведь говорил, что его родители не увлекались семейными фотоальбомами.

Из конверта показалась первая фотография. Моложавая женщина сидела на стуле в напряженной статической позе, а за спиной, положив руку на ее плечо, стоял мужчина. Наверно, дедушка Дена. Я внимательно разглядела изображение, стараясь сделать скидку на плохое качество и возраст. Затем со вздохом вынула второй снимок. Он был сделан посмертно, в гробу. Меня передернуло от неприятного холодка, прошедшего по спине. Ненавижу могильные фотки! Лицо старухи с закрытыми глазами выглядело исстрадавшимся, словно смерть подарила ей избавление от мук. Цветы покрывали ее тело.

Я подняла голову и посмотрела на призрачную бабулю, стоявшую передо мной.

– Ну что? – слегка хриплым голосом спросил Ден, который не издавал ни звука все то время, пока я изучала лица его родственниц. Мне показалось, что он тоже слегка волнуется. – Какая из них?

Я открыла рот и даже пошевелила губами, но заговорить смогла не сразу.

– Никакая.

Да, все было именно так. Ни одна из пожилых женщин не являлась моим привидением! Я запихнула фотографии обратно в конверт и сунула Дену. Если какая-то призрачная надежда и существовала, она только что рухнула. Я обречена всю жизнь прожить с незнакомой женщиной под боком. А личные отношения буду строить только нетрезвой. А у Дена – никаких проблем!

Я со стоном уронила лицо в ладони.

– Вика…

Его рука легла на мою спину в знак утешения. От этого стало только хуже. Он еще меня и жалеет! Я была настолько расстроена, что не нашла сил сопротивляться.

– Она опять говорит «оша», – тихо сказал Ден.

– Да мне плевать! – в отчаянии бросила я. – Понятия не имею, что такое «оша»! Ромка, вон, думает, что у нее лошадь была, и что? Что это дает? Никогда не разгадаю эту загадку! Почему она не говорит что-то еще? Свою фамилию, имя и отчество или хотя бы домашний адрес? Почему прямо не скажет, что мне для нее надо сделать?

– Откуда мне знать? – Он убрал руку. – Я ее даже не вижу.

– А может, ты мне что-то недоговариваешь?

Он фыркнул.

– Зачем мне это надо?

Я повернула голову и посмотрела на него.

– Да мало ли зачем? Из мести. Из ревности.

– Из ревности? – его темные глазищи вспыхнули.

– Да. Потому что я предпочту любого другого, но не тебя.

На скулах Дена заиграли желваки.

– В том-то и дело, Вика, – холодно произнес он, – ты предпочтешь любого.

Он поднялся и пошел обратно к друзьям. Я пронзила его широкую спину убийственным взглядом. Только что оскорбил меня прямо в лицо и преспокойно удалился. Гад!

Бабуля маячила рядом. Ее лицо казалось очень расстроенным. Видимо, огорчилась, что придется вечно бродить «хвостиком».

– Все претензии не ко мне, – проворчала я ей, – надо было тщательнее совместимость проверять, перед тем как ставить меня в пару… с этим.

Я отряхнула джинсы и направилась к девчонкам. Те как раз разливали спиртное по пластиковым стаканчикам. Я взяла один и залпом выпила до дна.

Все. На сегодня привидений с меня хватит.

– Ого, кто-то решил брать быка за рога, – захихикала Катька.

– Гулять так гулять, – в тон ей ответила я.

– Вика? – я услышала за спиной голос и почувствовала, как Антон коснулся моего локтя. – Прогуляемся?

– Да. Почему нет? – пожала я плечами.

Мы медленно побрели вдоль берега, оставив компанию позади. Он положил руку мне на талию и придвинул к себе. Я не стала сопротивляться.

В конце концов, я приехала сюда только ради Антона.

– Мне показалось, что разговор с Деном расстроил тебя, – осторожно произнес он.

– Есть немного, – я низко опустила голову, разглядывая зеленую травку под ногами.