Пепел к пеплу - Карина Хэлли

— Я так понимаю, охранник Карл будет тут еще два часа. Я скажу ему, что, пока он здесь, мы поснимаем первый этаж. Та камера с датчиком все равно активируется. А потом он уйдет, и мы уйдем в комнату отдыха, я сделаю пасту с сыром и сосисками, и мы выпьем пронесенное тайком пиво, расслабимся. И в темноте, когда Карл уже будет далеко, мы возьмем камеры и пойдем наверх.

— Тайным ходом, о котором ты знаешь? — повторила скептически Ребекка.

Он потер подбородок.

— Да. Один лифт в здании больше не работает. Я видел его за туалетами. Он заколочен, давно отключен от электричества.

Я прижала ладони к лицу.

— Только не говори, что мы полезем через шахту лифта, я против.

— Спокойно, малыш, — сказал он. — Это не «Скорость», — я смотрела на него, чтобы он не стал снова изображать Киану. Он не стал. — Это был бы единственный путь наверх. Но я, как и Бекс, провел исследования и знаю еще один путь. Его нужно поискать, но он там.

— Погоди, — перебила я. — Пока я не узнала о пути, что ты предлагаешь? Подняться и снимать? Самим? Втроем? Допустим, нас не заметит камера, и персонал не знает о запрете… но она увидит материал. Она узнает, что мы были там одни.

— И? — Декс смотрел на меня, как на безумную. — Когда эпизод выйдет, мы уже будем в Сиэтле, а она тут, в своей жуткой школе. Никакого вреда.

Ага. Мне не нравилось жечь мосты, но он был прав. Мы не проникали на запретную зону, нас уже пригласили остаться.

— И какой путь? — с опаской спросила я.

Декс пошевелил губами, глядя на Ребекку. Она смотрела на него пару мгновений, а потом застонала.

— Ох, похоже, я знаю, о чем ты.

— Именно, — сказал он. — Надеюсь, тел там нет, — он увидел мой растерянный вид. — Желоб для тел.

— Что? — спросила я.

— Почти во всех санаториях есть желоб для тел. Так тела из морга или вскрытия выносят из здания. Подумай… в больнице было не меньше пяти сотен смертельно больных пациентов сразу. Тысячи умирали здесь. Как вселить в людей надежду выжить, если при них возить каждый день мертвые тела?

Ох, все было больше, чем я подумала. Обычно, когда мы снимали, умерших было один или два человека. Только пару раз там была группа людей. На острове Дарси их было около пятидесяти. Но тысячи детей, умерших здесь, в этом здании. Тысячи. Это сильно отличалось от одного призрака. Это не просто тревоги из-за Элиота, Шоны или пары медсестер-самоубийц. Тут были мертвые на мертвых.

— Перри? — сказал Декс. — Если не хочешь идти, можешь остаться.

Я чуть не рассмеялась.

— Остаться? Одной в комнате? И что делать? Вязать вам носки?

— Будет не так страшно, — сказала Ребекка. Я хотела ударить ее. Она никогда не боялась, что она знала? И она не была права. Да, оставаться в комнате было лучше, чем идти на другие этажи, но одиночество было проблемой. Я луже буду смотреть на кровь рядом с кем-то, чем слышать детский смех одна.

— Ничего, — твердо сказала я. — И где этот желоб?

— Думаю, на этом этаже должен быть доступ, раз тут обитали медсестры. Нам нужно проверить все двери и обнаружить победителя.

Они не были победителями.

— И этот желоб…

— Если я прав, — сказал Декс, — это туннель со склоном. Лестница с одной стороны и скат с другой, чтобы катить носилки.

— Ты понимаешь, что я лучше пройду под камерой Дейвенпорт и разберусь с последствиями завтра? — сказала я.

— И где же веселье?

И мы решили следовать плану Декса. Пока Карл — тихий мужчина с торчащими волосами из ушей — вытирал пол в коридоре, мы начали снимать первый этаж. Ребекка управляла светом, пока Декс снимал, и я старалась выглядеть испуганно и красиво в кадре. Раз Карл порой поглядывал на нас, получалось у меня не очень.

У меня кончились идеи для рассказа, и мы сняли классы, пытаясь найти холодные точки или необъяснимый ветер, но ничего не было. Мы сделали вид, что закончили и ушли ужинать блюдом Декса. Карл забрался в старую машину и уехал в ночь, оставив нас одних.

— Итак, — сказала я, делая глоток теплого пива, — мы остались втроем.

Изоляция окутала меня холодными руками. Туман снаружи поднялся, но солнце село, и небо было цвета синяка, темнело с каждой минутой. Хотя свет в комнате и коридоре горел, было адски темно. Было слышно только гул холодильника и звон наших вилок о тарелки. Остальное было ужасно тихим. Тишина словно была живой.

Ребекка укуталась в свой кружевной кардиган.

— Если я признаюсь, что ситуация не из приятных, вы будете смеяться надо мной?

Декс сделал глоток пива и спросил:

— Хочешь, чтобы я посмеялся над тобой? Я всегда готов.

Она хмуро посмотрела на него.

— Вот, я признаюсь, что боюсь, а ты издеваешься.

— Не слушай его, — сказала я. — Я не буду смеяться. Место словно живое. И если прислушаться, будто дышат стены.

— Перри, — возмутилась она, пронзая меня взглядом. — Я не хочу это представлять.

Точно. Хотя комната была обставлена со вкусом, напоминая приемную офиса, а не комнату для персонала, в воздухе было то, что напоминало, что ты в милях над морем, на берегу Орегона, заперт в санатории, где умерли тысячи людей, и тут нужно провести ночь, надеясь снять одного из призраков из слухов. Мне снова захотелось бежать. Наверное, механизм борьбы во мне периодически выключался.

Я взглянула на Декса, тот вел себя нормально, глаза горели в предвкушении ночи.

— Сколько ты пронес пива? Мне может понадобиться еще, — сказала я.

— Я буду чай, — Ребекка подвинула тарелку к нам. — Я больше не могу есть.

— Опять плохо? — спросила я и склонилась, чтобы увидеть ее лицо. Она была уставшей, кожа от света казалась голубоватой, как у вампира, с ее темными волосами и бровями.

— Чай все исправит, — сказала она и поставила чайник. Декс вытащил еще бутылку из холодильника и вручил мне.

Вскоре он принялся убирать, сказав нам готовиться. Мне нужно было выглядеть как можно привлекательнее, но в зеленоватом свете ночного видения это было напрасными усилиями. Я стянула волосы в хвост, добавила пудры на нос и подводки векам, но джинсы и толстовка остались. Я была готова, насколько могла.

Декс взял маленькую камеру, Ребекка — лампу, а я — себя, и мы пошли в коридор. Мне тут же стало страшно. Коридор был темным в стороне классов. Наше крыло слабо озаряли лампы, придавая романтику. Наверное, все было настроено по часам.

— Есть ли сверху электричество? — спросила я, мы шли по коридору административного крыла. Декс и Ребекка заглядывали во все двери по пути.

— Вряд ли, — сказала Ребекка. Она шла вдоль стены, скользя пальцами по белым узорам. — В этом нет смысла, если теми этажами не пользуются. Кстати, мы не знаем, в каком состоянии этот туннель, тем более этажи сверху. А если туда не пускают не просто так?