Буран, Тайга и Асмодей. Всадники - Денис Чистяков

свой Огненный смерч и, спроецировав ее мысленно на желаемый объект, создать ловушку: любой, кто попадет в зону воздействия руны, призовет на свою голову мой смерч. Защитные руны действовали также, но сохраняли в себе магию вроде Призрачного щита. Так я узнал, что с помощью руны могу передать свой Призрачный щит кому-то из спутников. Полезная х…йня! Нейтральные руны мне были не нужны, потому что я не владел нейтральными заклинаниями, к которым относилось слежение, сигнал, левитация, заточка, в общем всякие подручные, часто полезные в быту скиллы. Теперь я догадывался, каким образом меня выследил Рыжик в Бирлиденском лесу. Засранец тоже знал руны!

Закончив с теорией, Салим стал обучать меня практике. К сожалению, это было так же уныло и утомительно. По сути, я должен был выучить руны, и научиться чертить их в воздухе перенося их мысленно на поверхности, попутно заряжая нужным заклинанием. Санрайз поделилась со мной новыми магическими возможностями, и я бы хотел ответить ей взаимностью, но после утомительного, сложного урока Салима, не представлял, как это все описать ей.

– Неплохо! – Похвалил Салим, когда мне удалось обложить обжигающими рунами графин рядом с уснувшим Дарлисом.

– Теперь, если ты не планируешь его поджечь, стоит научиться убирать руны.

– Бл…ть, я их два часа расставляла! – Вздохнул я.

Салим не удержался от смешка, посмотрев на мою обиженную мину.

– Тебе может пригодиться способность убирать чужие руны…

– Ладно, – Смирился я, – Может, разбудим его и посмотрим, что будет?

– Если это доставит тебе радость, то я не против.

Я посмотрел на Салима, почувствовав на себе его нежный взгляд. В его глазах я мог прочесть, что он готов спалить весь свой оазис, лишь бы порадовать меня. Отвернувшись, я посмотрел на сопящего Дарлиса, внезапно подумав, что возможно он сейчас переместился домой. С моей стороны будет свинством разбудить его в этом случае.

– Пускай спит, – Решил я.

– Могу я спросить?

Предчувствуя не доброе, я посмотрел на Салима, выдохнув:

– Можешь.

Наматхан замялся, отведя взгляд, затем произнес:

– Кеол называл тебя королевой Севера…, это официальный титул?

– Эмм…

Я задумался, соображая, как лучше ответить. Конечно, Салим просто хотел знать, что меня связывало с Кеолом и возможно даже решил, что он мой муж, но ведь Санрайз рассказала ему о смерти короля и едва ли при этом походила на скорбящую вдову.

– Тебя интересует, нет ли у меня королевства в приданом? – Улыбнулся я, исключительно чтобы выиграть время на раздумья.

Наматхан покраснел, улыбнувшись в ответ:

– Нет…, королевство меня не интересует. Но возможно у тебя есть обязательства… после гибели Кеола.

Я мог воспользоваться случаем и убедить Салима, что сердце Санрайз принадлежит погибшему королю, но в этом не было смысла. Кеол мертв, а значит «Королева Санрайз» свободна…

– «Королева Севера», это просто комплимент, который, вероятно, слышали в свой адрес все девушки, заинтересовавшие Кеола, – Ответил, пожав плечами, я.

Я мог сколько угодно грустить по поводу своих отношений с Санрайз, но из обиды вредить ей не стану, даже если представится возможность избавиться от Салима. Это ее решение…

– Не думаю, что это так, – Улыбнулся Салим.

Я пожал плечами:

– Наверняка мы этого не узнаем.

Наматхан подошел ко мне и снова нежно взял за руку:

– Извини, не хотел напоминать тебе о его гибели.

– Все в порядке. Мы не были женаты, если тебя это беспокоит…, и королевство мне не светит.

– Мы можем создать свое, если захочешь.

Наматхан хитро сверкнул глазами. Я в очередной раз подумал о том, что он подкупил Санрайз и почему-то именно сейчас понял, что дело было не в обещанном оазисе или чем-то подобном. Зачем ей оазис? Я вспомнил ее историю, вспомнил ее саму так, будто она сейчас стояла рядом. Свои королевства ей обещали и король Севера и король Юга, но я уверен, что она в них не нуждается. Как и в этом оазисе или любом другом королевстве. Я смотрел в синие глаза Наматхана и понимал, что ей был нужен именно он. Не человек с королевством, а человек, способный создать королевство, если она этого захочет.

– Нет. Из меня плохой политик и править людьми я не хочу, – Ответил я, вздохнув.

Наматхан кивнул:

– Согласен, это суетно и едва ли интересно.

Я был уверен, что Санрайз предпочтет уединенный домик с надежным человеком рядом и теперь надеялся стать таким человеком. Избавиться от Салима я не мог, но зато мог у него научиться быть тем, кто нравиться Санрайз… и еще полезным магическим знаниям.

– Итак, как мне убрать эти руны?

Глава 19

«Я написал правду! Как ты просила все это время. Если тебе нужна другая, то другой у меня нет!».

Эти слова были написаны так, будто их высекли в камне. Такими я их и видела: лист в моих руках уподобился тяжелому надгробию с гневной эпитафией. Дима писал дальше, но я все никак не могла продолжить читать, раз за разом прокручивая в голове ту самую «правду». Подсознание хваталось за спасительную мысль, что эти слова относятся к чувствам, которыми он со мной поделился, но это явно было не так. Правдой он считал то, что создал меня. В бессилии я опустилась в кресло, отложив послание. Как же скверно было оказаться в этой ненавистной квартире после нежных объятий Салима. Меня словно выкрали и бросили в тюрьму, и теперь ночь, разделенная с Наматханом, казалась мне сном, хотя в пору считать кошмаром это место. Я заставила себя повернуться к зеркалу с разводами трещин и посмотреть на своего «создателя». Мое скверное настроение так исказило его лицо, что в отражении я увидела зловещего чернокнижника. Одна из трещин рассекла отражение на две половины, делая его еще более жутким. А в голове крутились слова: «Я написал правду…».

Стиснув зубы от злости, я впервые посетовала, что не могу взять это проклятое послание с собой. Мне хотелось показать его Дарлису, вместе с теми, которые Дима написал раньше. Что Игорь скажет тогда? Как попытается оправдать своего приятеля? Как еще эти слова можно трактовать? У меня других вариантов не выходило.… В гневе я ударила кулаком по столу и спрятала лицо в ладони.

– Я хочу вернуться… Святая Благодать, как же я хочу вернуться!

Зарычав как обезумевший зверь, я вскочила с кресла и отшвырнула стол. Все, что Дима