Кристалл Альвандера - Сергей Садов

– Доклад о прохождении каждого слоя!

– Внешний экран отключен. Подъем начат. Слой три пройден! Второй слой! Первый слой – гипер. Сканирование слоя ноль завершено – препятствий не обнаружено. Разрешение на подъем?!

Я облизнул пересохшие губы.

– Подъем разрешаю.

Секундная тишина.

– Уровень ноль! Подъем закончен!

Я отключил защиту кресла и поднялся. Ожидал возражений, но вдруг обнаружил, что вокруг меня собрались все. И родители, и сестра и ученые. Все стояли рядом с визором и молчали. А я никак не мог отдать последнюю команду. Меня никто не торопил. Даже Крис молчал. Только перед подъёмом буркнул что-то типа того, что не понимает, чего люди так хотят увидеть звезды? Обычные огоньки на небе. Но, быстро уловив общее настроение, стушевался и замолчал. Молчал и сейчас.

Открыл рот, но вдруг почувствовал, что кроме хрипа ничего сказать не могу. Прокашлялся.

– Дайте воды. – прохрипел я. – Пожалуйста.

Кто-то всунул мне в руку стакан. Я даже не заметил, кто. Залпом осушив его, я вздохнул.

– Кен, включи внешний обзор!

– Обзор включен. – Визор в центре вспыхнул. В комнате воцарилась мертвая тишина.

Словно стремясь ускорить момент выхода в Галактику мы на следующий день тренировались как одержимые. Тренировка на корабле прошла выше всяких похвал. Провели даже пробный вылет пилотов. Тут вскрылась проблема, о которой я не подумал раньше. Биокомпы истребителей. Это ведь тоже члены нашей команды. Не сидеть же им вечно в машинах? Впрочем, они совсем не возражали. Имея возможность подключаться к внутренней сети корабля, они могли не покидая истребителей, заниматься чем душа пожелает. В конце концов Крис, Васька и ПГ тоже не горели большим желанием перемещаться по кораблю, хотя у них и была такая возможность. ПГ с Васькой вообще отказались от искусственных тел. Только Гиппократ ничего не имел против них, из-за чего остальные биокомпы относились к нему немного свысока. Такого отношения я, как ни старался, понять не мог. Васька что-то путано объяснил по поводу созерцания мира, которому ужасно мешает постоянная беготня. По его представлению, тот, кто предпочитает перемещаться вместо того чтобы заниматься внутренним развитием и пытаться познать мир, крайне несерьезная личность. Я все-таки заказал по искусственному телу для каждого биокомпа, но те заверили, что на местах им удобнее и никто не отвлекает, если захочется поразмышлять.

После тренировки нас с Феолой долго выспрашивали как там за Барьером. Мы как могли, отвечали на вопросы. Хотя, что тут можно ответить? В конце концов, Эннер заметил, что вскоре все увидят звезды воочию и лучше не пытаться представлять их с чьих-то слов. На этом и решили. А вечером собрались наши друзья. Отправившись на один из островов Полинезии, мы устроились на берегу небольшой речушки, разложили захваченную с собой еду. После чего начался форменный допрос. Нас с Феолой закидывали вопросами, пытаясь узнать малейшие подробности нашего выхода. Что там? Как все на той стороне? И главное – про звезды.

– Солнечная система на месте, – говорил я. – Так что предположения многих ученых, что после появления Барьера остальные планеты улетели в космос, неверны. Как этого добились поставившие Барьер неизвестно. А вообще, мы слишком мало там были. Около пяти минут. Собрали данные с зондов, запустили несколько десятков новых. Что можно увидеть за пять минут?

– А звезды?! Звезды вы видели?! – Вера-Вероника подалась вперед и даже задрожала от нетерпения. Я быстро глянул на нее.

– Звезды? – Я задумчиво глянул на небо. – Конечно.

– И какие они? – Вокруг воцарилась полнейшая тишина. Все с нетерпением ждали рассказа. А что рассказывать? Рассказать про огоньки на небе? Так каждый видел кадры старой хроники. И достаточно качественные. Да и все понимали, что дело не в них, а в символе. Символе освобождения. Я повернулся к Феоле.

– Поможешь?

Она сразу поняла, что я задумал и кивнула.

– Я не могу рассказать, – медленно заговорил я. – Не могу объяснить. Это очень личное. Каждый видит свое. Каждый понимает по-своему. Но мы можем показать то, что видели мы с Феолой. Если вы согласны пережить наши впечатления… – Тишину не нарушил никто, но на меня обрушился такой град эмоций, что я невольно закрылся и немного переждал. Потом улыбнулся. – Я понял. Что ж, смотрите.

Мы с Феолой поймали взгляды друг друга, объединили разумы, а потом, одного за другим стали включать в круг всех друзей…

Мы снова на мостике катера.

– Кен, включи внешний обзор! – снова командую я. Стены рубки растворяются и перед нами встает Его Величество Космос во всем своем великолепии. Никто не пытается подключиться к визору в одиночку. Мы стоим тесной группой и просто смотрим… смотрим… Звезды… Мириады звезд… туманности… Млечный путь… Я узнал его сразу. По хроникам, по книгам, по фотографиям. И теперь я его вижу воочию. Боже мой! Кто же лишил нас этой красоты?

Феола до боли сжала мою ладонь. Я даже не заметил, как она подошла и взяла меня за руку. Я быстро глянул на нее. Ее глаза были полны слез. Но плакала не только она. Я увидел, как Диана трет глаза, и тут с удивлением обнаружил, что плачу сам. Можно ли рассказать об этом словами? Каждый видит и чувствует свое. Это надо пережить! Пережить всем. Только тогда люди поймут, что они на самом деле потеряли пять тысяч лет назад. Этот Барьер должен пасть!

– Звезды… – выдохнул Алькор.

Общий контакт уже давно пропал, но все сидели на траве словно в трансе. Никто не решался заговорить первым. Спустя вечность этот выдох… И тотчас буря эмоций и мысленных образов накрыла нас.

– Спасибо, Дерри. – Вера-Вероника вытерла глаза. Сидевшая рядом с ней Алла покосилась на девочку, потом усмехнулась, обняла ее за плечи и прижала к себе.

– Альвандер ведь обещал подарить тебе звезды. Похоже, он не из тех, кто бросается своими обещаниями! – Алла с улыбкой глянула на меня. Я покраснел и усмехнулся. Феола шутливо пихнула меня локтем в бок и тут же спряталась от возмездия за спиной Алькора, откуда продемонстрировала мне свой язык. Вокруг рассмеялись. Постепенно напряжение спало.

– Теперь я действительно понимаю действия Совета, – признался Алькор, обнимая Феолу. – Мне предложили работу на новом заводе. Настройщиком систем кристаллов. Людей не хватает. А из других рас пока с этой работой никто справиться не может.

– Это почему?! – сразу взъерошился Эльдар. – Хочешь сказать, эльфы…

Алькор в спор вступать не стал, а просто вывесил над собой сложнейший узор-псиобраз. Образ плавно повернулся, а потом вдруг раскрылся, словно бутон цветка, и заиграл всеми цветами. Вокруг разлилось тепло. Эльдар намек понял и скис. Сам бы он такое, созданное Алькором мимоходом и даже как-то небрежно, не сотворил бы и после месяца подготовки. Я покосился на Алькора. А он вырос. Год назад он такое тоже не создал бы. Все мы выросли, вдруг понял я. Все изменились за год, прошедший с момента нашего знакомства. И я уже не тот наивный мальчишка, мечтающий тайком построить корабль и отправиться открывать Галактику вместе с Крисом. И Крис уже не схемы и узоры в проекте. Вон, обормот, сидит, насыщается энергией. Богатая живность тропиков словно создана для восполнения энергии.