Град разбитых надежд - Мария Токарева

— Ты хочешь что-то рассказать или просто шантажируешь? — оскалился Джоэл. Разговор противно затягивался, но раз уж Рыжеусый пришел к пекарне, значит, Джолин находилась внутри. Хотелось немедленно постучать в дверь, обнять ее, успокоить, а приходилось болтать с гадкими типами.

— Шантаж — не в моем стиле. Да и кому теперь выдавать? — помрачнел Рыжеусый, и глаза его снова потухли.

— И то верно. Тогда выкладывай и не томи, — недовольно приказал Джоэл, на что собеседник снова подобострастно, но с издевкой выставил руки:

— Тише-тише, грозный охотник, мы все на одной стороне. Как минимум, по одну сторону стены. Пока что.

— Так кто ты?

— Твой лечащий врач.

— Что?!

Признание сотрясло пространство вокруг, как разрыв снаряда. Четкие очертания улицы, вырисованные мертвенным алым светом ночи, поплыли, как в кривом зеркале. Рыжеусый спокойно, неторопливо продолжал, точно вокруг не творился беспредел восстания:

— Не больше и не меньше. Когда хирург тебя заштопал, я долго бился с переливаниями крови. Сшили-то… — он неопределенно повел рукой, — почти неживой кусок мяса, который не протянул бы и недели без крови создания Хаоса. Я старался. Даже успел запатентовать парочку новых методов лечения.

— А ты хвастлив даже без грима, — отчетливо узнал зазывалу-Рыжеусого с площади Джоэл. — То есть, ты тот, кто ставил надо мной эксперименты?

— Выбора не было. Приказ Цитадели. Да и жизнь твоя не слишком-то хотела задерживаться в искалеченном теле. Можно сказать, ты не выжил — тебя просто не успели доесть.

— Шутки у вас, ученых, одна другой паскуднее.

— Что поделать. У коронеров еще веселее, — без тени улыбки посмеивался Рыжеусый.

— Воздержись от пересказа, ближе к делу. Как кровь созданий Хаоса лечит людей? Насколько я знаю, кровь животных нельзя переливать людям.

Джоэл понял, что ему, возможно, представился единственный случай узнать всю правду об опытах в Цитадели. И, возможно, он встретил человека, который был способен излечить Иду. Или убить ее. Но если Рыжеусый мечтал их всех убить, то пришел бы не один и с оружием. Секта Дирижабля, похоже, не считала себя побежденной. Да и в расколовшемся гарнизоне наверняка могли открыть казематы, где содержались члены тайного общества. Но Рыжеусый с какой-то целью ждал именно измученного охотника, считая удачным экспериментом.

— Они и не животные. И не люди. И кровь у них тоже не совсем кровь… Можно считать, универсальная группа. Даже лучше: у них ускоренная регенерация за счет способности клеток стремительно менять свои свойства. Конечно, есть риск. Мы брали образцы, которые наиболее похожи на известные живые организмы. Не говорящие деревья и камни, как минимум. Я и тебе помог, и Энн, — Рыжеусый замялся. — С Энн эксперимент прошел не очень: мы рассчитывали, что у нее отрастет рука. Как хвост у ящериц. Тогда пришлось бы прятать ее, конечно. Пожалуй, даже закрывать в подземельях. Так что ей, пожалуй, повезло. И не повезло. Для науки это был бы огромный прорыв. Но нет… Похоже, мы переоценили наш возможный успех.

— А как же эпидемия превращений? — наседал Джоэл, все еще крепко сцепив пальцы на плече Рыжеусого. Но он больше не намеревался сбегать.

— Объяснению не поддается до сих пор. Но, на мой взгляд, не связана со стимуляторами. Статистика не подтверждает, — спокойно, почти напевно, поведал Рыжеусый.

— Не связана… я так и знал! С чем связана? — не унимался Джоэл.

— Неизвестно. Все говорили: с Вестником Змея. Но ты победил его.

— Не до конца, — охнул Джоэл, твердя больше самому себе: — Я так и знал, так и знал! Змей! Это Змей! И заговор… Кстати, первого Рыжеусого ты убил?

— Нет, Цитадель. Меня тоже могут убить таким же способом. Если, конечно, наведут порядок с Академией, в чем я сомневаюсь. Дротик в шею — не метод охотников, все сразу думают на революционеров. Смешно, ведь революционеры тоже не пользуются таким методом. Только мы, Секта Дирижабля.

— Сколько было группировок? Знаешь? — сжал кулаки Джоэл.

— Немало. Секта Дирижабля — одна из многих. Весной бунт в трущобах устроило правительство. Удачно — трущобы почти обезлюдели, как и обнищавший Квартал Птиц, — пожал плечами Рыжеусый. — На фабриках стачки устраивали те же, кто сейчас с Энн. А мы… Мы координаторы управляемого хаоса.

— Так что с экспериментами? И эпидемией? — торопливо спрашивал Джоэл. — Где доказательства? Стимуляторы помогают выжить в Хаосе или нет?

Он морщился от омерзения. Но открыто ссориться в сложившихся обстоятельствах опасался, иначе пришлось бы срочно бежать прочь из города, в горы, от гнева Секты Дирижабля или еще кого бы то ни было.

— Помедленнее, слишком много вопросов, — оскалил мелкие зубы «координатор». — Помнишь Грету? Она тоже была в секте Бифомета Ленца. Несчастная девушка… И Рыжеусый — тот, убитый — нашел ее, когда она превращалась в сомна каждую ночь. Ну, как мы думали, в сомна. На самом деле в создание Хаоса.

— Оборотня, если по-нашему, — вспомнил глупые сказки Джоэл, как выяснилось, не такие уж глупые. Они будто предсказывали нашествие Хаоса и видоизменение всего живого.

— Да. У нас в легендах такие существа упоминаются. Думали, что только в легендах, а они по-настоящему в Хаосе живут.

— Грета… Черная шаль… из имения Ленцев… — невольно сопоставил Джоэл. Черная шаль была и у Джолин, и у Греты. Значит, обе они пережили то же, что и Ида, что и вся секта Бифомета Ленца. А кровь созданий Хаоса позволила Грете сбежать в день бунта трущоб, она превратилась в кого-то, способного протиснуться под плотным завалом балок, а потом вернула себе человеческую форму, притом вполне успешно. Значит, и для Иды оставалась надежда, даже если бы ей пришлось скрывать впоследствии свои умения.

— Что? Какая шаль? — не понял Рыжеусый, слегка вскинув редкие светлые брови.

— Да нет, неважно. Что значит сомн? И что значит создание Хаоса? — выбивал решительным тоном ответ Джоэл.

— То и значит, что сомн — не равно создание Хаоса. Ты и сам понял, — несколько разочарованно объяснил Рыжеусый. — Создания Хаоса разумны, это у Вен Даррена можете спросить. А сомны — это монстры подсознания, твари, лишенные разума, безумцы в телах чудовищ.

— Ты знаешь о Вен Даррене? Его имя…

— И то, что он принц. Это был знак! Мы отправимся к нашему королю за стену, к законному правителю города. Конечно, знаю, — кивнул Рыжеусый. — А кто, по-твоему, подсказал Энн, где искать?

Похоже, у секты была своя парадоксальная идеология, которую поддерживала немалая часть научного сообщества и уцелевших монархистов. Встреча с Вен Дарреном не оставляла сомнений, что за стеной, возможно, и правда сохранились потомки законного правителя. Только они уже не помнили ни своих царственных корней, ни рухнувшего мира до Хаоса.

— Но из-за твоих подсказок все поглотила война! — вдруг осознал Джоэл, и его захлестнул гнев, пальцы еще плотнее сжались на плече Рыжеусого: — И они против стимуляторов!