Наследница бури - Лариса Петровичева

— Мои славные дела уже позади, — признался герцог. — Я собираюсь подать в отставку, пусть теперь другие гоняются за пиратами по всему побережью. Спросите меня: почему?

Я снова пожала плечами.

— Видит бог, мне это безразлично.

Макшайдер прищурился и посмотрел на меня так, что я захотела подобрать юбки и бежать отсюда со всех ног. Должно быть, пираты от такого взгляда сами на реях вешались. А корабли налетали на мель.

— А вы интересная штучка, — заметил герцог, и я услышала в его голосе искреннее уважение. — Поедем в столицу, Полина? Принц купил вас за три тысячи золотых ру. Я дам ему сорок три тысячи, он вас отпустит. Купит себе новую игрушку.

Цены выглядели впечатляющими. Мне пришлось постараться, чтобы по-прежнему оставаться равнодушной.

— А вы богаты, — промолвила я. — Но я замужем. И не собираюсь расставаться с моим дорогим супругом.

— Два часа назад вы ударили его молнией.

— Я метила в вас. Вы несносны, Юрген.

— Ваш драгоценный супруг не лучше, — улыбка герцога снова стала ослепительной. — Признайтесь: вы ведь не любите его.

Он был безукоризненно вежлив, но в то же время пер на меня, как землеройная машина. Мне хотелось закрыться от него, и я на всякий случай сцепила руки в замок на колене.

— Это не имеет значения, — ответила я. — Вы позвали меня, чтобы предложить бросить мужа и поехать с вами в столицу. Я отказываюсь. Если это все, что вы хотели сказать, то давайте пожелаем друг другу спокойной ночи и на этом расстанемся.

Взгляд Макшайдера стал ледяным. Все соблазнительное тепло исчезло без следа. Должно быть, герцог думал, что я сперва стушуюсь, увидев его в настолько раскрепощенном виде, потом растеряюсь окончательно и в тумане этой растерянности приму его предложение.

Вот уж дудки. Не собираюсь иметь никаких дел с манипуляторами.

— Сколько стоят ваши брачные обеты, Полина? — спросил он так невозмутимо, словно покупал селедку на базаре. — Тридцати тысяч золотых ру вам хватит?

Я демонстративно завела глаза.

— Я не проститутка. И не продаюсь.

А вот кстати, зачем это герцогу так нужна наследница бури? На какой-то миг мне стало интересно, потом я отмахнулась от этого вопроса и поднялась с кресла.

— Доброй ночи, Юрген, — промолвила я. — В следующий раз я постараюсь попасть в вас, а не в Альмира. Видит бог, вы заслужили взбучку.

Улыбка вернулась к герцогу. Он тоже поднялся, и я смогла убедиться, что природа одарила его весьма щедро. Внутренний голос нервно хихикнул: вот спросят тебя, Полина, чем ты занималась в другом мире? А ты и ответишь: да ничем особенным, члены рассматривала.

Пустяки какие.

— Говорят, утро вечера мудренее, — произнес герцог. — Утром вы передумаете. Тридцать тысяч золотых ру сделают вас действительно богатой женщиной.

Я небрежно пожала плечами.

— Какая разница, сколько у меня будет денег? Я все равно останусь рабыней.

Макшайдер прищурился. Его взгляд стал тяжелым, пронизывающим, словно приказывал подчиниться.

— Вы интересная женщина, Полина, — произнес герцог. — Даже без учета ваших способностей — интересная. Я не встречал таких раньше.

Я улыбнулась и подошла к двери. Ручка повернулась очень легко, и в коридоре я заметила знакомое платье Таонги: горничная уже готовилась спасать меня из герцогских лап.

— Вовсе нет, — сказала я на прощание. — Я самая обычная. Доброй ночи.

Когда мы с Таонгой вышли из коридора на лестницу, я убедилась, что нас некому подслушивать, и спросила:

— Ты все слышала?

— Нет, — ответила девушка. — Я смотрела на часы и считала минутки. Что ему от вас понадобилось, миледи? К тому же вечером…

— Предлагал мне злата два ушата, — фыркнула я. Только теперь мне стало ясно, что за чувство исподволь царапало меня во время беседы с герцогом: липкое презрение. Он считал меня вещью и не скрывал этого. А вещь заартачилась, и этим вызвала его интерес.

Вот теперь я поняла, что влипла в настоящие неприятности. Принц Герберт добряк, ему лишь бы выпить да покушать. А настоящий хищник — вот он, без порток.

Тьфу ты.

— За что? — удивилась Таонга и тотчас же ахнула и прижала пальцы к губам. — Он хотел…

— Не то, что ты подумала, — усмехнулась я. — Он хочет выкупить меня у его высочества. Сорок тысяч золотых ру принцу Герберту и тридцать тысяч — мне. Вот даже интересно, зачем такие траты?

Таонга снова ахнула. Когда мы вошли в гостиную Альмира, я невольно вздохнула с облегчением. К своему удивлению, я привыкла считать эти комнаты своими и чувствовать здесь какую-то защиту.

— Видит бог, он задумал какое-то дурное дело, — уверенно сказала Таонга. — Порядочный человек не станет соблазнять деньгами замужнюю женщину.

— Вот только знать бы, что он затеял, — вздохнула я. Горничная развела руками.

— Вы ведь наследница бури, миледи, — промолвила она. — Мало ли, что пришло ему в голову? Может, он потребует, чтобы вы заставили Великую Тхосну выйти из берегов и затопить столицу.

Я растерянно посмотрела на Таонгу и вдруг ощутила себя маленькой и слабой. Неужели от меня ждут таких вещей? Страшных ураганов, цунами, гибели людей?

Пусть ждут. Не дождутся. Даже если бы я и умела управлять погодой, то никогда не стала бы затапливать города.

— Пусть идет к черту, — решительно сказала я. — Ничего он не получит. Ни меня, ни бури.

Таонга посмотрела на меня с искренним уважением.

— Я не ошиблась в вас, миледи, — призналась она, и в этом признании прозвучали слова равного к равному. Мне вдруг показалось, что Таонга не простая служанка. Слишком много достоинства сейчас было в ее взгляде и позе. Вдруг она принцесса далекой страны, которую похитили, привезли на другой край планеты и заставили варить кофе и зашнуровывать корсеты?

— Вот и хорошо, — сказала я с таким же уважением и добавила: — Спасибо.