Король решает не всё - Остин Марс

— Да, — безжалостно кивнул министр, — завтра вместо обеда ты пойдёшь в Академию Прикладной Магии, выберешь себе курс, подашь документы и будешь посещать занятия вместе с остальными студентами. И пока не сдашь экзамен, чтобы в этой квартире не появлялся.

— Но я и так посещаю два курса и на третьем учусь заочно, — прохныкал Барт, — когда я буду туда ходить? Мне времени в сутках не хватит…

— Ты же маг, сынок, — с сарказмом усмехнулся министр, — ты можешь неделями не спать. И вообще, это полностью твоя проблема, — он с издевательской поддержкой кивнул ему, — ты справишься.

Барт обречённо опустил глаза на свои руки, в которых всё ещё держал лист с расчётами, перевёл взгляд на браслеты, опять на расчеты, поднял на Веру и с извиняющимся видом слабо улыбнулся:

— Увидимся в следующем году.

«Дзынь.»

Министр фыркнул, маг с досадой улыбнулся и встал, поклонился и испарился. Вера осторожно посмотрела на всё ещё злого, но довольного министра, он заметил её взгляд и уверенно сказал:

— Это пойдёт ему на пользу.

Вера пожала плечами, у неё не было желания спорить, она вообще была рада, что всё обошлось без крови.

— А в чём проблема с бытовой магией? — осторожно спросила она, он криво усмехнулся:

— Бытовой магии идут учиться те, кто больше никуда не поступил из-за недостатка силы, таланта или просто ума. Там учат магическим способам мытья посуды, уборки, выведения пятен, чистки канализации и избавления от тараканов. — Он с сарказмом приподнял бровь и медленно добавил: — Для студента высшей школы спецкорпуса даже разговаривать с бытовиками унизительно, они отбросы магического общества. К тому же, там учатся одни женщины, мужчины брезгуют иметь такой диплом, потому что бытовики, по сути, элитные уборщики, мужчина лучше вообще откажется от магического образования, чем будет магией чистить котлы и стирать.

Вера понимающе приподняла брови, но ничего не сказала — ему виднее, может быть, для Барта так действительно будет лучше. Они посидели в тишине, Вера прятала правую руку, чувствуя, что министр периодически на неё смотрит, он постепенно опять начинал напрягаться и злиться.

— Ладно, — он поправил одежду и встал, — пойду я, а то мне опять хочется кого-нибудь убить. Постараюсь прийти вечером, обсудим ваш список ещё раз.

Она встала его проводить, он рассеянно кивнул вместо поклона и ушёл. Она осталась стоять у стены и смотреть на свою руку в капельках светлой сукровицы на месте вынутых бамбуковых щепок.

«Мелкий засранец чуть не оставил меня без руки. Почему я не могу на него злиться?»

Медленно добредя до кухни, Вера окинула взглядом картину — листы на столе, которые министр забыл забрать, кастрюля на тумбе, ставшая чуть ниже и наполовину заполненная салатом, кое-как протёртый шкаф, плита и стена с разводами от тряпки. И меч министра Шена на тумбе рядом с кастрюлей, там, где он его и оставил — Барт почему-то не стал его трогать.

«И я не буду, вдруг он волшебный и знает хозяина.»

Печально вздохнув, Вероника взялась перемывать после Барта стену. Придирчиво изучив салат в кастрюле, ничего лишнего там не нашла и решила пересыпать его в другую, сама кое-как выжала туда оставшуюся половину лимона, попробовала.

«Отлично. Вот только кому это теперь надо…»

Спрятав салат в холодильник, она опять включила музыку и вернулась за стол, посмотрела на стёршуюся надпись на руке, обновила и опять взялась переписывать иероглифы из книги по истории.

* * *

К тому моменту, как она начала зевать и подумывать о теплой постельке, значки в книге стали почти родными, некоторые даже успели примелькаться. Она исписала нехилую стопку листов, стараясь оставлять место для расшифровки. Внезапно свет, падающий на лист, из желтого стал синеватым, Вера выровнялась и завертела головой, внутри стало нехорошо от этой необъяснимой перемены.

В одном из окон по ту сторону стекла висел светящийся синим прямоугольник чуть меньше окна, его сияние постепенно гасло, оставляя видимой только границу, похожую на неоновую рамку.

В стекло тихо постучали.

«Третий этаж. Дайте-ка я угадаю, кто это такой смелый.»

Вероника подошла к окну и щелкнула засовами сверху и снизу, потянула на себя обе створки и иронично улыбнулась сияющему Барту:

— Ты с ума сошёл, горе луковое?

— Нет, я всегда такой, — улыбнулся маг, сделал хитренькие глазки и заговорщическим тоном прошептал: — Господин Шен сказал, чтобы я не появлялся в квартире, пока не сдам экзамен. Я в квартиру и не захожу.

— Ты думаешь, этот псевдоюридический финт ушами тебя спасёт? — фыркнула Вера, Барт уверенно кивнул:

— Спасёт, отвечаю! — Похлопал ресничками, непонятно кого перекривляя, и пропел: — «Мой драгоценный папик» никогда не меняет формулировку своих приказов, его можно на этом отлично подловить, я так часто делаю. Я даже подозреваю, что он специально так сказал, чтобы дать мне возможность видеться с тобой, допустим, на рынке, когда за тобой следит группа и я не могу тебе… что-нибудь случайно сделать, — он на секунду погрустнел, но быстро вернул улыбку на место, — когда ты в следующий раз пойдёшь на рынок?

— Ой… сейчас скажу, — она подошла к столу, достала листик, на котором записывала всё новое на рынке, и быстро пробежав глазами, ответила: — Послезавтра за мешком для крема, а на следующий день за точилками. Но я, пожалуй, пойду сразу за всем, так что через два дня.

— Хорошо, там и увидимся, — довольно улыбнулся Барт, укладывая локти на карниз. — Сделаешь мне что-нибудь вкусненькое?

— Сейчас?

— Нет, когда на рынке увидимся, — рассмеялся маг, — чтобы я успел соскучиться по твоей готовке… хотя, я уже соскучился. Может, салатика? Я из него щепки повыбирал.

— Тебе прямо сюда принести? — улыбнулась Вера, взялась за подоконник и выглянула вниз: — Как ты там держишься, это левитация?

— Я не умею левитировать сам себя, только вещи. Я на доске стою, — он чуть отодвинулся, чтобы дать ей рассмотреть влажную, гниловатую доску, Вера вздохнула и отвела глаза:

— Капец, Барт, третий этаж… ты стоишь себе на досточке и всё нормально у тебя.

— А что может случиться? — улыбнулся маг. Внизу треснуло, Барт округлил глаза и провалился в темноту, взмахнув руками.

Вера автоматически вцепилась одной рукой в подоконник, а второй — в запястье Барта, зашипела от впившегося в ладонь браслета, но не отпустила. Внезапно руку перестало тянуть вниз, встрёпанная макушка мага опять поднялась над карнизом, на мордахе было виновато-сконфуженное выражение, он мягко освободил руку из её судорожно сжатых пальцев:

— Прости…

— Всё нормально? — испуганно прошептала Вера, выглядывая вниз, — я думала, у тебя доска сломалась.

— Я пошутил, — ещё тише сказал маг, сочувственно глядя на её разодранную руку, из глубоких царапин выступала кровь, кривые порезы лохматились неровными краями и быстро наполнялись кровью. — Прости, Вер, серьёзно… я не думал, что ты за меня схватишься.