Крылья тьмы - Терри Брукс

Он верил, что Бек все еще жив, хотя собственными глазами видел гибель большей части их команды. Он верил в это потому, что Тамис была с Беком до того, как нашла Квентина, и еще потому, что сердцем, которое иногда было способно на предчувствия, знал, что ничто не изменилось. Но это не означало, что Бек не нуждался в помощи, и Квентин был непреклонен в своей решимости не покидать его в беде.

Отчасти он понимал, что его настрой был вызван необходимостью за что–то ухватиться, чтобы спастись самому. Он сознавал, что, если будет колебаться, им овладеет отчаяние, тоска, гнездившаяся в его сердце, станет неодолимой и он не сможет заставить себя сделать хотя бы шаг. Если он сдастся на волю этих чувств, он пропал. Двигаться в любом направлении, преследовать любую цель — только так он мог удержаться от падения в бездну. Он не знал, насколько реалистичным было его намерение отыскать Бека в одиночку, без помощи какой–либо магии, но шансы не имели значения, если ему удастся сохранить свой разум.

Он был уже недалеко от развалин, когда заметил в небе воздушный корабль, такой далекий и маленький над горизонтом. Он был так поражен, что на мгновение остановился, уставившись на него с недоверием. Корабль был слишком далеко, чтобы Квентин мог его распознать, но он сразу решил, что это должен быть «Ярл Шаннара» в поисках членов экспедиции. Он ощутил прилив надежды и сразу же зашагал в направлении судна.

Но через считанные секунды корабль попал в огромный вал облаков, пришедших с востока, и скрылся из виду.

Он стоял на открытом месте, пытаясь снова обнаружить его, когда услышал, как кто–то позвал его:

— Горец! Обожди!

Квентин обернулся в изумлении, пытаясь определить, кому принадлежит этот голос и откуда он донесся. Он все еще тщетно осматривал холмы, когда из–за деревьев позади него появился Панакс.

— Где ты пропадал, Квентин Ли? — вопрошал, задыхаясь, дворф, раскрасневшийся от быстрой ходьбы.— Мы разыскивали тебя вчера целый день и всю ночь. Мне просто повезло, что я увидел тебя сейчас!

Он подошел к Квентину и тепло пожал ему руку.

— Рад встрече, горец. Ты выглядишь кошмарно, уж прости меня. Ты как себя чувствуешь?

— Я в порядке, — солгал Квентин. — Кто же искал меня, Панакс?

— Киан и я, Обат и горстка ринджи. Им изрядно досталось от ронка. И деревне, и людям, всему. Расшвырял их повсюду, тех, кого не убил. Обат собрал всех выживших на холмах. Сначала они собирались восстановить свою деревню и продолжать жить как прежде, но потом отказались от этого. Они не собираются возвращаться. Все изменилось.

Он внезапно остановился, вглядевшись в лицо Квентина и обнаружив в нем то, чего не замечал раньше.

— Где Тамис? — спросил он.

Квентин покачал головой:

— Мертва. Ард Патринель тоже. Они убили друг друга. Я не смог спасти ни одного из них.

Его руки дрожали. Он не мог остановить эту дрожь. Смутившись, он уставился в землю.

— Мы устроили ловушку, Тамис и я. Спрятались в лесу, возле ямы, и сделали так, чтобы ронк обнаружил нас, хотели спихнуть его туда. Это сработало, но затем он выбрался, и Тамис…

Он умолк, не в силах продолжать, слезы вновь хлынули из его глаз, будто он был ребенком, повторно переживающим свой ночной кошмар.

Панакс взял руки Квентина в свои, успокаивая его, пока не прекратилась дрожь.

— Что–то не похоже, что ты сам спасся, — сказал он спокойно. — Я полагаю, что ты сделал все, что мог, чтобы спасти обоих. Не вини себя в их смерти, горец. Даже магия не всегда дает ответы, которые мы ищем. Друид смог докопаться до этой истины, где бы он сейчас ни был. Иногда мы должны примириться с тем, что наши возможности ограничены. Кое–что мы не в силах предотвратить. В том числе смерть.

Он выпустил руки Квентина и обхватил его за плечи.

— Мне жаль Тамис и Арда Патринеля, искренне жаль. Я полагаю, они отчаянно сражались за жизнь, горец. Но ведь и ты тоже. Думаю, ты должен доказать им и самому себе, что оно того стоило.

Квентин смотрел в карие глаза дворфа и вспоминал лицо Тамис перед самым концом, ту неистовость, с которой она встретила свою смерть. Панакс был прав. Расклеиться сейчас, поддаться своей печали означало бы предать все, за что она сражалась. Квентин глубоко вздохнул:

— Ладно.

Панакс кивнул и сделал шаг назад:

— Хорошо. Ты нужен нам сильным, Квентин Ли. Ринджи вышли на разведку спозаранок, задолго до рассвета. Они отправились в развалины. Погребенный Замок завален членистоногими, все они — в бездействии. Огненные нити исчезли. Антракс, кажется, мертв.

Квентин уставился на него, не понимая.

— Это хорошо, но взгляни–ка туда.

Дворф указал на восток, на приближающуюся гряду облаков, огромную стену мрака, вытянувшуюся вдоль всей линии горизонта .

— Грядет изменение всего мира, так считают ринджи. У них есть об этом легенда. Если Антракса уничтожить, мир вернется в то состояние, в котором он пребывал когда–то. Помнишь, ринджи говорили, что Антракс управляет погодой? Давным–давно эта земля являла собой сплошные снега и льды, здесь царил дикий холод, она была почти необитаема. Этот мир стал теплым и зеленым после того, как Антракс изменил его целую вечность назад. Теперь он возвращается в свое прежнее состояние. Чуешь, как холодает воздух?

Квентин до сих пор не замечал этого, но Панакс был прав. Воздух становился все холоднее, даже после того, как взошло солнце. В нем ощущалась морозная свежесть, которая говорила о зиме.

— Обат и его люди собираются идти через горы, во внутреннюю часть Паркасии, — продолжал дворф. — Там погода лучше, а страна безопаснее. Если мы не найдем другого выхода, причем достаточно быстро, полагаю, нам лучше отправиться с ними.

Неожиданно Квентин вспомнил о воздушном корабле.

— Я только что видел «Ярла Шаннару», — быстро произнес он, указывая на восток. — Его было видно лишь мгновение, вон там. Я видел его, когда стоял там, где ты обнаружил меня, а потом потерял из виду в тех облаках.

Несколько мгновений они вместе всматривались в темноту, но ничего не увидели. Затем Панакс прочистил горло:

— Не то чтобы я сомневался в том, что ты видел корабль, но уверен ли ты, что это не был «Черный Моклипс»?

Это предположение ошарашило Квентина. Ему так страстно хотелось, чтобы это был «Ярл Шаннара», что он и не вспомнил о колдунье.

Горец медленно покачал головой:

— В этом я не уверен.

Дворф кивнул:

— Ничего страшного. Но нам следует быть осторожными. Ведьма и ее мвеллреты все еще здесь.

— А где Бек и остальные?

Панакс смутился.

— Не знаю, сможем ли мы найти их, горец. Люди Обата не желают входить в развалины. Они говорят, что это место смерти, даже после гибели Антракса. Они утверждают, что оно проклято. Ничего не изменилось. Я пытался убедить их пойти со мной сегодня утром, но, увидев, что там произошло, они тут же вернулись на холмы.— Он покачал головой. — Я их не виню, но это нам не слишком–то помогает.