Граница Империи - Марцин Гузек

Сэр Вильгельм дор Гильберт из Рион разительно от них отличался. Высокий и крепкий, он хоть и не мог, конечно, тягаться в этом с Магнусом, но зато, безусловно, вызывал уважение у посторонних. На лице воина выделялись шрамы, веснушки, не единожды сломанный нос и неопрятная черная борода. Вьющиеся, жирные и давно не стриженные волосы спадали ему на плечи. Под старым пробитым плащом скрывалась ржавая, кое-как залатанная проволокой кольчуга. На груди он носил выцветшую тунику с гербом, на котором нагая женщина держала меч. Тот же герб, а точней, его остатки, украшал выщербленный щит. Единственными чистыми и опрятными частями его снаряжения были рыцарский пояс и висящий на нем меч, одновременно символы статуса и орудия труда. Частица «дор» означала представителя среднего дворянства со Спорных Земель, или рыцаря, как было принято их называть. Сам Вильгельм не любил говорить о своем прошлом, зато оказался отличным собутыльником.

Вся эта братия возбуждала закономерный переполох в деревеньках на пути, но присутствие Игласа лечебным бальзамом успокаивало все страхи, так что с ночлегом они проблем не имели.

Гайюс мгновенно увидел перемену в отношении встречных. Сейчас, когда они разговаривали с наемником, а не солдатом в роскошном мундире, стандартные жалобы на трудную жизнь внезапно сменились яркими историями о местных проблемах. За три дня поездки он узнал, где рыба клюет хорошо, а где совсем никак, у кого слишком много дочек и ему не хватит на приданое, а кто подозревает жену в том, что она гуляет. Были ситуации и не столь приятные – в одной из деревень оказалось, что в предыдущий визит Трут и Огниво лишили девственности дочку одного мужика, а потом еще всем этим хвастались. И вдобавок еще девушка забеременела, и ее из деревни прогнали. Что с ней стало дальше, все рассказывали по-разному, но сходились в том, что ничего хорошего; у всех историй был трагичный конец. Ничего удивительного, что при виде наемников люди занервничали, и лишь благодаря Игласу в ход не пошли вилы. В итоге весь караван вынужден был искать ночлега в следующем поселении.

Через три дня пути они наткнулись на выгоревший скелет церкви Господа. На земле перед руинами лежало разлагающееся тело в остатках сутаны.

– Никто его не похоронил? – удивился Гайюс.

– И не похоронит, – ответил Магнус. – Это знак. Добро пожаловать на земли склавян.

* * *

Тем же вечером два груженных инструментами и тканями воза въехали в деревню склавян, успев как раз засветло.

– Я ожидал чего-то более… примитивного, – сказал Гайюс, когда они миновали частокол. – Выглядит точно так же, как все остальные деревни на Границе.

– Потому что еще два года назад это и была одна из всех остальных деревень на Границе, – объяснил Иглас. – Дикари очень постарались ничего тут не сжечь. Даже купили местного столяра. – Он указал на стоящего неподалеку мужчину с железным ошейником на шее.

– А бывшие жители?

– Попали в неволю. – Купец пожал плечами. – Наши новые поселенцы должны были чем-то рассчитаться с воинами за деревню. Жаль их, хорошие люди были, но что поделать, торговля есть торговля.

– Слава! – приветственно закричал на редкость волосатый мужчина в длинных одеяниях со знаком шестилучевого круга. Гайюс с трудом разобрал его акцент, но у Игласа, казалось, с этим проблем не было.

– Слава, Дзержислав, – ответил он, без труда произнося имя, которое наверняка сломало бы язык Гайюсу.

– Что ты привез нам, Иглас?

– Как и обещал, инструменты и ткани. И качественные, с самого Запада. А что у вас для меня есть?

– Наилучшие кожи, лес из Чащи и отличный напиток для наших гостей.

– От доброго меда никогда не откажусь.

Дзержислав начал что-то говорить собравшимся вокруг людям. Звучание чужого языка было неприятным, он изобиловал словами, которые Гайюсу казались невозможными для произнесения. Невзирая на все, что он знал до этого, только звук впервые в жизни абсолютно чужого языка дал Гайюсу понять, что он имеет дело с абсолютно иной культурой. С совершенно чуждым миром.

Склавяне проводили их в большую хату в центре деревни. Внутри располагался большой очаг, вокруг которого стояли длинные скамьи. У стен стоял ряд потрепанных фигур, по большей части деревянных, но встречались и мраморные.

– Трофеи, – пояснил Магнус. – Склавяне обожают собирать сувениры из покоренных поселений.

– Они нас понимают?

– Только Дзержислав. – Магнус с трудом выговорил чужое имя. – Остальные знают разве что единичные слова.

– Он их вождь?

Магнус отрицательно мотнул головой.

– Жрец. Это у них вроде священника.

– И он обладает властью заключать торговые договора для общины?

– А кто лучше разбирается в управлении, чем слуга божий?

Дзержислав усадил их на одну из скамей и пошел за медом. В зал понемногу собирались жители, но большинство садились подальше от пришельцев.

– Не особо нам доверяют, – заметил Огниво.

– Позволили нам оставить оружие, – ответил Вильгельм дор Гильберт. – Оказали нам больше доверия, чем я оказал бы им.

– Девки у них тут тоже ничего, – сказал Трут, оглядываясь вокруг.

– Только без эксцессов, – предостерег Иглас.

– Знаю, не дурак.

– Это только потому, что мы еще пить не начали, – пошутил Огниво, но шутка пришлась по вкусу лишь его брату.

Гайюс присмотрелся к спутникам и заметил, что помощник Игласа, Эдмунд, нервно барабанит пальцами по столу.

– Все будет хорошо, – успокоил он мужчину.

– Да нет. – Эдмунд явно смутился. – Просто я никогда не был настолько далеко, и… Честно сказать, я почти всю жизнь не покидал Тонущий Порт.

– Что ж тебя сюда занесло?

Мужчина неловко кашлянул.

– Долги, – сказал он наконец. – Это личный вопрос, – добавил он, явно пытаясь свернуть разговор.

Гайюс решил не настаивать. Ему совершенно не интересны были преступления какого-то клерка из Вольных Городов. Однако этот короткий разговор привлек внимание Магнуса, который теперь вглядывался в Эдмунда так пристально, как будто хотел просверлить в нем взглядом дыру. Легионер решил сменить тему:

– А тебя, рыцарь? Почему ты здесь?

– Рион очень невелик, – объяснил Вильгельм. – В замке не хватает места даже сыновьям местного вана, а что уж говорить о детях одного из рыцарей свиты.

– У меня полное впечатление, что когда-то я уже слышал именно эти слова. – Гайюс попытался припомнить. – От одного из солдат в Драконьем Логове. Как бишь его… Гориан? Год?..

– Годвин, – подсказал Вильгельм без энтузиазма.

– Точно. Твой родственник?

– Старший брат.

– Да, вспоминаю, его зовут Рыцарем. Я о нем много хорошего слышал.