Граница Империи - Марцин Гузек

– Склавяне убили?

– Да какой, от старости померла. Но как с дому ее прогнали, здоровье-то подрастеряла.

– А остальные?

– Ну, Милиан с семьей на запад уехал…

– Не надо рассказывать о каждом конкретно, – остановил его аристократ. – Интересует общая картина. Где люди, которые тут жили?

Мужик еще минуту подумал, разглаживая усы.

– Ну, часть живет у нас, часть уехала дальше. Несколько человек погибли при набеге, а несколько девок склавяне забрали с собой. Одна даж вернулась. Но с ублюдком, от дикарей то бишь, так что мы ее прогнали.

– Я что-то не понимаю. – Лисандер, несмотря на скуку, решил быть целеустремленным в деле добычи информации. – Ваша деревня ну самое большее в двух оборотах клепсидры отсюда.

– А, ну да.

– Так отчего же эта деревня покинута?

– Оттого, что тут никто не живет. – Усач не издевался; похоже, что искренне не понимал, чему собеседник удивляется. Тем не менее Магнус и стоящий рядом Гайюс не сдержали смеха. Принц все же серьезно решил докопаться до истины.

– Но почему тут никто не живет, а у вас живут?

Проводник моргнул несколько раз и пригладил усы.

– А, в смысле, что почему отсюда сбежали, а от нас нет? Ну, наша деревня на пригорке, за рекой, с частоколом приличным. Даже вышка наблюдательная у нас есть.

– И поэтому на вас склавяне не нападают?

– А нападают, а как же. Скоро пять лет, как нападали, мы им дали жару, ха-ха. А перед этим были лет десять назад, мы тогда дань заплатили. Но следующий раз как придут, мы им тоже наваляем, а как же.

– А эта деревня?

– А тута вы только гляньте, господин. На ровном месте, и лес рядом. Вот дикари их и потрошили то и дело. Считай, каждый год, а то, бывалоча, и два раза за год.

– А сюзерен этих волостей вас не защищал?

– Владелец наш, значит? Да не, где там, он-то человек занятой. Ему двадцать деревень защищать, вот все и не успевает.

– Так… – Лисандер еще раз осмотрел покинутое поселение. – Пожалуй, это все, можем возвращаться.

* * *

Лисандер с неудовольствием взглянул на постель.

– Пойдет, – сказал он без энтузиазма.

– Лучшая кровать во всей деревне, – заверил староста.

– Да я и не сомневаюсь. – Принц оглядел избу. Бедно, конечно; но за последние три недели он уже успел привыкнуть к таким условиям. Здесь хотя бы приятно пахло вездесущими сухими травами. – Да, пожалуй, всё… Нет, минутку, еще один вопрос. Есть у вас тут йонтек?

– Йонтек? – Староста удивился. – Нет, господин. Ну, то есть был один, но помер пару лет назад.

Принц испустил нарочито театральный вздох.

– Мне не нужен человек по имени Йонтек. Скорее, тип человека, который, похоже, представлен везде в этой части света. А может, и во всей Империи. – Лисандер поискал в лице собеседника признаки понимания, не нашел и был вынужден объясниться подробнее: – Нужен здоровяк, не слишком сообразительный, но зато честный и безотказный. Есть у вас кто-то, кто подходит под такое описание?

– На Херкуса смахивает.

– Херкус так Херкус, лишь бы йонтек. Спасибо, это всё.

Староста поклонился и вышел. Лисандер вынул блокнот и стал готовить писчие приборы.

– В самом деле, удивительный феномен. В каждой деревеньке на нашем пути был свой йонтек, – обратился он к стоящему в углу комнаты Магнусу. – И поразительно, но большинство из них действительно звали Йонтек. Каковы шансы такого совпадения?

– Высокие, – бесстрастно отозвался Магнус. – Йонтек был легендарным силачом. Крупным детям часто дают это имя.

– Хмм, интересно.

– В свой архетип йонтека включаешь и меня тоже?

– Однозначно нет, ты хоть и очень крупный, но зато слишком умный и не слишком добродушный. – Лисандер быстро записывал результаты своих исследований. – Минутку, ты ведь не воспринял это как обиду, верно? Заверяю тебя, совершенно не хотел обидеть.

– Само собой, ты просто оцениваешь неизвестных тебе людей по нескольким случайным чертам. Что же в этом обидного, – ответил Магнус без выражения на лице.

– Я никого не оцениваю, просто классифицирую. Замечаю повторяющуюся закономерность. Не имею по этому поводу ни негативного, ни позитивного мнения. А если бы даже и имел, то оценка по внешним признакам – это как нельзя более по-человечески.

– Ты меня вызвал по конкретному поводу или как? – Охотник на ведьм явно не желал вдаваться в дискуссию.

– Недолюбливаешь меня, верно? – Принц решил, что непосредственность будет лучшей тактикой.

Магнус задумался над ответом.

– Это не имеет значения, – ответил он наконец. – Натаниэль утверждает, что твоя миссия важна для Границы. У меня нет поводов сомневаться в его словах.

– Но ты бы предпочел заниматься чем-то другим?

– Мне кажется, что не я один.

– Похоже на то, что мы оба скованы чувством долга. – Лисандер уселся на наилучшей в деревне постели и слегка поморщился, чувствуя, насколько она неудобна.

– Большинство людей многое бы отдали за такую постель, – напомнил Серый Стражник.

– И? Это утверждение столь же банальное, сколь и бессмысленное. Все люди стремятся к большему. Потому мы и живем в домах, а не в пещерах. Все точно так же недовольны, когда получают меньше, чем привыкли. И это тоже одна из тех вещей, которые делают нас людьми.

– Ты всегда можешь вернуться к тому, к чему привык.

– И отпустить тебя заниматься более важными делами, такими, как убийство ведьм? К сожалению, мы не можем. Ты подчиняешься приказам Натаниэля, а я – Аурелиуса.

– Аурелиуса? – спросил Магнус.

– Да, кузена Аурелиуса… Извини, обычно мне не приходится объяснять, о ком я говорю. Аурелиус Драконис. Будущий Аурелиус Четвертый Драконис, владыка нашей доброй Империи. Что я такого смешного сказал?

– Нет, ничего. Просто до меня только что дошло, что кузен Аури из рассказов Натаниэля про свои пьяные похождения – это будущий Император.

– Ха, это в интересном свете представляет политику, да? Да я уж догадываюсь, что это за рассказы. Знаменитые пьяные эскапады и авантюрные похождения. Я-то сам был слишком молодым, ответственным и скучным, чтоб в них участвовать. Но уж историй понаслушался. А вот теперь вуаля, это они ответственные и уважаемые руководители, а я скандалист, что женился ниже своего статуса, а теперь шастает по дикой Границе. Как время всё меняет, а?

– Ты не похож на скандалиста.

Лисандер засмеялся.

– Да уж и впрямь, не похож. – Он вынул из кошелька маленький портрет. – Это моя жена, Вивьен аван Гахерис. «Ван» – это титул землевладельцев на Спорных Землях. «Аван» означает кого-то, кто только что вступил в эту касту. Ее отец был обычным солдафоном и дворянский титул, в данном случае «адор», получил на поле брани. Женился на дочке богатого купца; совместив деньги и талант, добыл собственный замок и кусок земли, благодаря чему его дочке положен титул «аван». Понятно, что наши дети будут принцами, так что во время визитов на родину матери их будут титуловать «аде». Три поколения, и все три ступени на аристократической лестнице Спорных Земель, но, несмотря на это, все носители «де» будут смотреть на них свысока. Если я не ошибаюсь, приставка «а» исчезает только в третьем поколении от получения титула, так что лишь мои правнуки смогут представляться как «де Драконис». Я думаю, что императорский двор запомнит происхождение их прабабки и еще дольше.