Доверяй, не проверяй - Марья Моревна

— Извините за опоздание, — я прикрыла дверь, оставив Рейлу в коридоре — она сразу же сообщила, что ей на занятия вход воспрещен.

Пижон свысока кивнул, дозволяя мне подойти, но в следующую секунду уже повернулся к студентам, продолжая прерванный монолог. Я же просто осталась стоять рядом, как никчёмный предмет мебели. Причем для всех — студенты на меня тоже не смотрели, за исключением одного — такого же молодого франта, как профессор. Глядел так, будто жег глазами. Сразу видно — породистый аристократ — дите, родившееся с золотой ложкой во рту. Красивый, холеный, наглый — одним словом, фу!

И как меня занесло в столь теплую кампанию?

Студенты и преподаватели — сплошь демоны, персонал, вроде Рейлы — обычные люди, а я и вовсе эльфийка. Что, спрашивается, здесь забыла?

Думать с больной головой получалось не очень — только задавать самой себе все новые вопросы. Поэтому я на секунду прикрыла глаза, обрывая мысленный поток, и вслушалась в речь профессора.

— Что может быть сильнее одного могущественного артефакта? — он выдержал паузу, во время которой никто не произнес ни слова — все понимали, вопрос риторический. — Правильно, группа артефактов. Самые сильные потрясения наш мир переживал тогда, когда какой-нибудь великий и мудрый… или не очень… собирал воедино разные артефакты. Существовали готовые рецепты — допустим, созданные сразу в группе магические предметы, которые по отдельности вообще ничего из себя не представляли, но собранные воедино творили чудеса. Вот только не все в этой жизни любят простоту — некоторые уникумы в свое время создавали совершенно новые сочетания. Об этом расскажу на следующей лекции, господа, иначе, боюсь, моя ассистентка сейчас свалится на пол и захрапит.

Эмм…

Краской залилась я даже раньше, чем распахнула глаза. Ну и шуточки у местных преподавателей!

Дождавшись пока подхихикивающие студенты покинут аудиторию, я повернулась к пижону, скрестив руки на груди.

— Еще раз здравствуйте, профессор. Повторно за опоздание извиняться не буду, все равно моего присутствия вы не заметили, лучше спрошу, что вчера произошло?

— Эк вы раздухарились, милая Рози, — смешливо отреагировал Лазансон. — Подозревал, что за милым личиком вы скрываете ураган, но не ожидал обнаружить его так скоро.

Он отступил на шаг и оглядел меня с ног до головы. Ну и пусть глядит… чего мне скрывать?

— Что вчера произошло, я бы и сам охотно узнал, — не дождавшись смущения, профессор убрал с лица улыбку. — От вас, Рози. Ведь это вы проникли в закрытое хранилище и рылись в артефактах. Это запрещено, если я забыл упомянуть. Это Ластрея, милая — вас здесь же и похоронят, если поймут, что что-то пропало. Никто и не узнает. У нас тут, знаете ли, свои правила.

Он говорил снисходительно, от чего у меня только сильнее сжимались кулаки. Но и ответить ему по существу было нечего.

— Я не помню, зачем ходила в хранилище, но уверена, без злого умысла, — я постаралась говорить спокойней. — Если там что-то пропало, можете меня обыскать. Но у меня только один вопрос — что мне делать с пропавшей памятью?

— А мне откуда знать? — глаза профессора, кажется, сверкнули яростью, будто ему вовсе надоело со мной разговаривать. — Я еще вчера заметил странности в вашем поведении, но… Правила нарушили вы, возможно подверглись действию какого-то артефакта по собственной глупости, а теперь мне же предьявляете претензии? Смело, но снова глупо. Я уже и не понимаю, Рози, как принял вас на работу.

Да я тоже не понимаю, если честно. Может, мне что-то нужно было от этого пижона?

Ой!

Эта мысль и тот факт, что накануне я забралась в хранилище, соединились воедино и заставили меня внезапно замолчать.

А ведь вполне возможно, я этого хмыря не просто так терпела. Только что мне сейчас-то делать?

Профессор продолжал наблюдать за моим лицом, саркастично приподняв брови.

И я осознала, как нужно поступить.

— Извините, профессор, за мой напор. Я просто перенервничала. Потерянная память — не потерянный носок.

Пижон удовлетворенно кивнул.

— Если будете хорошо себя вести, Рози, я попытаюсь вам помочь. Не волнуйтесь о памяти — ее, вероятнее всего, можно вернуть. Пока никому не известно, что вы проникли на запретную территорию, и в ваших руках оставить это так. Разберемся сами. Думаю, вы правы — злого умысла не было — слишком вы молоды и наивны для этого.

Ну как с ребенком говорит, ей-богу.

— Спасибо, профессор. Я могу идти?

Получив в ответ короткий кивок и указание завтра на лекцию не опаздывать, я вышла за дверь и сразу же наткнулась на встревоженную Рейлу, про которую, к своему стыду, совершенно забыла.

— Я подумала, что вас нужно проводить до комнаты, мисс. Вот и осталась. Вы ведь не запомнили дорогу?

— Спасибо, Рейла.

Не успела я пообещать ей разобраться с тиранией Лазансона позже, как заметила, что за нами наблюдают. Холеный студент с лекции.

Еще этого мне не хватало.

— Проводи, пожалуйста, — кивнула я служанке.

Ну его, и так проблем хватает. Дополнительных лучше избежать.

Но уверенность в том, что студент не пойдет следом, если я буду не одна, разбилась вдребезги сразу же, как только мы вышли на улицу.

— Рейла, тебя Лазансон искал, — голос у студента оказался такой же холеный, как и внешность — низкий и глубокий, даже «бархатный», как любят писать в романах. — Обещаю, я мисс Рози сам провожу. Она сегодня будто не в себе.

Рейла на удивление легко кивнула, только поморщилась, когда упомянули профессора. Черт, неужели он ее все-таки ругать будет? Я ведь ничего по этому поводу не сказала, когда момент был, а теперь и вовсе странно возвращаться и после покорности вновь демонстрировать когти.

Не успела я удивиться тому, как легко она меня оставила на попечение этого интеллигента, как он повел себя еще странней — оглянулся вокруг, прихватил меня за локоть и наклонился низко — к самому уху.

— Что случилось, Эви? Вы почему вчера на связь не вышли?