Мой странный сосед - Ева Бран

Всю ночь не могла сомкнуть глаз. Даня пропал, и я не знала что думать. Успокаивал лишь безмятежный настрой домовихи. Она мирно дремала на окне и в ус не дула. Буду надеяться, что с ним всё хорошо. Но почему он, хотя бы мне записку не оставил? Так трудно что ли? Или мой удел — сидеть и готовить еду, не задавая лишних вопросов? Я так уже жила и больше не хочу.

Данил явился утром весь изгрызанный и потрепанный. Я молча усадила его на стул, обработала раны, поставила завтрак на стол и собралась идти на работу.

— Даже не спросишь кто меня так отмутузил?

— А зачем? Ты даже не потрудился сказать куда идёшь. В чём заключается моя роль, а? Латать тебя после очередной вылазки? Ждать, не зная, где ты и чем занят, надеясь только на то, что тебя не сожрал очередной монстр? Судя по всему, я не имею права знать о твоих планах. Так зачем утруждаться ненужными вопросами?

Бруня протяжно мелькнула, как мне показалось, высказывая свою солидарность моим словам.

— Твои обвинения обоснованы, — Данил виновато на меня посмотрел. — Я думал, что управлюсь быстрее, и тебе не придется переживать.

Я сердито скрестила руки на груди.

— Извини, — тихо добавил он.

Устало вздохнула, опираясь спиной о стену.

— Дань, я 15 лет прожила в роли безмолвной мебели. Со мной ничем не делились, не спрашивали совета и не считались. Я так больше не хочу. Понимаешь? Не хочу быть безмолвным придатком.

— Я был неправ, — глухо выдавил Данил, сдавливая двумя пальцами переносицу. — Просто… Я привык быть одиночкой. Это был мой образ жизни с самого детства. Мне тяжело перестроиться, но я постараюсь. Обещаю.

Я отлепилась от стены и подошла к Данилу, поднимая руку и проводя кончиками пальцев по его скуле.

— Я тебе верю, мой пирожочек.

— Чего? — удивлённо приподнял парень брови.

— Тебя всего понадкусывали, словно ты аппетитный пирожок.

— Не напоминай. Премерзкие создания.

— И кто это был на этот раз? — тепло улыбнулась, обвивая талию парня руками.

— Злыдни.

— Ну, за характер то я поняла…

— Не в смысле характера, — усмехнулся Дан, перебив меня. — Злыдни — это что-то типа бесят прислужников. Они находятся в подчинении у Лиха.

— Так ты к нему в гости ходил?

— К ней. Лихо оказалось злобной, премерзкой тёткой. Ещё и кусачей ко всему прочему, — повёл плечом Дан. — Глубоко вгрызлась зараза. Болит жутко.

— Ладно, мне идти надо. Отдыхай.

Даня на меня как-то странно глянул и кивнул.

«Опять что-то задумал? Но он пообещал впредь ставить меня в известность…»

Первым делом на работе, проверила свой туалетный подклад. Камешек лежал на месте. Значит, камеры здесь нет.

Вечером у нас с Даней состоялся интересный разговор.

— Вест, а с тобой раньше какие-нибудь странности случались?

— К чему этот вопрос? — приподняла бровь.

— Просто интересно.

— У тебя всё не просто, а слишком уж сложно. А ответ на вопрос — нет. Я только здесь с паранормальщиной столкнулась.

— Ясно.

— Дань, говори прямо. Мы же договаривались.

— Энергетика у тебя интересная. Не обычного человека.

— Это как? Ты хочешь сказать, что я ведьма?

— А ты мне ничего не хочешь сказать? — Данил серьёзно на меня глянул.

— Я о себе всё рассказала. Добавить мне нечего.

— Ладно. Я обещал быть откровенным с тобой. Так вот, у тебя очень интересный энергетический фон — это раз. Два — ты видишь Бруню. Странно только, что не можешь с ней разговаривать. У тебя есть способности, но какие непонятно. И скорее всего, они ещё до конца не раскрылись.

Непонятно, почему встреча с Кикиморой не пробудила твои силы. И Маги нашего ордена тебя не чувствуют. Для меня это загадка. Я простой ведьмак и не могу заглянуть глубоко. Надо бы тебя нашим специалистам показать…

— Они будут ставить надо мной опыты?

— Глупенькая, — засмеялся парень. — Всего лишь лучше посмотрят, и может, проведут пару тестов. Если я прав, то помогут пробудить твои силы, и тогда ты будешь жить очень долго.

— Понятно. В принципе, я не против.

— Отлично. Тогда на следующей неделе поедем в город. У меня там отличная квартира. А пока надо с твоим работодателем разобраться и с бабой Гриппой.

Через пару дней Данил меня обрадовал, сказав, что знахарка, скорее всего, не причастна к паранормальщине, происходящей в Сосновке. А её дочь Лариса проводит языческие обряды. Вот это, подозрительно, но она тоже не та ведьма, которая нам нужна.

— Остаётся Валентин или кто-то из его родни, задумчиво протянул Данил, сидя со мной вечером у костра.

— Думаешь, всё-таки он?

— Ну, а кто ещё? Остальных я всех проверил.

— При таком раскладе работать у них в доме опасно, наверное.

— Вест, я уже ни в чём не уверен. Валентин в Сосновке уже давно живёт, а чертовщина совсем недавно начала происходить. Какие у него или Анжелики резоны? Остаётся загадочная провидица Софья Петровна. Она появилась в деревне как раз тогда, когда здесь начали происходить все эти случаи. Ждём, что скажет нам артефакт. А пока у нас есть пара свободных деньков, — Даня притянул меня к себе и легонько укусил за плечо.

— Полегче, а то я решу, что ты в оборотня превращаешься, — хихикнула. — Или вампира. Или что там выходит, когда злыдни вместе с Лихом покусали? Злыхонь?

— У тебя бурная фантазия, — рассмеялся парень, опуская лямочку на сарафане.

Его пальцы мягко прошлись по ключице, скользя вниз. В деревне я приобрела привычку не носить лифчик. Даня мне не раз говорил, что это его безумно возбуждает. И сейчас он уже вовсю ласкал мою грудь, спустив сарафан до талии. Его пальцы скользили по коже в мягкой ласке, вызывая мурашки и истому внизу живота. Он с такой нежностью и восхищением смотрел на меня, что даже не верилось. Я была полностью уверена в своей женской несуразности и не особой привлекательности. Для меня такой взгляд был сродни чуду. Ощущала, как мягкий тёплый свет рождается в груди и растекается по венам, затапливая каждую клеточку.

Помню, как в первую неделю, после приезда в Сосновку я выходила и садилась на крыльцо вечером. Поднимала лицо к звёздному небу, плакала и спрашивала: «Неужели я не достойна счастья? Кому я причинила в жизни зло, что судьба так со мной обходится?» И тогда, хоть я и была обижена на всех мужчин в лице бывшего мужа, но попросила у вселенной человека. Своего человека. Который будет меня любить и которому я буду нужна. Взаимной любви просила. Даже не думала, что небеса меня услышат и исполнят мою просьбу. Скорее это был крик отчаяния. Мне некому было выплакаться, поэтому я рассказывала о своей боли и чаяниях небу и звёздам.