Лекарь-возлюбленный - Маша Моран

— Меня зовут Айми, господин. Я обязана вам жизнью своего сына. Теперь мы в вечном долгу перед вами.

Значит, это та самая Айми, которая передала мне одежду и рвалась услужить. По словам язвы-лекаря. А может, он сам неровно дышит к этой Айми, вот и разозлился?

Я едва не расхохотался. Вряд ли эту хитрую лисицу интересует бледный субтильный лекарь.

— Не благодарите меня, госпожа. — Я снова поклонился. — Ваш сын очень храбро себя вел.

Неожиданно подала голос другая сароен, прижимающаяся к лекарю:

— Мы и перед господином Рэйденом в долгу. Он, между прочим, старается для всех нас. Если бы не он, кто бы нас лечил? Да у нас до него целую вечность не было лекаря! Боги благословили нас его присутствием. — Она улыбнулась ему зовущей улыбкой, в которой не было ни капли благодарности — только чистая, ничем не прикрытая похоть.

Да неужели? А вот и жертва голубых глаз и пухлых лекарских губ.

— Позвольте, я услужу вам, господин? — Она подставила к нему чашку, тоже собираясь налить чай, а я уставился на бледного сластолюбца.

Он как-то поник и с мрачным видом ковырял ложкой в еде. Наверное, не хочет, чтобы все знали о его отношениях с этой девицей? Наверняка метит на дочку генерала, сидящую по другу руку от него и уже не знающую, как привлечь его внимание.

Внезапно, сароен потянулась к чайнику, стоящему рядом со мной. Изящным движением она прижала широкий рукав платья к запястью, чтобы не испачкался в еде, а меня обдало волной сладкого цветочного аромата.

Нет, не может быть… Я уже знал этот запах. От него кружилась голова, и в голову лезли дикие, непристойные мысли. Мысли, которых у меня не должно быть никогда.

Аромат самого лекаря. Вот почему он пах женщиной. Он спал с ней. С этой девицей. Проводил с ней ночи и время после операции Дайске. Бежал к ней, как только выдавалась свободная минута.

Он пропитался ее запахом! Маленький ублюдок…

Я сглотнул вязкую слюну, чувствуя нестерпимый зуд в ладонях. Хотелось схватить его за волосы, вытащить из-за стола и отволочь обратно в лазарет, чтобы занимался тем, что должен. А не развлекался с продажными девками!

— Господин Ван… Вам не нравится наша еда? Да, она простая и грубая — не то, к чему привык такой изысканный господин, как вы. Но прошу вас, попробуйте.

Я вздрогнул, а все взгляды обратились ко мне. Айми встала и под гневным взглядом генерала села рядом со мной. Ее пальцы коснулись моей ладони.

— Позвольте, я накормлю вас. — Она взяла мою ложку и зачерпнула овощей.

Генерал начал покрываться багровыми пятнами, его сын все так же равнодушно смотрел в пустоту, но я мог видеть только лекаря.

Мерзавец отвлекся от своей тарелки и сейчас смотрел на меня со знакомой насмешкой.

Он вскинул брови, когда пальцы Айми снова погладили тыльную сторону моей ладони. Сам не знаю почему, но я так поспешно отдернул руку, словно был в чем-то виноват. Как будто этот модник мог подумать, что между мной и сароен что-то есть.

Мне вообще должно было плевать, что он думает, но боги… пощадите меня, я не мог позволить ему считать, что собираюсь пользоваться услугами этой девицы.

Проклятый лекарь!

Я резко обернулся к Айми:

— Госпожа Айми, а почему ваш сын был за пределами крепости один?

Мой вопрос поставил ее в тупик.

Генерал отчетливо скрипнул зубами в наступившей тишине:

— Днем за пределами крепости не опасно. — Он смотрел на меня с такой лютой ненавистью, что я вновь ощутил себя в знакомой стихии — во дворце, где все желают мне лишь смерти.

Странно, но это помогло успокоиться и взять себя в руки. Я вновь обретал контроль над собой.

— То, что за пределами крепости не опасно мы поняли по запертым воротам. — Я почтительно кивнул, даже не пытаясь скрыть издевку. — Меня просто удивляет, что такой доблестный генерал, готовый убить беззащитного раненого, не знал, что снаружи находится ребенок. А потом не хотел открывать ворота.

Дочка решила вступиться за отца, который, казалось, сейчас задымится от гнева:

— Мой отец не обязан следить за чужими детьми. — Она бросила презрительный взгляд сначала на Айми, а потом и на Эйку.

Видимо, как и его мать.

— Кровавый Закат может случиться когда угодно. — Лу метала в меня ненавидящие взгляды.

Я пожал плечами:

— Тогда мне тем более странно, что он гулял один. На закате, который в любой момент может стать Кровавым.

Лу снова хотела что-то сказать, но Эйка перебила ее, гордо выпятив подбородок и выставив вперед грудь:

— Господин Рэйден пытается вычислить, когда случаются Кровавые Закаты.

Обе девицы посмотрели на лекаря восхищенными взглядами.

Я вздернул бровь:

— Вот как? И какие успехи?

Лекарь, который продолжал ковырять еду, словно в тарелке лежало что-то отвратительное, бросил на меня мрачный взгляд исподлобья. Казалось, он сразу же упадет, если Лу и Эйка не будут его поддерживать. Поддерживать. Я усмехнулся про себя. Да они же жмутся к нему, как самые развратные наложницы Дома Услады. Эйка вообще беззастенчиво трется грудью о его руку.

— Боги… как же это все скучно! — Айми хлопнула в ладоши, умело взмахнув широкими рукавами. — Хватит уже этих бесполезных разговоров. Господин Ван совсем не ест. Давайте мы лучше с Эйкой вам станцуем, а вы насладитесь трапезой.

Глаза генерала загорелись, лицо снова приобрело красный оттенок. В короткой бороде и седеющих усах мелькнула улыбка. Теперь я не сомневался в том, что генерал очарован наложницей.

Айми поднялась, и Эйка последовала за ней. Но как только они вышли из-за стола, первая остановилась.

— А как же мы будем танцевать без музыки? Эйка, сыграй нам на том иноземном инструменте — у тебя прекрасно получается. А я исполню новый танец. — Айми бросила на меня очередной томный взгляд, который сказал о ее замысле больше, чем откровенное признание.

Она просто хотела, чтобы все смотрели только на нее.

Не говоря ни слова, Эйка проплыла к массивному сундуку и бережно вытащила из него завернутый в мягкую ткань инструмент. Такого я прежде не видел.

Убрав ткань, Эйка вернулась к столу и протянула инструмент лекарю.

Тот удивленно моргнул глазами и надул губы. Захотелось прикоснуться к ним, чтобы проверить, действительно ли они такие мягкие, как кажется.

Я сжал кулаки, вдавливая ногти в кожу. Да приди же в себя! Откуда эти срамные мысли?!

— Пусть господин лекарь нам сыграет на… лют-не. — Она старательно произнесла это название. — Он намного искуснее меня в этом деле. Я освоила еще не все премудрости, но с таким учителем… — Ее ладонь вроде бы незаметно прошлась по его руке, но я был уверен, что это увидели все.