Стоять, бояться! Ревизор в академии - Леси Филеберт

В будущее, значит, можем заглядывать, да, господин пророк? А вот это вы в своем будущем видели?

Резко шагнула вплотную к Эрику, привстала на носочки и ощутимо прихватила зубами нежную кожу его шеи. С чувством, от души, вкладывая в сей жест все накопившееся раздражение. Намеренно делая полуукус-полупоцелуй довольно болезненным.

А потом также резко сделала шаг назад, любуясь оставленным алым пятном и абсолютно ошалелым взглядом профессора.

Кажется, он был по-настоящему шокирован, потому что не сразу обрёл дар речи. Мне показалось, что в кои-то веки с его лица слетела маска безразличия, появилось нормальное такое, человеческое выражение абсолютного офонарения. Глаза размером с блюдце, и в них скорее горело пламя, чем плавали вечные льды. Чувственные губы приоткрыты в полной растерянности.

Эрик медленно поднял ладонь и коснулся места укуса на шее.

- Что ты… вы… позволяете себе… мисс Хоффман?

- Я позволяю себе вас, профессор Кларксон, - мило улыбнулась я. - Я ведь прилежная ученица, поэтому следую вашему совету и освобождаю себя от оков, которые, по вашим же собственным утверждениям, ограничивают мою личность и мешают мне раскрыть в себе магический потенциал.

И стремительно зашагала в сторону замка, пока ошарашенный Эрик пребывал в ступоре на опушке леса.

Не могла сдержать широкую самодовольную улыбку.

Шах и мат, профессор! Этот раунд остался за мной.

Глава 14. Что я наделала?

Что я наделала. Что я наделала?

Что я наделала?!

Этим вопросом я терзалась весь вечер. А потом всю ночь (вернее, аж целый час оставшегося жалкого сна под утро) видела безобразно порочные сны с пальцами Эрика, скользящими по моим губам. И его жарким шепотом на ушко. Приплыли.

Утром завтракала на автопилоте, с трудом отсидела занятия по некромантии, а потом на ватных ногах устраивалась в дальнем конце аудитории на лекции по боевым искусствам.

Я. Укусила. Профессора. В шею.

Маргс, как мне ему в глаза-то теперь смотреть?

Что мной двигало в тот момент?

Обида, гнев, желание отомстить, поставить на место? Очуметь способ ставить на место профессора, Элизабет, ты просто красотка. Нашла кого, куда и как ставить, молодец. Чудо, что тебя вчера не исключили из академии.

“Элизабет, дорогая, ты же вроде не тупая? - ласково спрашивал меня внутренний голос. - Зачем ты так поступила, можешь объяснить?”

Не могу. Но я не тупая, совершенно точно! Просто у меня склад ума такой, да.

“Склад твой, по ходу, ограбили”, - вздохнул внутренний голос и обиженно умолк.

Я бы тоже на его месте умолкла. Толку-то общаться с такой кашей в голове.

Я не смотрела на входную дверь, но уже по одному только кофейному запаху поняла, что профессор Кларксон вошел в аудиторию. Как всегда, с бессменным стаканчиком кофе со льдом и ванильным сиропом. Как он только пьет эту гадость?

Сегодня первая часть занятий у нас была лекционная, потом мы должны были отправиться на полигон для отработки некоторых заклинаний.

Обычно во время лекционной части занятий в аудитории царит идеальная тишина, нарушаемая только шелестом бумаг. Такая уж тяжелая давящая аура была у Эрика, что при нем никто даже шептаться не решался.

Но сегодня все было иначе. По аудитории то и дело прокатывались шепотки и смешки. Хм, с чего бы?

Я даже оторвалась от записей, чтобы понять, почему адепты сегодня так оживились. Обратила внимание на то, что все сидящие на первых партах буквально давятся беззвучным смехом и поглядывают на самого профессора Кларксона.

Перевела на него взгляд и какое-то время рассматривала его широкие плечи и светлую шевелюру. Ну и что с ним не так? Стоит себе спокойно, рисует схемы и формулы на доске…

Но когда он повернулся полубоком, я задохнулась от понимания истинной причины смешков студентов и захотела провалиться под землю от стыда. В тысячный раз за прошедшую неделю.

Дело в том, что на шее Эрика так и красовался след от моего укуса-поцелуя. Такой очевидный след, не оставляющий сомнений в том, что его оставила какая-то девушка.

Не заметил он этот след, что ли?

Честно говоря, была уверена, что Эрик тут же сотрет его магией.

Но похоже, что профессор Кларксон ни вчера вечером, ни сегодня утром в зеркало не смотрелся.

- В чем дело? - он в конце концов развернулся к адептам, прервав себя на полуслове и строго оглядывая аудиторию.

Да только с такой серьезной миной и с этим откровенным засосом на шее он смотрелся ещё более восхитительно. Настолько, что парочка студентов на первых партах не выдержали и громко прыснули от смеха, тут же закрыв себе рот руками и стараясь не заржать в голос.

Эрик смерил их презрительным взглядом.

- Вы сегодня сами на себя не похожи. На моих занятиях не разрешается разговаривать, хихикать и перешептываться. Мне казалось, что вы уяснили это на прошлой неделе. Что изменилось сегодня? Мисс Хиславр, можете объяснить?

Лилит отчаянно замотала головой, зажмурившись и уже двумя руками закрыв себе рот. Признаваться в том, что смеётся над профессором, она явно не горела желанием.

- Как интересно. Что же вас так рассмешило, мисс Хиславр? И вас, мистер Сондерс? Поделитесь же со мной, я тоже хочу посмеяться.

Сказано было таким ледяным тоном, что самоубийц в аудитории не нашлось.

Кроме одной.

- У вас какое-то пятно на шее, профессор.

Это кто? Это я сказала, что ли?

Элизабет, а тебя кто просил рот открывать?!

Я вся сжалась под жгучим взглядом Эрика. Жгучим, но с легким недоумением. Маргс проклятый, кажется, он в самом деле сегодня в зеркало не смотрелся.

- Вы, наверное, сильно ударились, да? - подсказала я, невинно хлопая глазками.

Мой вопрос вызвал очередную бурю смешков среди студентов, но я изо всех сил старалась мило улыбаться.

Недоумение в глазах Эрика сменилось пониманием. Он поднял руку и коснулся длинными тонкими пальцами места укуса на шее. Как вчера. Провел по пятну пару раз, и оно исчезло, словно его и не было вовсе.

- Нет, - наконец произнес профессор, продолжая прожигать меня взглядом. - Не ударился. Провел увлекательный вечер с одной жгучей брюнеткой, но, кажется, она слегка перестаралась в выражении своих эмоций. Что ж, в следующий раз я буду более внимательным и покусаю ее до того, как она задумает на меня накинуться.

Чего?!

Я аж поперхнулась возмущением, благо мои невнятные звуки офигевания потонули в уже открытом хохоте студентов.

Эрик и сам улыбался, довольный моей реакцией. И ни капельки не смущенный всеобщим вниманием и смехом. Вот же, нашел, как обратить неудобный инцидент в свою пользу.