Жена для Главы Ковена - Анна Алора

Он зацепился за корень ивочника, не вовремя вылезшего из земли, и с шумом рухнул в кустарник.

Шикарный будет развалился, и бедные аниолы рассыпались вокруг, теряя ломкие лепестки.

Тася, увидев мага под своим окном, да с цветами в руках, ахнула, и прижала руки к щекам. Лицо ее полыхало, глаза сияли, сердце стучало как заводное, подначивая девушку: “ну что ты тут торчишь, беги, беги, беги к нему! Он твой, он твой, он твой!”

Когда же Кивали довольно не эстетично свалился в кустарник, девушка не выдержала, и бросилась вниз. Спасать его, спасать Мага с большой буквы.

Мужчину своей мечты.

Она неслась по лестнице босиком, даже не подумав одеть туфельки. Даже не подумав переодеться. Хорошо еще палантин-выручалочка висел на спинке стула, и так вовремя попался под руку.

Удачно открыв входную дверь, которую только-только разблокировала бдительная сторожевая система, Тася вылетела из дома и понеслась по утоптанной тропинке, ведущей как раз под ее окно.

Удивительно, как девушка ориентировалась в незнакомом месте. Ведь из здания она до сих пор не выходила. Тут одно из двух. Или это работа крошки Амурчика, или врожденное чувство направления.

Возможно, и оба варианта сразу.

Конечно, я уверена, и Амурчик не сидел без дела, да и Тася никогда не страдала географическим кретинизмом.

Не прошло и пары минут, как она уже стояла над поверженным магом. Девушка тяжело дышала, зато румянец уже не был таким до неприличия ярким.

Кивали почувствовал присущий только ей запах меда и знойного лета.

Он втянул носом запах, который действовал на него пуще любого афродизиака, и попытался подняться, да охнул.

Тася протянула ему руку, желая помочь, и уж было собралась подставить плечо, да вовремя поняла, что сейчас она совсем в другой весовой категории.

Вот что привычка-то делает с человеком.

Ведь пропали накаченные баулами с товаром мускулы, пропали крепкие плечи.

– Хорошо бы, чтобы вместе с ними пропала и необходимость входить в горящие избы и останавливать коней на скаку, – мгновенно пожелала себе девушка.

Наша попаданка опомнилась, и с размаху опустилась на зеленую мягкую траву, рядом со своим героем. Немного отдышавшись и придя в себя, она подобрала под себя ножки, усевшись по удобнее. Богатый жизненный опыт говорил Тасе, что у мага явно растяжение лодыжки и ему не повредит немного отдохнуть на теплой травке.

Девушка поглядывала на тихо страдавшего мужчину из-под опущенных ресниц и понимала, что пропала. Пропала навсегда.

Легкий утренний ветерок назойливо пытался приподнять подол ее рубашки. Растрепать короткие темные волосы, коснуться нежной кожи обнаженных рук.

Кивали Сияющий смотрел на нее, не отводя глаз. Как бы он хотел быть тем ветерком, которому нет преград.

Оба молчали, и только сердца стучали как одно. Похоже, что две половинки нашли друг друга. Подумать только, где-то на краю света, в другом мире, а может быть, даже в другой вселенной, у твоих ног лежит Маг с большой буквы, мужчина твоей мечты!

От подобных мыслей у Таси закружилась голова, и сидячее положение ей стало занимать затруднительно. Она тихонько вздохнула, и опустила голову на плечо полу сидящего рядом мужчины.

Кивали замер. Он лежал в неудобной позе, похоже, действительно повредив при падении лодыжку, и сейчас весь вес девушки приходился как раз на левую сторону.

Лорд едва сдержал стон, пытаясь соответствовать образу сурового мага дара Огня.

Забытые аниолы лежали, разбросанные вокруг, источая тонкий душистый аромат.

Невдалеке скрипнула калитка, и послышался тихий разговор и чьи-то смешки. Уже почти шесть утра, и приходящая прислуга спешила в дом, дабы приступить к своим нехитрым обязанностям.

Это были две смешливые разбитные девушки, похожие друг на друга как сестры. Обе с курносыми носами и веснушками на милых личиках, с курчавыми темными волосами, заплетенными в две косы, и заколотые у висков.

И лорд, и Тася замерли, посмотрев друг на друга. Вид что у Кивали, что у нее был еще тот. Хорошо, что куст ивочника, рядом с которым растянулся мужчина, был достаточно густым, и с дорожки, ведущей от калитки к дому, не просматривался.

Неожиданно обоих пробрал смех, да такой, что удержаться было невозможно. Тася закрыла рот двумя руками, ее грудь сотрясалась, а из глаз лились слезы.

Кивали не отставал, он уткнулся головой в удобную мягкую травку, и его широкие плечи мелко-мелко тряслись.

Когда девушки благополучно зашли в дом, их смех постепенно смолк, и лорд поднял голову.

Его изумрудные глаза смотрели на Тасю серьезно, хотя в их глубине еще мерцали неугомонные смешинки.

Молчание становилось невыносимым.

* * *

И Тася, как настоящая женщина, сделала первый шаг. Точнее, шагать ей не пришлось совсем. Она просто, ни о чем не думая, повинуясь неясному томлению своей измученной одиночеством и возникшим чувством души, потянулась губами к щеке мужчины.

Той самой, левой. Обезображенной багровым шрамом с неровными краями.

Нежным поцелуем коснулась уголка его губ.

Кивали Сияющий застонал, и, невзирая на боль в голеностопе, резко дернулся в сторону.

Сейчас он в полной мере ощутил свое уродство, и этот шрам, который его только радовал в последние шесть лет, позволяя держаться подальше от определенного рода дам, желающих не столько его любви, сколько титула леди Сияющей, этот шрам сейчас казался такой помехой.

И сейчас… сейчас лорд не мог поверить в искренность чувств девушки.

Тася посмотрела на него с удивлением и обидой. Ее сердце все еще билось как сумасшедшее, и она ничего не могла понять.

Девушка, своим женским чутьем и интуицией явно чувствовала, да что там, знала наверняка, что привлекает мужчину, и сильно. Это возникшее с первого взгляда притяжение не могло быть наваждением.

Она не могла ошибиться.

Ну нет. Не в этот раз.

Ей и в голову не могло прийти, что мужчину на самом деле так волновал этот несчастный шрам.

– Простите, леди, – хрипло, прерывающимся голосом проговорил Кивали и встал – таки на ноги.

– Позвольте, – он подал руку девушке, желая помочь той подняться.

Лорд закрылся от нахлынувших на него чувств, спрятался за дежурными фразами.

Тася со злостью, которой никак не ожидала от себя, отдернула руку, и встала сама.

Она вызывающе посмотрела мужчине в глаза, дежурно улыбнулась, не желая показывать всю глубину боли и обиды, которые клокотали в ее душе.

И, не оборачиваясь, гордо подняв голову, пошла прямо по разбросанным цветам, обеими руками придерживая развевающийся подол ночнушки,