Воровка с того света - Анна Одувалова

— Может и стоит, — согласился Габриэль и выглянул в окно. Дождь лил стеной. — Кучер защищён от дождя пологом, но и правда, нам лучше встать и переждать непогоду. Хотя… к этой ситуации не применимо слово «лучше». Гроза в ущелье смертельно опасна. Обычно наших сил хватает, чтобы справиться с непогодой. Не понимаю, что пошло не так.

— Ты предлагаешь остановиться прямо тут? — возмутился Алекс. — Нас просто стащит вниз! Мне кажется, ты стал плохо соображать!

— Останавливаемся! — упрямо скомандовал Габриэль. — Дальше не будет лучше.

Карета затормозила по приказу, но задние колеса поехали по скользким камням, покрытым грязью, правда все же остановились. Габриэль выругался и выбрался, Алекс последовал за ним. Я перебралась ближе к выходу, но что-то пошло не так. Карета начала крениться и покатилась назад, заваливаясь на а бок. Я рванула к приоткрытой двери, но не успела, но не успела. Меня тряхнуло и откинуло в противоположную сторону в окно, которое почему-то оказалось под ногами. Как оно не разбилось под моим весом, ума не приложу. Заржали лошади. Раздалась ругань, я снова рванула к двери, которая находилась у меня над головой. Меня утаскивало вместе с каретой в пропасть. Я даже испугаться не успела, когда рухнула вниз вместе с моим, видимо послюним, пристанищем, которое перевернулось еще раз. Правда, летели мы недалеко. Меня снова подкинуло внутри кареты и все замерло. Я больно ударилась затылком о стенку, и не могла поменять позу придавленная столиком. У меня под ногами оказалось окно, за которым клубился и находился обрыв. Как далеко находится земля, понять было невозможно. Я не знала, что держит карету в подвешенном состоянии, поэтому испугалось особенно сильно. Страшно было не то, что шевелиться, даже дышать.

— Крис! — раздался голос. Я не поняла отсюда, кто меня звал Габриэль или Алекс. — Ты там жива?

— Да! — отозвалась я и попыталась подняться, но карета при этом угрожающе шатнулась.

— Тихо! Будь очень аккуратна! — тут же проорали мне.

— Что мне делать?

— Только не нервничай! — будто эти слова способны хоть кого-то успокоить. — Карета висит над обрывом. Она зацепилась за камни и ветви деревьев. Лошади не дали ей соскользнуть вниз, но все очень шатко. Если не будешь действовать очень аккуратно, мы потеряем и тебя, и карету и лошадей. Тебе нужно вылезти не через дверь, а через окошко, которое ведет на козлы, где сидел возничий. Ты сможешь это сделать?

— Окошко открывается? — деловито уточнила я, чувствуя, как дрожат руки.

— Да!

Раньше я бы даже не задумалась, вылезу ли я. Я могла вылезти, мне кажется, даже через дырку в двери, которую иногда прорезали для кошек. Но сейчас я была крупнее, еще не привыкла к телу, и все это заставляло переживать сильнее. Меня не покидало некое чувство «де жавю». Я уже однажды падала с большой высоты. Только сейчас у меня было чуть больше времени и шансов выжить, но если я сделаю хоть одно лишнее движение, все закончится именно так, как закончилось на земле, я полечу в пропасть. И теперь меня не будет ждать новое тело. Я разобьюсь. На этот раз окончательно.

В этот раз я успела по-настоящему испугаться. На каждое мое движение карета реагировала. Он была шаткой и грозила сорваться вниз, но я не могла этого допустить. Я не единожды выживала тогда, когда жизнь мне готовила иной исход, и сейчас обязана была еще раз это сделать. Просто приложить усилия, сделать невозможное и выжить.

Я прикрыла глаза и расслабила мышцы, пытаясь в полной мере почувствовать свое тело, почувствовать ветер и шаткость кареты, поймать баланс и когда ощутила все это, медленно поднялась. Мне предстояло сделать несколько шагов к окошечку, которое сейчас находилось впереди меня на уровне глаз. Мне нужно будет открыть его подтянуться и вылезти — это было несложно. Ну а там надеяться, что я смогу не сорваться вместе с каретой вниз. Пожалуй, для нас с моим новым телом — это было самое сложное испытание.