Воровка с того света - Анна Одувалова

— А что случилось с родителями?

— Они оба были магами, и погибли в сражении на границе королевства. А друг отца выжил и обещал дать нам соответствующее образование и воспитание. Он принял нас тут, как родных сыновей.

— А его дети? Жена?

— Дочь… — начал Алекс, но его перебил Габриэль.

— Дочь погибла, когда нам было восемнадцать, а ей семнадцать. Ее мать не выдержала потрясения и ушла через год.

Алекс внимательно посмотрел на брата, поджал губы, как мне показалось недовольно, и закончил.

— Ну а приемный отец умер в прошлом году. Никого не осталось. Замок перешел нам. Но бываем мы тут нечасто, особенно Гейб. Тут были хорошие моменты, но пришли мы сюда после трагедии, и трагедии сопровождали нашу жизнь здесь.

После рассказа мне стало немного не по себе. Получается в таком огромном замке, некогда принадлежавшем целой семье, где было сразу трое молодых людей никто не живет. Только слуги?

Карета остановилась во внутреннем дворе, и Габриэль сразу же выбрался на воздух. За ним выскочил Алекс и потянулся, раскинув руки, разминая затекшие мышцы долгой дороги. Следом за ними вылезла я. Тело ломило и все еще хотелось спать.

— Добро пожаловать! Мы ждали вас раньше, — сварливо заметила невысокая полная женщина с грубыми чертами лица, появившаяся на пороге. Она даже мне достигала разве что до середины груди. — Боги всевышние! — Она недружелюбно покосилась на меня. — Вы притащили демона? Совсем совести у вас нет! Покойная графиньюшка в гробу бы ворочалась, если бы ее граф не приказали кремировать!

— Рогнеда — это Кристина. Она наша гостья, приготовь для нее комнату. — спокойно отозвался Габриэль никак не прореагировав на откровенно хамский том. Из чего я сделала вывод, что иначе Рогнеда общаться просто не умеет.

— И какую же это комнату я должна для нее приготовить?

— А приготовь, ту, что в северном крыле, — встрял разговор Алекс. — Из нее открывается чудесный вид на озеро.

— Алекс…. — прошипел Габриэль, но его близнец только нагло улыбнулся. Что тут такое происходит, демоны их задери?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​ ​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​ ‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мне все же приготовили комнату. Ту, о которой говорил Алекс. С балкона, и правда, открывался невероятный вид на озеро и горы вдалеке. В остальном же комната была самой обычной — кровать под балдахином очень похожая на ту, которая у меня была в городском доме. Камин, трюмо, шкаф и книжные полки. Ничего необычного. Все выдержано в серебристо-голубых тонах. Белье белоснежное, накрахмаленное, камин жарко-растопленный, есть ванная, в которую я сразу же забралась и прикрыла глаза, устроив голову на подлокотнике.

Меня еще немного трясло после пережитого. Я до сих пор не могла поверить, что смерть второй раз обошла меня стороной. И мне до сих пор было не по себе. Я привыкла рисковать, но сегодня действительно испугалась, оказавшись беззащитной перед разрушительной мощью стихии. Но я знала, что переживу это. Завтра настанет новый день, Алекс начнет готовить меня к путешествию, и самому необычному в моей жизни делу и я забуду о том, что со мной едва не произошло по дороге. А сегодня у меня есть горячая ванна ароматная пена и немного свободного времени.

Когда вышла из ванной комнаты на столике у кровати обнаружила поднос с обедом и поняла насколько голодна. Тушеный кролик с овощами был восхитителен, как и свежевший багет. После еды я почувствовала себя относительно бодро и отправилась исследовать комнату. Мне было интересно, чего в ней особенного кроме вида из окна. Сильнее всего меня заинтересовали книжные полки. Там стояли пухлые томики, некоторые с закладками, некоторые зачитанные до такой степени, что было сложно взять их в руки. Между ними пухлые тетради, исписанные красивым почерком с завитушками. Я открыла одну и у меня из рук выпал на пол, потемневший от времени рисунок или какой-то местный аналог фотографии.

Я подняла его и взглянула на изображенных светловолосых парней лет пятнадцати. Алекса и Габриэля несложно было узнать. Между ними стояла симпатичная девчонка чуть младше с длинными, развевающимися на ветру волосами. Картинка была настолько реальна, что мне показалось, что я вижу рябь на воде. Троица была запечатлена рядом с озером, на которое открывался вид из моей комнаты. Интересно, кто это? Погибшая дочка хозяина замка или неизвестная мне сестра Алекса и Гейба?

Не с ней ли связана злость Габриэля? Почему-то он не хотел, чтобы меня размещали именно в этой комнате. Я осторожно убрала рисунок обратно в тетрадь и вернула ее на полку. Читать перехотелось. Мне казалось, что я лезу не в свое дело.

Но мысли о незнакомке не отпускали. Я пересмотрела все книги, нашла незамысловатый плетеный браслетик, несколько статуэток, но больше никаких рисунков.

Я могла убеждать себя сколько угодно, что нехорошо читать чужие записи, но знала, любопытство всегда победит. Поэтому даже не стала специально с ним сражаться. Открыла тетрадь и попыталась вчитаться текст, смысл слов будто ускользал от меня. Я пробовала раз за разом, но не могла. Похоже, записи защищал какой-то магический шифр. Едва я ловила глазами слово. Как оно плыло, буквы менялись местами и смысл ускользал.

Ничего не получалось, смысл написанного ускользал и только разболелась голова, поэтому я не стала над собой издеваться и отправилась спать. Когда проснулась, за окном было темно, хотелось выпить чаю и действий. Наверное, шататься ночью по чужому дому не очень правильно, но спать я больше не хотела, а лежать и смотреть в потолок было невероятно скучно.

Печально, что я осталась без одежды. Мокрую и грязную я сняла, а вся остальная пропала вместе с каретой. Подозреваю, что близнецы просто не придали этому факту значения, и я оказалась буквально нагишом. Пришлось мастерить себе изящное платье из шелковой простыни и шнурка от балдахина. Получилась изящная греческая тога. Длинные ноги, узкая талия и заметная грудь все же величайший подарок судьбы (давно ли я стала так думать?) в любом случае простыня на мне смотрелась весьма прилично.

В таком сомнительном наряде я отправилась на разведку. Темные коридоры замка были пусты, и я старалась идти на цыпочках, чтобы по замку не раздавалось гулкое эхо шагов. Не то что я опасалась быть услышанной, просто казалось кощунственным шуметь, где тишина и покой.

Я спустилась на первый этаж, где, словно незаметные серые тени бродили охранники. На меня они не обращали внимания ровно до тех пор, пока я не пристала к одному с вопросом, где здесь можно найти кухню и еду.