Вторая попытка леди Тейл - Мстислава Черная

Тряхнув головой, я отогнала грустные мысли. Зачем печалиться? Того будущего никогда не будет, и Грант не будет осужден по ложному обвинению, уж этого я не допущу — из кожи вон вылезу, но не допущу.

А пока что…

Задачки одну за другой я расщелкала как орешки, с искренним удовольствием, и неожиданно закончила раньше всех.

Я отложила листок и собиралась обратиться к Дарену, все же формально занимался с нами именно он, а герцог… явился почитать книжки.

Но Грант меня опередил. Спрыгнул со своей перегородки, в два шага пересек библиотеку и бесцеремонно подхватил листок с моего стола.

— С вашего позволения, леди, — хмыкнул он, уже просматривая мои ответы.

— Обычно разрешение спрашивают до того, как берут, — не смогла не заметить я, улыбаясь. Все же этот смешной и колючий, как трава за стенами материковой крепости, парень чем-то был мне очень симпатичен. На секунду подумалось, что, может быть, таким мог бы быть мой сын, если бы Эдвин позволил ему родиться… но нет. Все же нет. Если заглянуть поглубже в себя, на материнские чувства моя симпатия совсем не похожа. Слишком вредный субъект.

— Дарен заранее выдал вам эти задачи и подсказал решение? — вдруг спросил герцог, хмурясь на мой листок с решениями так, словно там в засаде притаилось целое племя дикарей. 

— Что? — это мы с Вудстоком удивились хором. 

— С какой стати? 

— Грант! — Дарен аж покраснел от возмущения. — Что ты несешь? 

— Извини. — Кажется, никакого раскаяния паразит не испытывал. — И вы простите, леди. Но в таком случае не могли бы вы решить вот эту задачу?

Он стремительно улетел в свой угол и тут же вернулся с еще одним листочком. Понятненько. Все же не верит, что я такая умная. И подозревает заговор лучшего друга. Вот… чудо. Чудовище.

— С удовольствием, лорд Эмерсон. — Я подарила ему улыбку из арсенала леди ди Монтеро. Такую, от которой одаренным сразу хотелось вытянуться по стойке смирно и просить прощения. — Но когда я ее решу, вы извинитесь еще раз, и не передо мной, а перед своим близким другом, которого вы невесть в чем подозреваете.

— Пф-ф! Если вы ее решите, я извинюсь, как вы желаете, и пришлю вам коробку лакрейских сладостей. Но вы… не решите, — скривил он губы.

А я дрогнула. Лакрейские сладости доставлялись из далекого южного Юроса, и в состав входил плод уникального куста, растущего лишь в одной-единственной долине. В Юросе фрукт считается божественным, якобы он вырос в долине, которую оросила слезами покинутая богиня любви. Я хорошо знала эту сказку — как богиня влюбилась в простого охотника, а он предпочел ей дочь рыбака, — потому что я обожаю эти сладости.

В год собирают не больше десятка ящиков, и стоит вяленый божественный фрукт как торговый кораблик среднего пошиба.

Как он узнал, что я их обожаю?

Даже я, чьи родители очень богаты, получала крошечную коробочку от силы раза три, и то лишь один раз папа их купил — перед тем как отправил меня с континента на острова, в качестве… извинения. До этого лакрейские сладости были подарками бравому генералу от чужих посольств.

— Поберегите свой кошелек, герцог, — буркнула я, но Грант лишь усмехнулся. Он был уверен в себе и переполнен предвкушением.

В новом листке оказалось две задачи. Одна такого же уровня сложности, как я решила только что, а вторая — по-настоящему заковыристая. И незнакомая! В тех сборниках, что я покупала в будущем, ее не было.

Что ж… это вызов моим умственным способностям.

С первой задачей я справилась почти не глядя, такой меня охватил азарт. Толкнула по столу листочек с решением в сторону герцога и нетерпеливо схватилась за чистый. Та-ак. Приступим.

А дальше… а дальше все понеслось в неведомые дали. Я исписала пятый лист мелким почерком и с неуменьшившимся азартом приступила к новым расчетам — задачка открывала некоторые дополнительные возможности, о которых я раньше даже не думала! Такие интересные, что я забыла о споре и увлеклась побочными выкладками… Так вот, когда я оторвалась от пятого исписанного листка и подняла голову, чтобы попросить у Дарена справочник по полупроводниковым магоматериалам — хотела уточнить одну константу, — то обнаружила, что осталась за столом одна. Алисия, Мора и сам Дарен сидели, почти не дыша, на соседнем диванчике, а напротив меня в неудобной позе склонился Грант, яростно чиркая что-то на уже заполненной мной бумаге, корябая свои колонки цифр рядом с моими и бормоча себе под нос какие-то не совсем приличные ругательства. 

Я настолько удивилась, что с минуту просто наблюдала за ним, а затем переключилась собственно на его цифры, и… дальше было как в тумане. Дальше мы корябали и ругались вместе, потому что у нас начал вырисовываться новый, более лаконичный способ решения…

Конечно, не совсем честно, ведь я пользовалась будущими наработками самого Гранта. И я совершенно не намерена была их у него отбирать. Увлеклась, и получилось что получилось.

Ну, писать научные труды я точно не планирую… Буду для Гранта девой вдохновения. Хи-хи… И смешно, и грустно.

Куда-то не туда мои мысли поползли…

— Дарен, напомните, пожалуйста, константу трехфазового деления милора, — договорить я не успела.

Дарен прекрасно разбирался в теме, понял меня с полуслова и сразу же развернул ко мне справочник, открытый на нужной странице.

Я благодарно кивнула, и за пять минут мы с Грантом завершили задачу. Именно «мы», потому что считать у нас получилось вместе.

— Коробка со сладостями ваша, леди, как и мои самые искренние извинения. — Кажется, этот умник еще не до конца опомнился, потому что улыбнулся мне такой сияющей улыбкой, что у меня на мгновение дух перехватило. Черт! Где этот сэр Эгоист, он мне срочно нужен, иначе… 

— За извинения спасибо, лорд Эмерсон, а вот конфеты оставьте себе, ведь условия пари не соблюдены. — Я стала торопливо собирать разбросанные по столу листочки и складывать их в ровную стопку. — Эту задачу мы с вами решали вместе. 

— Я настаиваю, леди Тейл! — снова насупился Грант. Он явно пришел в себя, опять стал похож на сердитого сыча. Покосился на бумаги, вздернул одно плечо и развернулся:

— Леди Вудсток, Дарен, приношу свои извинения. Вынужден вас оставить. Увидимся завтра!

И смылся быстрее, чем кто-то успел возразить. Вот… неугомонный! Если принесет мне спорные божественные фрукты, я даже не знаю, что с ними сделаю. И с ним самим тоже!