Уездная учительница магии - Варвара Корсарова

— Одаренных, — поправила я. — Эти люди наверняка были Одаренными. Умели интуитивно управлять эфирными потоками и менять реальность.

— Тогда таких слов не знали. Их величали колдунами, — ответил господин Роберваль. — Наука была в зачаточном состоянии. Процветали суеверия.

— Немногое же изменилось в вашем городе.

Роберваль промолчал, наблюдая, как в миниатюрном театре из-под жестяных облаков на веревочках запрыгали молнии, закачались крохотные деревья, а из крыши ярко раскрашенного дома метнулись красные лоскутки ткани, изображая пожар.

Директор продолжил рассказ.

— Иоахим заставлял колдунов помогать себе. С их помощью он заманивал путников в ловушки, грабил и убивал. Поджигал дома, останавливал экипажи. Но и колдунов не жалел. Когда они становились ему не нужны, он их тоже убивал. Но не просто убивал… Иоахим был дружен со знаменитым изобретателем и анатомом мастером Жакемаром. Наверняка вы слышали про него: он создавал страшных кукол и причудливые механизмы, занимался алхимией. И сам был сильным колдуном. То есть, Одаренным! А вот Иоахим Одаренным не был. Но он мечтал овладеть запретным даром. Жакемар проводил опыты. Он убивал колдунов, а их души заключал в драгоценные камни. Человек, владеющий таким камнем, получал дар убитого колдуна.

— Это ерунда какая-то, — заметила я. — Талант Одаренного нельзя передать.

— Говорят, можно, — заметил господин Роберваль. — И сейчас проводятся опыты по считыванию энергетической ауры Одаренных. Кристаллическая структура некоторых драгоценных камней может создать ее копию. Знаете, как записывают звук на восковом валике или граммофонной пластинке?

— Это неподтвержденные данные.

— Любые научные данные были поначалу неподтвержденными. Вероятно, Жакемар как раз этим и занимался — забирал у Одаренных их ауру. Эфирную копию их тела и способностей.

— Не перебивайте, Корнелиус! — воскликнул директор. — Дайте закончить рассказ. Вот вам подтверждение: в одной из стычек Иоахим лишился зрения. Тогда Жакемар вставил ему в глаза черные камни. Он забрал зрение у одного из несчастных Одаренных, которого он убил. А Иоахим получил возможность видеть, причем видеть сквозь стены. С тех пор его величали безглазым разбойником. Но при этом он не был слеп.

— Бр-р! — содрогнулась Регина, но ее личико сияло от удовольствия.

— Жакемар заколдовал лес. Он заселил лес привидениями и монстрами и оживил деревья. До дома Иоахима никто не мог добраться.

— Эти монстры до сих пор живут в нашем лесу и среди болот! — воскликнула Регина. — Поэтому никто из местных в лес не ходит. Страшно!

За стеклом деревья развернулись, и оказалось, что у них есть выпученные глаза, зубастые пасти и руки с сучками-пальцами. А посреди ожившей рощи восстало чудище, словно слепленное из грязи и веток. Голова чудища — голый череп — болталась на неимоверно длинной гибкой шее.

Чудище дергалось и плясало на веревочках. Регина взвизгнула и закрыла глаза ладонями — впрочем, оставив щелку между пальцами, чтобы ничего не пропустить.

— Иоахим стал забирать к себе детей, чтобы заставить их родителей подчиниться. Наконец, терпение жителей лопнуло. К Иоахиму пришла прекрасная девушка — местная ведьма. Она предложила ему свою помощь. Иоахим влюбился в нее и взял ее в жены. Но ведьма предала его. Вместе с другими колдунами она заманила его в ловушку. Иоахима убили и повесили на дереве вверх ногами, потом подожгли.

Из нижней части «сцены» поднялось дерево, похожее на каштан. На его ветке вниз головой болтался бородатый мужчина в зеленом камзоле. Дерево вспыхнуло огнем: фонарь живописно освещал алые шелковые лоскутки.

— Нужно было передать его властям для суда, — заметила я, критически обозревая новую картину.

Разве можно такое показывать детям! Но господин Роберваль ничего не сказал дочери.

— Однако этим дело не кончилось. Его приятель Жакемар в последний момент сумел заключить дух Грабба в драгоценный камень... изумруд, кажется. И потом выпустил дух на свободу. С тех пор призрак Иоахима Грабба бродит по местным лесам, а в Дикую ночь — четыре раза в год, в новолуние — наведывается в город, чтобы собрать дань и порезвиться. В такую ночь в городе происходят разные неприятные вещи. Жители запираются дома и не выходят на улицу. Они выкладывают серебряные монетки на крыльцо, к утру они исчезают.

— Зато кто-то из предприимчивых и несуеверных жителей города богатеет, — ехидно заметила я.

Однако никто из присутствующих не улыбнулся. Все осуждающе покосились на меня.

— Призрак Иоахима Грабба ненавидит колдунов и ведьм, ведь это они погубили его.

— То есть, ненавидит Одаренных, — вполголоса уточнил Роберваль. — Поэтому забирает их к себе в лес и пытается отобрать у них дар. Когда в городе случается бедствие — гроза, пожар, наводнение, — многие поминают Иоахима.

— Ого! — иронически отозвалась я.

— Именно так... Иногда похищенные возвращаются, но ничего не помнят о том, где были и что видели. Знаете, госпожа Верден, у нас в городе действительно частенько пропадают люди. Но всегда возвращаются. Последний раз это случилось в прошлом году. В гостях у Грабба побывала старуха Барток, которую величают ведьмой. И у нее случился провал в памяти.

— Полицейское расследование было?

— Было, но результатов не принесло.

— Все равно ничего сверхъестественного. Она заблудилась в лесу и от переживаний помутилась рассудком.

— Возможно, возможно... — пробормотал директор.

Жестяные декорации ушли в боковые и нижние пазы, лампа погасла.

* * *

— Что скажете, госпожа Верден? Понравилось вам представление? — лениво поинтересовался господин Роберваль.

— Очень интересно. Вы настоящий гений, господин Анвил.

Изобретатель величаво и чуточку раздраженно кивнул, как бы говоря: «Знаю, знаю, что гений! Тоже мне новость».

Он погасил фонарь, задернул металлическую шторку и стал возиться у задней стенки ящика. Ему кинулись помогать директор и Регина.

— Теперь вы понимаете, почему местные жители так трепетно относятся к старым преданиям и не чужды суеверий? И не очень любят Одаренных? — спросил Роберваль.

— Нет, не понимаю, — откровенно сказала я. — У вас в городе есть школа, люди живут образованные. Есть электричество, неподалеку Шваленберг с его синематографом и прочими благами цивилизации. А тут как будто темные века. Я не хотела вас обидеть! — торопливо добавила я. — Мне очень понравился ваш город. Просто все это непривычно.

— Люди развлекаются как могут, — спокойно ответил господин Роберваль и надел котелок. — Кроме того, на нечистую силу удобно валить разные несчастья.

— Но все же, отчего такая нелюбовь к Одаренным?

— Разве не поняли из рассказа? Призрак Грабба ненавидит колдунов. Люди боятся, что ваше появление навлечет его гнев на город.