Рус. Точка отсчета - Вадим Крабов

"Как бы мне поймать Флорину одну и в хорошем настроении", продолжала размышлять Викария, "напомнить ей о её собственном рабе и посмотреть реакцию". Что делать дальше, приор так окончательно и не решила.

"Хитрит Викария", Томила обдумывала неудачный разговор, "явно обиделась и что-то скрыла. После допроса раба просто так во рту не пересыхает. Дарки! Прости, Пресветлая. И надавить на неё не чем. Неужели придется открыто вызвать Флорину на суд богини? Опасно, нельзя её недооценивать, искусство она знает прекрасно и сильна. Хотя… есть вариант, но опять через Викарию, что её дарки разорвали! Прости, Пресветлая".

* * *

Рабам в лесу оказалось легче, чем при храме, им через два дня давали эликсир. Не по доброте душевной, из чистого прагматизма. Без него рабы совсем соображать переставали, от тоски теряли силы - рядом не росло ни одно Древо Лоос. "Все познается в сравнении", сказал какой-то мудрец и оказался прав: путь сюда для них стал раем, там вдоль дороги почти в каждом селении стояли храмы с деревцами, а ведь тогда казалось, что хуже некуда.

Как ни странно, Чик практически не страдал и без эликсира. Нет, по ночам, разумеется, так же как остальные, а вот днем его спасала Грация. Держать в голове её образ быстро вошло в привычку. Задуматься о чувствах к ней, о причинах теплоты, согревающей постоянный душевный холод, просто не приходило в голову. Помогает и ладно. Флорина по-прежнему оставалась недосягаемой Богиней и единственной желанной Женщиной. Да и Служение никто не отменял. Он ходил вместе с другими в Храм, пил подаваемый Младшей жрицей эликсир и не чувствовал ничего. Удивленно смотрел на просветленные лица остальных рабов и мысленно пожимал плечами. Жрицы, кажется, этого не замечали.

Однажды вечером в лагерном храме во время очередного приема эликсира Древа, Младшая жрица обратилась к Чику:

- А тебя, раб, ожидает сестра Фергала. Обойди алтарный зал, её покои за ним, зайдешь с улицы. Эликсир получишь позже, ступай, - рабам запрещалось подходить к святилищу. В данном случае к статуе Древа.

- Слушаюсь, госпожа, - поклонился ей Чик и направился на улицу. Жрица проводила его внимательным взглядом.

Срединная жрицы, мастера ордена Фергала занимала две смежные комнаты. В одной спальня, в другой кабинет. Вход в кабинет был как из храма, так и с улицы. В него и вошел Чик. Без стука - приказ четкий: ожидает. Еще на улице он выкинул из головы Грацию. Без задней мысли, просто потому, что предстоящая встреча с местной Главной Госпожой наполнила душу восторженным трепетом. Правда, сразу навалился холод, но предвкушение встречи облегчало тоску.

Госпожа в зеленой тунике Срединной жрицы сидела в деревянном креслице перед столом и читала лист пергамента. Сидела боком к уличному выходу, Чик чуть не подбежал к ней и упал на колени.

- Я пришел по твоему приказу, госпожа! Жду приказаний, - глазами он буквально ел повелительницу.

Жрица повернулась не раньше, чем через минуту, дочитав и аккуратно прибрав пергамент.

- Ну, раб, рассказывай, - и замолчала, ожидая ответа.

Мысли Чика заметались. Приказ рассказывать, но о чем? Восторженность резко сменилась тоской. Фергала ухмыльнулась:

- Кто такой, откуда, почему к эликсиру равнодушен. Я жду.

- Я Чик с северных островов, варвар, - с облегчением начал говорить раб, - кем был почти не помни, скорей всего купцом. Почему не чувствую эликсир, не знаю. Меня всегда греют мысли о женщине, моя Богиня - Верховная жрица Флорина помогает мне, она самая желанная, самая… лучше неё никого нет! Как мне повезло, что я стал её рабом! - под конец сорвался в патетику.

Зачем ответил завуалированной правдой, он четко не разобрался. Наверное, побоялся отдать единственное "свое", что у него есть, забрали бы обязательно. Лгать он не мог, а такой вот полуправдой - получилось. "Только бы не начала уточнять!", взмолился своей Флорине.

А стеклянный куб в неизвестных закоулках души, зазвенел от новой серии мощных ударов, трещина поддавалась Вовкиному злому упорству. Но боже, как медленно!

- Я только что дочитала о личных рабах Верховных жриц. К сожалению, за всю историю их было мало. Так вот, нигде не написано, что они не чувствительны к эманациям Древа. Что скажешь?

- Не могу знать, госпожа, - хрипло ответил он. Высказанное недоверие госпожи - очень тягостно, это почти недовольство.

- Правильно, этого ты знать не можешь, а можешь ответить, почему не только у тебя, раба, но и у тех баранов, кто рядом с тобой меньше всего ранений на учениях? Всего три месяца, как вы здесь, а в последний месяц у тебя и твоих дружков одни царапины, зато в других десятках до сих пор тяжелые раны встречаются. И ты говоришь, что ты купец?

Чик от почти физической боли упал ниц. Это не просто недоверие, это уже недовольство!

- Прости недостойного, госпожа! Я забыл, кем я был! Служение для меня - все!

- Встать и смотреть в глаза! - крикнула жрица.

Раб мгновенно вскочил по стойке смирно. В глазах - сплошная боль. Даже привычной Фергале стало не по себе.

- Молодец, ты хорошо служишь. Верховная может тобой гордиться, - глаза раба засияли счастьем, - расскажи мне о своих снах, Чик.

Госпожа назвала раба по имени! Настроение взлетело просто до небес, но… ответит он не мог. Викария, в Служении вторая после самой Верховной, запретила.

- Госпожа! Я не могу ответить на этот вопрос, мне запрещено! - сказал он чуть не со слезами.

- Хорошо, хорошо, Чик, успокойся, - жрица в задумчивости откинулась на спинку кресла, - а ты ничего. Жаль, что раб.

Осмотрела стоящего смирно Чика с ног до головы, словно рентгеном просветила.

- Придется Агасфену сегодня спать у себя, - произнесла она задумчиво, - иди за мной, Чик, - с этими словами направилась в спальню.

- Покажи, Чик, на что способны варвары в постели, - сказала возле большой кровати, - раздень меня. Смелее! Представь, что я леопард…

Раб чуть не лопнул от счастья! Овеянная силой самой Флорины, красивая почти как она, госпожа пожелала его! Как смог остаться в сознании - неизвестно. Нет, известно - поступил приказ переспать, он и переспал. Фергале нравился грубый секс, он постарался. Временами лицо жрицы превращалось в лицо Верховной, и тогда он просто выл от восторга. Вот она, награда за рвение в Служении. Богиня все видит!

Десятника Агасфена сегодня не вызвали к начальнице. Он удивился, но в то же время облегченно вздохнул. Не то, что надоело - горячие красавицы лооски не могут надоесть. Просто не мог он быть всегда грубым, а именно этого и требовала каждый раз Фергала. Если бы он в тот же вечер узнал из-за кого он спал один, то, мягко говоря, удивился бы.

Запрета на секс с рабами у жриц не было. Просто неприлично. Фергале, десятый год сидящей на отшибе, на приличия было плевать. Тем более от Викарии сегодня поступил прямой намек. Вообще-то приказ о наблюдении за рабом Верховной появился одновременно с самим бараном. Сегодня состоялся первый отчет по амулету астральной связи и такое пожелание Приора. Фергала всегда ревностно исполняла приказы начальства, особенно приятные.