Древо Страха - Алекс Кош

Мы с Пинки пару мгновений смотрели друг на друга, потом бросились обыскивать машины. Увы, никаких бардачков внутри найти и открыть так и не удалось. Может, они и были, но человеческой логики просто не хватило для того, чтобы определить их местонахождение.

— Скоро придут гремлины, они-то должны знать, где могут лежать какие-то документы? — предположила Пинки.

— Да. Наверное, — задумчиво сказал я. — Но я знаю одного гремлина, который может знать больше других о технике древних. Пожалуй, пока есть время, я сбегаю и поговорю с ним.

Девушка хитро прищурилась.

— Откуда у тебя столько знакомых гремлинов? Ты же в курсе, что люди стараются с ними лишний раз не связываться.

— И я их отлично понимаю, — кивнул я. — У меня как-то само получилось, и не сказал бы, что я этому очень рад. Тебе, наверное, лучше остаться здесь, поскольку ты уже знакома с принцессой, но мне нужен проводник, чтобы попасть обратно в город.

— Без проблем, ребята тебя проводят, — кивнула девушка.

Конечно же, я хотел найти Фа-Руката, но для начала решил поговорить с Президентом. О его местонахождении я знал куда больше — клетку на центральной площади сложно не заметить, да и сотрудничать с Президентом мне понравилось куда больше, чем с другом Фрама. Во всяком случае, награды за квесты он выдавал куда честнее, чем Сенатор Фа-Рукат.

Со мной пошли два игрока из «Неназываемых» — маг в зеленой мантии и широченный варвар с двуручным топором. Общаться со мной они желанием явно не горели, да и мне, по большому счёту, было не до болтовни. Так что мы размеренным бегом вернулись к пропускным пунктам, зашли в Аркем, и там я довольно легко нашёл главную площадь, поскольку уже неплохо изучил город. Клетка Президента в центре по размерам напоминала небольшую комнату, и обустроена была соответствующе: удобное кресло, столик, огромный экран, на котором транслировались…

— Ого, это съемки битвы? — удивился я.

Президент повернулся в мою сторону и приветливо махнул рукой.

— О, и ты здесь. Ну, здравствуй. С чем пожаловал?

Зеленокожий пузатый карлик одетый в уютный шелковый халат полулежал в кресле, ел фрукты с лапок разукрашенных в пух и прах гремлинш, и наблюдал за происходящим на экране, словно это не битва за его родной город, а развлекательный фильм в кинотеатре.

— У меня возникла пара вопросов, — заторможенно сказал я, во все глаза глядя на экран.

А там происходило настоящее побоище: орда демонов словно море накатывала на ряды игроков, и тут же отходила назад, отбрасываемая сотнями и сотнями массовых заклинаний. Камера не оставалась неподвижной, двигаясь вокруг поля битвы, и приближая некоторые особо интересные моменты, словно ей управлял хороший оператор, за спиной которого съемки десятков хитовых блокбастеров. Сотни магов огня, поливающие дождём из метеоров орды когтистых краснокожих горилл с четырёхглазыми головами; сомкнувшие щиты рыцари, отступающие под натиском демонов-всадников на чем-то вроде огромных червей; тысячи стрел, пытающиеся сбить летающих под сводом пещеры крылатых тварей. За короткий промежуток времени я будто сам побывал на поле боя, отчётливо поняв, что я бы там не продержался и одного вдоха.

— Ты убил меня, когда я попросил, — пожал плечами гремлин. — Так что помогу, чем смогу.

— А откуда подаётся это изображение? — не удержался я от вопроса. — И как?

— Артефакт древних в своде главной пещеры, — ответил он. — Мы называем его «Всевидящим Оком». Благодаря ему я, как главнокомандующий армией, могу наблюдать за битвой.

Я внимательно осмотрел клетку.

— А кем и как вы командуете?

— Знаешь, как говорят, настоящий командир умеет делегировать полномочия, — с лёгкой самоиронией ответил Президент. — Вот я всё и делегировал.

— Кому?

Он неопределенно махнул лапой.

— Ну, этим, там. Кто сейчас воюет.

— И ради этого тебя сделали главным? — со смешком спросил я. — Чтобы ты всё «грамотно делегировал»?

Президент поморщился.

— Меня сделали главным, чтобы было с кого спросить в случае неудачи. По факту, это моя единственная функция, — он взял горсть винограда и заглотил целиком. — Так что ты хотел спросить?

— Где найти Фа-Руката? У меня есть некоторые вопросы по технике древних.

Гремлин расхохотался.

— Наш великий Сенатор свалил одним из первых. Ты же в курсе, куда все ушли?

— Да, да, я знаю, что большая часть гремлинов ушла в Хаос, или как это называется, — отмахнулся я. — Где-то в этом мире прячутся по механизмам в виде глюков и ошибок.

Стоящая рядом парочка «Неназываемых» старательно делала вид, будто их не интересует то, что мы обсуждаем, но выражения глаз их выдавали с потрохами.

— Почему именно в этом мире? — удивился Президент. — Они могут быть где угодно. Хаос всеобъемлющ.

— Да, да. Но если Фа-Руката здесь нет, то может вы знаете, что за техника находилась в гараже под сводом главной пещеры?

— Боевые машины древних? — переспросил Президент. — Знаю, знаю. Только никто не мог открыть ворота, чтобы к ним попасть. А ты, видимо, справился? Похвально.

— Да, я смог. Только там машины вовсе не боевые, а мирного назначения.

— Ну да, мирного, — согласился гремлин. — Только даже мирные механизмы древних обладают способностью защищать своих операторов. У них у всех есть режим «охраны», это же все знают.

— Все?! — переспросил я. — Я вот не знаю.

— Я имею ввиду всех «высших» существ, — поправился Президент.

«Высшие» — это гремлины, разумеется. Но тогда и Принцесса наверняка об этом знала? Почему же смолчала? Хотя, расстроилась она очень натурально.

— А что происходит, когда активируется этот режим? — уточнил я.

— Не знаю, никогда такого не видел. Просто слышал, что такой режим есть, — гремлин махнул на меня лапкой. — О, там у наших с флангов новые отряды подошли, а демоны выпустили Высших. Сейчас начнется самое интересное! Всё, не мешай мне смотреть.

Я ещё немного постоял рядом, глядя сквозь решетку клетки на экран. Да, побоище там разворачивалось действительно знатное, и игрокам моего уровня делать на поле боя было решительно нечего. С другой стороны, игроки средних уровней тоже участвовали в битве, просто не на передовой, а в задних рядах, добивая прорвавшихся внутрь демонов и поливая противников атаками издалека.

— Ладно, возвращаемся, — решил я. — Больше я уже всё равно ничего