Дядя самых честных правил 2 - Александр Горбов

Быстрым шагом я вышел из бального зала и сбежал по парадной лестнице. Лакей возле двери смотрел на меня с удивлением и хлопал глазами.

— Где они?

— А…

— Рыжая девушка и офицер.

— Т-там. Вышли.

На ходу толкнув створку двери, я выскочил на улицу.

В шагах двадцати, чуть дальше по улице, стоял экипаж. А возле него Александра и военный.

—…Где? — в голосе рыжей прозвучало удивление.

— Здесь, недалеко. — Даже издалека было слышно, что офицер пьян.

— Что-то вы не договариваете. Зачем Константину Платоновичу было уезжать?

— Вот сами и спросите при встрече, садитесь.

— Нет, простите, я вам не верю. Это какая-то глупая шутка.

— Это ты глупая, — офицер схватил рыжую за руку. — Садись!

— Никуда я не поеду.

Девушка попыталась вырвать, но усатый расхохотался:

— Поедешь, никуда не денешься.

— Я вам не какая-нибудь…

— Такая, такая! Весь вечер мне улыбалась, глазки строила, а теперь в кусты?

— Ничего я не строила!

— Лезь внутрь! — рявкнул офицер. — А то как…

— Дам больно, — закончил я, подходя к экипажу.

Больше слов не требовалось, и я с размаху заехал ему в челюсть. Усатый хам полетел на землю, а рыжая охнула и прижалась ко мне.

— Константин Платонович! — Александра всхлипнула. — Он сказал, что вы меня зовёте. А сам! А сам!

— Тихо, девочка, всё закончилось.

— Да я! Вас! На тряпочки!

Пошатываясь, офицер вставал, хватаясь руками за экипаж.

— Бегом к Марье Алексевне, — скомандовал я рыжей.

Она понятливо кивнула и бросилась к парадному входу. А я медленно развернулся к усатому.

* * *

— Убью!

Пьяный дурак сумел подняться и кинулся на меня, занеся кулак для удара. Ага, так я ему и дался. Сделав шажок в сторону, я пропустил его мимо себя и отвесил смачный пинок.

— Ы-ы-ы!

Что, не нравится? Погоди, я ещё не начал с тобой рассчитываться.

— Зарою!

Неугомонный какой дурак попался. Я вдарил ногой ему по голени, заставляя шлёпнуться на землю.

— Порву! Руками!

Офицер неожиданно резво вскочил. Глаза у него горели нехорошим огнём, а губы сжались в тонкую полосочку.

Мгновение, и он призвал Талант, накручивая вихри эфира для магической атаки. А навстречу ему уже из меня полез Анубис, оскалившись и желая подраться.

Мне пришлось разочаровать их обоих. Такое зло взяло — бал этот шумный, пьяный офицер, попытка украсть рыжую. Магия? И без неё справлюсь. Я сделал шаг и со всей силы ударил ему по лицу. Получи, сволочь!

Честное слово, не ожидал. Усатый с криком отлетел на пару шагов, упал на спину и задрыгал руками-ногами, как огромный таракан.

— Размажу!

Он опять вскочил, полный гнева и ярости. На этот раз на магию офицер надеяться не стал, а выхватил из ножен шпагу. Впрочем, Талант его не оставил, прикрывая магическим щитом.

— Как свинью! Заколю!

Выпад был резкий, хорошо заученный и смертоносный. Лежать мне с дыркой в животе, если бы не Анубис. Он с рыком кинулся вперёд, прямо у меня из груди, сомкнул призрачные зубы на клинке и с хрустом перекусил пополам, будто свежий французский багет.

А следом бахнул выстрел.

Огненная молния ударила в основание клинка, оставляя в руках офицера только рукоять с вычурной гардой.

Мы с офицером повернулись на звук выстрела одновременно. К нам шёл Орлов, с которым я познакомился на балу. “Громобой” в его руке дымился, а на лице сияла улыбка.

— Сударь! — Григорий смотрел на офицера так, что тому впору было спрятаться. — Я вас вызываю!

— Не имею чести вас знать, — зло выплюнул офицер разбитыми губами.

— Вы оскорбили честь гвардейского мундира недостойным поступком. Стреляться! Немедленно!

Мне показалось, что усатый испугался. И даже отступил на шаг от Орлова.

— Григорий, — я не собирался отдавать свою “добычу”, — он оскорбил меня первым. Сначала застрелю его я.

— Позвольте! Вы мне должны, Константин, помните? Дуэль моя.

— Я вам, конечно, благодарен, Григорий, но не следует мешать дружеские чувства и долг чести.

Мы так препирались минуту, чей долг выше, и решили бросить монетку, чтобы всё было честно. Вот только офицер не разделил нашего энтузиазма. Пока мы не смотрели на него, усатый бросил обломок шпаги, прыгнул в экипаж и заорал дурным голосом:

— Поехали! Гони, чёрт тебя дери!

Возница щёлкнул кнутом, лошади рванули с места, и наш противник укатил в темноту. Мы переглянулись с Орловым и расхохотались. Сбежал, зараза! Ничего, эту усатую рожу я запомнил, где-нибудь встречу и обязательно расквитаюсь до конца.