Хроники раздора - Letroz

Учитывая уровень и полное отсутствие снаряжения, у троицы был шанс против одиночного противника, но уже двое представляли значительную угрозу и сулили гибель.

— И что делать? — спросил Фалайз, нервно озираясь.

Солнце практически село, и Альмагея постепенно погружалась в полутьму. По мере этого посёлок неторопливо оживал, наполняясь различными звуками. Создавалось впечатление, будто зомби готовятся начать после захода солнца трудовую деятельность.

— Идти в западню, — вздохнула Фиона. — Надо бы оставить кого-то на стрёме. Мало ли…

Не успел Фалайз и рта открыть, как уже стоял в гордом одиночестве, а его товарищи скрылись внутри, Тукан напоследок сказал с очень важным видом:

— И помни: партия возложила на тебя ответственную роль стукача и соглядатая! Не подведи нас! Весь трудовой народ рассчитывает на тебя!

Нервно озираясь, новичок отошёл от двери, выбрав себе в качестве укрытия куцые, мёртвые кусты неподалёку. Обстановка была нервная, но пока спокойная — зомби было слышно, но не видно.

— Ну как у вас там? — шепотом спросил у сопартийцев Фалайз.

Внутриигровая связь была яблоком раздора среди игроков и разработчиков «Хроник». В базовой версии игры никаких способов связаться с другими игроками даже на небольшом расстоянии не было вовсе — будь добр разговаривать лицом к лицу. Мнение комьюнити на этот счёт разделилось: одни считали это аутентичной данью реализму, другие неудобной и ненужной сложностью. За счёт того, что существовали внеигровые способы связи, первые оказались не только в меньшинстве, но ещё и в заведомо проигрышной позиции, ведь их оппоненты получали преимущество внутри игры.

Видя это, разработчики пошли на компромисс. В рамках отдельных групп было позволено общаться с известными вольностями, в том числе на большом расстоянии. С другой стороны, если бы все неигровые способы связи попали под запрет, их использование сулило баном. Такое решение в целом устроило всех и сторонников реализма, и казуалов.

— Как в общаге ночью: темно, пыльно, отовсюду слышатся какие-то мерзкие звуки. Кажется, на кухне кто-то жрёт мои пельмени, — ответил Тукан немного погодя.

— Будешь много говорить — жрать начнут тебя самого, — тихо заметила Фиона.

Некоторое время ничего, кроме пыхтения, не было слышно, а затем раздался полный удивления голос крестоносца:

— Оп-па, приплыли…

— Что там такое?

— Дверь, — послышался непонятный шум, — закрытая.

— А выломать?

— Даже если мог бы… — после небольшой паузы ответил Тукан. — Потом меня выломают. Я тебе не агент сорок семь — двери беззвучно выносить.

— И что делать?

— Есть замок — должен быть ключ, — заметила Фиона. — Надо искать…

Вдруг по всей деревне раздался одновременный, не предвещавший ничего хорошего затяжной вой, как если бы кто-то с простуженным горлом вдруг решил покричать на луну.

— Фалайз, это ты устроил? — паникуя, спросил Тукан.

— Неа, я в кустах сижу, тут вообще никого.

— А что за тревога тогда? — растерянно спросила Фиона.

Новичок осторожно покинул своё укрытие, решив осмотреться. Не зря — как только солнце скрылось за горизонтом, деревня словно ожила. Зомби, до того скрывавшиеся по домам, начали вполне организованно их покидать и небольшими группками идти в сторону склада. Сначала Фалайз не понял, что происходит, а затем его глаза округлились и начали путешествие в сторону лба.

— Я кажется знаю, что это за шум, — осевшим голосом сообщил он.

— И что это?

— «Этот стон у нас песней зовётся», — растерянно ответил новичок.

— Чего? — не поняла его жрица.

— Начало рабочей смены.

— Оу-у-у, — разом потянули Фиона и Тукан.

— Надо бы уходить отсюда — не стоит мешать работникам горнодобывающей промышленности, — боязливо заметил крестоносец.

Вдруг он прервался, послышалось растерянное «ы-ы-ы-ы?» и звуки борьбы.

— Что у вас там происходит? — обеспокоенно спросил Фалайз, снова спрятавшийся в кустах. — Они уже близко!

— Стелс-экшн у нас происходит! Фиона, оторви этой падле голову!

Послышался хруст и весьма неприятный звук рвущейся плоти. «Ы-ы-ы-ы» стало куда более возмущённым.

— Оторвала! Что теперь?

— Не знаю… оторви и ноги… и руки… чёрт, и что теперь ему отрывать, он всё ещё… недостаточно мёртв?!

— Что происходит? — повторил свой вопрос новичок, метаясь из стороны в сторону. — К вам идёт целая толпа!

— Конструктор лего тут у нас, очень брутальный.

— Прячьтесь, они уже в здании, — с ощущением безнадёжности сообщил Фалайз, глядя на то, как зомби, очень культурно выстроившись в очередь, обменивались вежливыми «ы-ы-ы» и по одному входили внутрь через те самые двери.

Некоторое время по связи ничего не было слышно, кроме приглушённого дыхания, затем, минут десять спустя, послышался Тукан, явно чем-то сильно удивлённый:

— Фалайз, ты живой там?

— Д-да! Вы где? Что…

— Тсс, жди, мы скоро выйдем, тут такое…

«Скоро» оказалось не таким уж и скорым — прошло почти полчаса. Это уже не говоря про то, что для Фалайза они показались целой вечностью. Альмагея к тому времени наполнилась самыми разными звуками бурной зомбо-деятельности: от стука молотка, до звона пилы. Кажется, местные жители, несмотря на определённые проблемы со своим здоровьем, продолжали поддерживать городок в приемлемом состоянии.

Наконец, из злосчастной двери осторожно высунулись две головы: ярко рыжая, принадлежавшая Фионе, и коротко стриженный тёмный ёжик Тукана.

— Иди сюда, — махнул новичку рукой крестоносец и сразу предупредил, — только тихо!

Выбравшись из своего укрытия в кустах и быстро перебежав через открытое пространство, Фалайз нырнул в здание. Его сопартийцы были перемазаны какой-то отвратительной, слегка светящейся в темноте жижей, а Тукан вдобавок держал в руках очень неаппетитного вида голову одного из зомби. Причём, судя по глазам и губам, та была вполне живой.

— Это мой личный профессор Доуэль, — проследив за взглядом новичка, ухмыльнулся крестоносец и подкинул свой трофей на манер мяча.

— Вау, — изумилась жрица.

— Да-а, — самодовольно потянул Тукан. — Я и такое читал…

— Удивлена, что ты сумел удержаться от шутки про Йорика.

— А-а-а, ну тут, понимаешь, ситуация не та, там же надо это декларировать, а у нас тут стелс.

— Угу, я и вижу.

— А где зомби? — глядя в пустые, пыльные помещения складов, спросил Фалайз.

— Ушли работать, хе, — усмехнувшись, объяснила Фиона.