Стражи леса - Грэхем МакНилл

Свирепый, варварский вид воинов напомнил Леофрику о диких норсийцах, с которыми ему приходилось встречаться в боевых походах. Желание убивать — вот что читалось в их глазах.

— Ты посмел привести человека в Атель Лорен? — холодно произнес один из всадников.

— Мы его давно учуяли, за много миль, — добавил другой.

— Его нужно убить, — сказал третий, доставая из кожаных ножен длинный кинжал.

Леофрик взглянул на Кьярно и поразился, заметив, каким напряженным стало лицо юного эльфа. Тогда он перевел взгляд на всадников и смело взглянул им в глаза, чувствуя, как в душу все же закрадывается страх.

Подъехал еще один лесной воин и, направив на Леофрика копье, сказал:

— Ты не должен здесь находиться, человек. Ты приблизился к Королевской Поляне.

При этих словах всадники выставили копья и взяли Леофрика в кольцо.

— Нет, — сказал Кьярно и, тронув лошадь, поставил ее между всадниками и рыцарем.

— Нет? — прошипел один из них. — Ты смеешь нам возражать?

— Тот, кто не подчиняется приказам слуг Короля Леса, умирает, — сказал один из воинов.

Глядя на всадников, Леофрик чувствовал, какая от них исходит страшная, древняя сила. Суровые лица эльфов ничего не выражали, и Леофрик понял, что эти существа убьют его, не моргнув глазом.

— Человек находится под моей защитой! — крикнул Кьярно и, в одно мгновение выхватив из-за плеча лук, наложил на него стрелу.

Насмешливо взглянув на натянутую тетиву, один из воинов сказал:

— Не советую тебе спорить с Дикими всадниками Карнуса. Мы убьем тебя в одно мгновение.

— Возможно, — сказал Кьярно, — но до этого я успею пустить стрелу тебе прямо в глаз.

— Почему ты поднимаешь оружие против слуг Ориона? Зачем защищаешь человека?

Кьярно не ответил, и Леофрику стало немного не по себе: а не решил ли этот Кьярно, подумал рыцарь, отдать его свирепым лесным эльфам?

— Я Кьярно Делану. Мне приказано заботиться об этом человеке. Я поклялся, что с ним ничего не случится.

— Кому поклялся? — мрачно спросил старший отряда Диких всадников. — Кто глава твоего рода?

— Олдельд Эадаойн, Победитель Ста Битв и владетель здешних мест.

— И он хочет оставить человека в живых?

— Хочет. На некоторое время, — ответил Кьярно тоном, который очень не понравился Леофрику.

— Куда ты его везешь?

— К Хрустальному озеру, — сказал Кьярно. — Чтобы его воды смыли с него грязь, если это, конечно, возможно.

Дикий всадник кивнул и поднял копье:

— Будь осторожен, лес предупреждает нас об опасности. Откуда-то со стороны к нам надвигается зло.

— Может быть, это вовсе и не человек, — сказал другой всадник.

Первый воин кивнул, не сводя с Леофрика горящих глаз:

— Нашу землю накрыла тень, на нас движется тьма, а король отбыл до дня весеннего равноденствия. В лес пришло зло, помни об этом, Кьярно Делану из рода Эадаойн. Держи свой лук и меч наготове, они могут понадобиться Атель Лорен еще до захода солнца.

— Хорошо, — сказал Кьярно и опустил лук.

Не говоря больше ни слова, дикий всадник развернул коня и в одно мгновение скрылся в лесу. Его воины последовали за ним. Наступила зловещая тишина.

Леофрик вздохнул с облегчением. Кьярно закинул лук за плечо, погладил по шее своего коня и тоже вздохнул.

Убедившись, что Дикие всадники уехали, Леофрик спросил:

— Кто это? Я таких никогда не видел.

— Это Королевская Стража, — ответил Кьярно. — Дикие охотники, которые сопровождают Карнуса, когда он просыпается весной, и охраняют его священные места, когда король впадает в зимний сон.

— Дикие охотники… — шепотом повторил Леофрик, вспомнив, как иногда по ночам вокруг его замка слышались ужасные крики и громко трубил охотничий рог. Значит, тогда на его землях шла королевская охота эльфов.

В такие ночи высунуть нос из дому мог только какой-нибудь сумасшедший или отчаянный смельчак; крестьяне и знатные лорды, запершись в своих домах, тихо молились святой Владычице Озера, умоляя ее отвести диких охотников подальше от селения.

Это были ужасные ночи. До самого утра люди не смыкали глаз, слушая крики наездников и завывание зверей; стены и крыши домов сотрясались от грохота копыт, доносившегося с самого неба. Наступало утро, люди покидали свои дома — и что же они видели? Следы ужасного опустошения, тела, разорванные на куски и унесенные далеко от того места, где упали на землю.

— Да, дикие охотники, — тихо проговорил Кьярно.

Леофрик поразился, услышав в его голосе откровенный страх. Странно, что лесные эльфы боятся пробуждения своего короля не меньше, чем их соседи — люди.

— Едем, — сказал Кьярно, — нужно убраться отсюда подальше, пока они не передумали и не вернулись за тобой.

— Они могут вернуться?

— Конечно могут. Ты же слышал, что сказал их вожак. Откуда-то со стороны в лес пришло зло; они будут его искать, но если не найдут, то вернутся за тобой.

Леофрик кивнул и беспокойно огляделся по сторонам: проверить, не вернулись ли Дикие всадники. Встречаться с ними еще раз ему вовсе не хотелось, а если послушать Кьярно, то сейчас он должен был болтаться на острие копья, окрашивая траву своей кровью.

— Спасибо, что защитил меня, — произнес Леофрик. — Если бы не ты, я был бы уже мертв.

— Я не тебя защищал, человек, — сказал Кьярно, — а себя. Правитель Олдельд приказал бы отрубить мне голову и насадить ее на пику, если бы я позволил всадникам тебя убить.

— Все равно спасибо, — повторил Леофрик. — Ты спас мне жизнь, и я этого не забуду.

Кьярно небрежно кивнул и поехал вперед. Леофрик последовал за ним.

Они пришпорили лошадей, и вскоре впереди послышался шум падающей воды. Этот звук вызвал в душе Леофрика радость, словно Хрустальное озеро одним своим присутствием могло исцелить его душевные раны. Грохот водопада звучал для него, словно звон дорогих хрустальных кубков.

Между деревьями показался просвет — и вот уже перед Леофриком в лучах солнца сверкают прозрачные струи огромного водопада.

— Хрустальное озеро! — гордо объявил Кьярно.

Подъехав к водопаду, Леофрик, как завороженный, застыл перед вечной красотой, представшей перед ним.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

О Хрустальном озере Кьярно говорил как о чем-то естественном, и Леофрику это было понятно; однако то, что он увидел, описать простыми словами было невозможно: дивное озеро в окружении скал, узкая полоска чистейшего белого песка на берегу и низвергающийся поток воды необычайной чистоты и прозрачности.

Кьярно сравнивал этот водопад со слезами Айши, о которой Леофрик получил весьма смутное представление. Впрочем, велико же было горе прекрасной богини, если она проливала столь дивные слезы. Там, где вода падала в озеро с высоты около ста футов,