Борт 618 - Андрей Ливадный

— Что это?

— Боюсь, что этот кристалл не просто блок питания или носитель информации. Его структура слишком сложна и необычна. Она не похожа ни на что, виденное мной ранее, но все же я могу предположить следующее: перед нами не просто компонент прибора, это целый компьютер, заключенный в одном кристалле.

— Вот даже как? — Лиза не могла скрыть изумления. — Но откуда могла взяться подобная штуковина?

Сэм пожал плечами.

— Я задал себе тот же самый вопрос, — ответил он. — Чем больше я думал над ним, тем очевиднее становилась ненужность всего остального барахла. Значит, терминал в твоей квартире служил лишь ширмой для этого малюсенького кристалла, который сам по себе машина, причем в тысячи раз более мощная, чем все известные мне существующие на сегодняшний день аналоги.

— Сэм, ты так запросто говоришь мне все это… — Лиза непроизвольно сделала шаг назад, — несмотря на то, что это…

— Целое состояние? — насмешливо спросил он.

— Да.

Сэм покачал головой.

— Не волнуйся, это нельзя ни продать, ни использовать, — успокоил он Лизу. — По крайней мере сейчас.

— Почему? — недоверчиво спросила она.

— Я показал запись структуры кристалла нескольким очень опытным специалистам. Они скрупулезно исследовали предоставленный им материал и независимо друг от друга пришли к выводу, что ни воспроизвести, ни использовать, ни тем более грамотно объяснить принцип действия этой диковинки не сможет ни один программист или технолог. Это могут сделать лишь те, кто создал кристалл.

— Не понимаю… Откуда в таком случае он взялся?

Сэм нахмурился. Он ломал голову над тем же самым и потому ответил достаточно уверенно:

— Кто-то вставил его в терминал с определенной целью. Вероятно, ответ на твой вопрос — откуда он взялся — напрямую связан со смертью Сергея. Тот, кто установил кристалл, и есть его убийца.

По спине Лизы пробежал холодок.

— Пока ты была без сознания, я побывал в агентстве Норригана, где работал твой муж, — продолжил Сэм. — Там мне удалось узнать, что он не появлялся в редакции больше месяца. Его бывшие сослуживцы намекнули, что, прежде чем исчезнуть, Сергей начал цикл статей о виртуальной реальности. Он намекал на какую-то сенсацию, но дальше разговоров и смутных намеков дело не продвинулось. В агентстве все очень злы на него. Сергей назанимал денег, достаточно внушительные суммы…

— Ты вычислил его через носители информации? — спросила Лиза, кивнув на несколько кристаллодисков.

— Да. Ваш квартирный терминал был зарегистрирован на его имя, а по данным социального статуса, как ты понимаешь, совсем нетрудно выяснить, кем был твой муж и чем он занимался.

— А статьи? Ты нашел их черновики?

— Нет, — покачал головой Сэм. — Десять дней — не такой уж большой срок. Я занимался этим кристаллом, до остального попросту не дошли руки. Теперь, конечно, следует просмотреть файлы пользователя, потому что твой рассказ многое меняет… Мне, например, начинает казаться, что ваша встреча с Сергеем не была такой уж случайной…

— Мне тоже… — тихо произнесла Лиза.

Сэм вытащил кристалл из анализатора, вставил его назад в схему и вновь подключил к ней временные соединения.

— Теперь ты понимаешь, что в твоей истории все гораздо запутаннее, чем может показаться на первый взгляд?

Лиза кивнула. Да, она понимала это. Теперь становилось ясно, что их встреча с Сергеем и ее внезапное умопомрачение было кем-то срежиссировано… Но тогда где гарантия, что «Старое Железо» и Сэм не являются звеньями той же цепи?! Лизу окатило жаром от этой неприятной мысли. Чтобы опровергнуть ее, нужно было всего лишь допустить, что во многомиллионном городе она в буквальном смысле слова попала «пальцем в небо» — зашла именно в этот клуб, случайно познакомилась с Сэмом…

Господи, как хотелось ей верить, что, кроме чьей-то злой воли и слепого случая, в мире существует еще и Провидение…

* * *

Чтобы прогнать ощущение внезапно вернувшейся тревоги, она отошла от стола, и ее взгляд упал на старое издание в потертом переплете, которое лежало на широкой каминной полке.

Машинально протянув руку, Лиза взяла его, все еще пребывая в плену своего настроения.

Нет, так не пойдет… Сэм прав, нужно менять тему разговора. Так и свихнуться недолго… — мысленно упрекнула себя она.

Не хотелось, чтобы этот вечер, который начался, словно сказка, вдруг обернулся взаимной настороженностью и недоверием.

— Ты читаешь старые книги? — спросила Лиза, осознав наконец, что держит в руках настоящее издание, выполненное еще допотопным, полиграфическим способом. Ее пальцы перевернули несколько страниц, которые казались очень хрупкими, пожелтевшими и, вероятно, рассыпались бы в прах, если б не прозрачная пластиковая пленка, покрывавшая их едва заметным глазу, но осязаемым на ощупь слоем.

— Да, — ответил Сэм. — А что тут удивительного?

Лиза посмотрела на год издания книги.

— Двадцать первый век… — Ее взгляд скользнул по названию. — Проблемы виртуальной зависимости в подростковой среде, — вслух прочитала она. Название вдруг кольнуло ее своей созвучностью с той проблемой, которую пытался, по словам Сэма, разработать Сергей. Лиза вздрогнула. — Интересно, зачем тебе это все?

Сэм взял несколько поленьев, подбросил их в угасающий очаг и, не поворачивая головы, ответил:

— Ты хочешь знать, кто я такой? — Его глаза блеснули в багряном полумраке комнаты.

Лиза смутилась, но тут же вспомнила, что он обещал ей рассказать о себе.

— Конечно, хочу, — произнесла она, поднимая взгляд, чтобы увидеть сидящего у огня Сэма.

Глядя на него, Лиза внезапно испытала острое, двоякое чувство. С одной стороны, ей действительно хотелось что-то узнать о своем спасителе, а с другой — она поняла, что подсознательно боится каких-либо откровений с его стороны.

Сэм был для нее загадкой… Лиза остро ощущала, что ее душа вдруг начинает трепетать при мысли о нем, и любое откровение могло пойти в разрез с уже сложившимся внутренним образом, разрушить его грубыми коррекциями безжалостной реальности. Он мог оказаться кем угодно…

Лиза ждала его ответа, невольно прислушиваясь к себе самой, к тем переменам, что происходили в ее душе буквально в эти самые мгновения.

Сколь ни страшно было все, что случилось с ней, но в результате Лиза обрела больше, чем потеряла, — в этом стоило признаться хотя бы самой себе. У нее появилось настоящее. Она больше не ощущала никакого давления со стороны, не было ни непонятного раздвоения личности, ни пугающей черной неопределенности. Ее разум зафиксировал некий момент времени и уже оттолкнул его назад, превратив в прошлое.

Сейчас заново родившаяся душа Лизы плавилась в непонятном для нее, новом, чарующем горниле чувств, словно ранение освободило наконец ее разум… и она замирала, когда внутри все сжималось от ощущения внезапной и безграничной моральной свободы.