Повелитель Островов - Дэвид Аллен Дрейк

Отшельник слегка улыбнулся.

— Благодарю за предложение, — сказал он. — Но темнота меня не пугает. Мне в ней спокойнее. К тому же сегодня полно звезд на небе.

Он вошел внутрь, опустив наконец руки. Гаррик осознал: до того отшельник держал руки на виду, демонстрируя, что безоружен.

— Я хотел только убедиться, что с вами обоими все в порядке. Вам нужна еще мазь, госпожа?

Теноктрис осмотрела свои руки, затем протянула их к свету, чтобы Ноннус тоже мог полюбоваться на них.

— Остались только следы — молодая кожа, — сказала она. Ноннус подошел и осторожно потрогал щеку женщины.

— Болит?

— Нет, просто слегка чувствительно, как я уже сказала, — ответила Теноктрис. — Вот если б не ваша помощь, сейчас бы я изрядно мучилась.

— Вы сами гораздо больше помогли своему исцелению, — возразил Ноннус все с той же легкой улыбкой.

— Я ничего бы не смогла сделать, если б испытывала сильную боль. Разве не так?

Отшельник повернулся к Гаррику:

— А как ты, мой мальчик? Давай-ка посмотрим твою ногу.

Юноша подвигал ногой и поставил ее повыше, чтобы оба целителя могли убедиться: рана заживает чисто и функции конечности полностью восстановились. Отшельник поднес лампу поближе. Плоть вокруг следов укусов была розового цвета, но без нагноения и воспаления. Когда Ноннус потыкал пальцем в то место, где раньше была сквозная дырка, Гаррик почувствовал легкое жжение вместо ожидаемого огненного копья до самого паха.

Он все же вздрогнул и, чтобы скрыть это, похвастался:

— Сегодня я выполнял всю свою обычную работу. Если хотите, могу пронести вас на руках вокруг двора.

— С какой стати мне хотеть подобных глупостей? — усмехнулся отшельник. — Тебе вовсе не требуется доказывать мне свою мужественность. Или кому-нибудь еще.

— Боюсь, он состарится, пока поймет это, — улыбнулась Теноктрис. — Если вообще поймет.

Ноннус хихикнул, чем безмерно удивил Гаррика: подобное он наблюдал впервые. Он похлопал юношу по колену и констатировал:

— Ты выздоравливаешь. Но должен предупредить: если сейчас будешь себя перегружать, то в ближайшие десять — двадцать лет это скажется.

Он посмотрел на Теноктрис и добавил:

— Хотя он ведь все равно не поверит.

— Простите? — не понял Гаррик. Он опустил ногу, ощущая легкое неудобство от того, что эти двое говорили о нем так, будто он был привидением. — Скажите, мы могли бы как-нибудь отблагодарить вас? Я ведь знаю: вы спасли мне жизнь…

— Местные жители позволяют мне жить в здешнем лесу, — сказал Ноннус. — Больше мне ничего не нужно…

На его лице снова мелькнула улыбка и растаяла, как радуга.

— Во всяком случае, ничего материального. Вправить пару костей или прогнать лихорадку — это тот минимум, который я могу сделать для общины в благодарность.

Он кивнул в сторону Теноктрис и добавил:

— К тому же тебе надо сказать «спасибо» вот этой женщине — именно она вернула тебе способность ходить. Я, в общем-то, никогда не отрицал колдовства. А целительство — его лучшее применение.

— Вы ведь с острова Пьюла, не правда ли? — спросила Теноктрис. — В мое время там охотились на тюленей.

— В мое — тоже, — кивнул отшельник. — И, надеюсь, все еще продолжают. Это честная жизнь.

— Молодой человек, который сопровождает прокуратора — колдун, — сказала Теноктрис без всякого перехода. Она взглянула на Гаррика, как бы приглашая его тоже принять участие в беседе, хотя было ясно, что прежде всего ее интересовала точка зрения Ноннуса.

— Откуда вы можете это знать? — спросил тот, проявляя интерес ремесленника к смежной специальности. — Он что, творил здесь свою магию?

— А откуда вы знаете, что тюлень вот-вот всплывет? — парировала Теноктрис. — Или откуда Гаррик знает, на какую сторону упадет дерево, которое он рубит? За Медером тянется шлейф силы, как хвост за кометой на звездном небе.

Через двор шел моряк с парой слушателей из местных. Его громкий, сбивчивый рассказ далеко разносился в ночной тишине:

— …а люди на этом острове не носили ничего, кроме ожерелий из костей. И они сделали меня королем… Точно говорю, так и было — и все за то, что я не дал разбиться зеркалу.

Пауза, затем — звяканье бутылок. Баркианцы пробормотали что-то уважительное. Говорившие миновали ворота и скрылись вдали.

Гаррик отступил внутрь конюшни. Горящей лампы достаточно, чтобы удержать людей от дурных поступков. Таких, которые постесняются совершать на глазах у общины, пока достаточно не напьются или не отчаются.

Ноннус присел на корточки, прислонившись к каменному фундаменту опорных столбов. Сами столбы и балки, которые они поддерживали, были из древнего дуба, настолько почерневшего от времени, что структура дерева определялась только на ощупь.

— Медер бор-Медерман считает меня приживалкой, чем-то вроде незамужней тетки, — произнесла Теноктрис. Ее улыбка напомнила юноше выражение лица отшельника, когда тот вспоминал свою прежнюю жизнь. — Если вообще замечает. Этот парень в действительности не видит сил, с которыми работает. И еще меньше видит, что я тоже их привлекаю. С точки зрения Медера, я вовсе не колдунья.

— Госпожа… — обратился к ней Гаррик.

Честно говоря, он не знал, как относиться к Теноктрис. С одной стороны, она была нищая бродяжка, похожая манерами и вкусами на местных пастухов, — вот ведь, решила спать в конюшне, раз постоялый двор забит платежеспособной публикой. Но с другой стороны, она была образованным человеком, даже по меркам Гаррика, не менее благородным и учтивым, чем те двое из Валлеса. И к тому же колдуньей. Все эти не сочетаемые черты ставили юношу в тупик, как река, текущая вспять.

— Если вы добрались сюда так издалека, — запинаясь, произнес он, — то, наверное, вы очень могущественны. А все, что сделал этот мальчишка (Медер был лишь на несколько лет старше его, но здесь не уважают жидковатых щеголей), так это сумел не потонуть в шторм. Я знаю немало рыбаков, которые могут похвастаться тем же.

Ноннус насмешливо ухмыльнулся.

— Ты рассуждаешь как неграмотный пастух, — заявил он. — Такой шторм попросту разметал бы наши пьюльские рыболовные лодки, если б захватил их в море. Тот факт, что тебе кто-то не нравится, не должен ослеплять тебя. Необходимо осознавать, кто есть кто и что он умеет делать.

Пораженный Гаррик хлопал глазами. До сих пор он обычно излагал свое мнение Шарине, Кашелу, другим односельчанам — людям, которые его вовсе не слушали или же не задумывались над его словами. Впервые он столкнулся с собеседником, который пробил брешь в его аргументах, вместо того чтобы поддакивать или говорить ерунду.

— Э… простите меня. — Все, что он мог сказать.

— Мне лишь однажды довелось видеть мага подобной силы, — произнесла Теноктрис. Она задумчиво накрутила на палец прядь своих седых волос и отвела в сторону, чтобы искоса взглянуть на собеседников. — Тогда он разбудил мощь, достаточную, чтобы потопить Йоль, подобно камешку в мельничном пруду. Я бы не удивилась, сумей Медер сделать то же самое. За ним остается такой след в магическом поле, что его могут увидеть и услышать в месте, которое лучше бы не тревожить.