Черная Земля - Кирилл Довыдовский

– Ваше Возвращение. Оно ведь убьет меня, так?

Мысль о собственной смерти больше не пугала. «Вы убьете меня» прозвучало искусственно.

– Нам не нужна ваша смерть. Только ваша память.

– Память? – Алиса не поняла. – При чем тут память? Я ничего подобного не помню. Я и не была нигде, кроме нашего поместья…

– Я говорю не о памяти, а о памяти. Нам нет дела до ваших воспоминаний. Суть в том, что помнят сущность и кровь. Они ничего не забывают, сохраняя в себе истории целых цивилизаций.

Алиса не поняла, что он имел в виду. В голове отложилось только – «сущность и кровь». Ее все-таки убьют…

– Почему именно я? Людей ведь много. Взяли бы какого-нибудь пирата…

– Нам нужны вы. Людей действительно крайне много, но вы единственная, кто, помимо того что человек, еще и метаморф.

Алиса опять не поняла.

– Я?.. Метаморф?.. Что это?..

– Ваша кровь очень изменчива. В ней должно содержаться много памяти. Того, что мы ищем.

– Но… Почему вы вообще решили, что я… то, что вы сказали? Я даже проверки на предрасположенность к магии не проходила…

– Мы ощутили это сразу после того, как это проявилось впервые. Для мира подобные вещи не остаются не замеченными. Он первым реагирует на изменение.

– И вы убьете меня.

– Нам не нужна ваша смерть.

Она не поверила.

– Зачем вы пришли?

– Вы должны есть.

Алиса бросила взгляд в сторону стола. Подносы, чем-то заставленные, все еще стояли там.

– Вы так хотите? Хорошо, я буду. Теперь вы уйдете?

На самом деле с кем-нибудь поговорить Алисе хотелось, но первым проклюнувшимся сквозь апатию чувством было раздражение. Разумеется, ее будут просить есть, а то и вовсе заставлять. Ведь она им нужна для их несчастного колдовства.

– Нет, – сказал он и, взяв с вешалки роскошный плащ с меховой подбивкой переливающегося темно-серого света, передал его ей. Размер был ее.

– Зачем? – спросила Алиса непонимающе.

Прошло несколько секунд, и вдруг… ее сердце обдало холодом. Уже?..

– Пойдемте.

Алиса встала. Интонация голоса вроде бы и не менялась, но каждый раз можно было понять – требование это или просто слова.

– Куда?.. – прошептала она.

– Ритуал не сегодня. Пока вы должны кое-что увидеть. Пойдемте.

Алиса одевалась. Накх молча взирал на нее. Она старалась не смотреть в ответ. Он открыл дверь. Алиса вышла из комнаты.

– Идите вперед.

– Я ничего не вижу.

Дверь за ними закрылась, коридор погрузился во тьму.

– Идите на огонек.

Алиса хотела спросить: «Какой огонек?» – но не потребовалось. В метре впереди возник красный язычок. Совсем слабый. Ни стен, ни пола с потолком разглядеть было нельзя. Он повисел секунду и поплыл вперед довольно резво. Ей пришлось пойти быстрым шагом.

– Что это?! – внезапно вскрикнула она.

По стенам что-то двигалось. Едва заметное черное мерцание. Стоило ей остановиться – все становилось по-прежнему.

– Лишь эхо от ваших шагов. Камень тоже умеет помнить. Он отражает все прошедшее.

Теперь Алиса смотрела только на огонек. Ею все больше овладевало обидное чувство: «Мне здесь не место». Прошло пять минут, а может быть, полчаса. Алиса ощутила ветерок на лице. Это было не в первый раз, но прежде он не задерживался. Они вышли наружу. Ни одного поворота Алиса не заметила, хотя… она не была уверена.

– Туда.

Накх не повел рукой и даже не качнул головой, но каким-то образом она поняла, куда он указывает. Как будто двойное дно в голосе – не в самих словах, а в звучании.

– Скоро рассвет? – спросила она.

– Скоро. – В этот раз в его голосе точно было что-то необычное. Какое-то обещание.

Алиса посмотрела на небо… Оно скорого рассвета не обещало. Ни звезд, ни облаков, ни глаза Мааса. Лишь черная глубина. Необычная и почти ощутимая.

– Туда.

То, что дорога ведет вверх, Алиса поняла только потому, что стало труднее идти. Огонек исчез, как только она оказалась снаружи. Пришлось крепко сцепить пальцы – иначе, казалось, она потеряется.

Прошло сколько-то времени, стало как будто светлее – Алиса увидела нечто впереди… вершину холма. В остальном… вокруг только неясные очертания. Она хотела понять, где ее держали, откуда они вышли, – но позади нее темнота была самой густой. Гораздо лучше было двигаться в направлении, где света больше.

Наконец, восхождение закончилось. Взгляд сразу приковало невероятное чудо далеко впереди – там рождался свет. Холм, длинный пологий склон, опускающийся к морю, ровная, едва колышущаяся темная гладь и шум волн, которой умирал не дойдя до нее, а может быть, его просто не было. Море встречалось со светом так далеко, что последний казался пришельцем из другого мира. В Такаронии светило солнце.

– Туда, – голоса накх вернул ее к действительности.

– Что это?

Сначала Алиса подумала, что широкий холм был пуст – только камень и редкая сухая трава, тихо шуршащая от шагов, но голос накха открыл еще что-то. Слева от тропы, в паре десятков метров от нее, Алиса увидела здание. Широкая стена, уходящая вверх, и высокая арка входа.

Внезапно по краям арки вспыхнуло пламя. Красный свет обнажил каменные факелы под собой. Алиса сумела разглядеть несколько ступенек.

– Храм Торкха’накк.

– Тор… ха… что это значит?

– Торкха’накк – последний из Великих князей нашего народа. Он привел нас в этот мир. Его сила породила это место. Это его храм.

– Он привел вас? Так пусть он тогда и возвращает…

– Это невозможно. Входите.

Алиса стала подниматься по ступенькам. Одна… две… всего четыре.

– Почему это невозможно? – спросила она.

– Торкха’накк был последним из наших Великих князей, только он мог открыть Врата. Это выпило его последние силы.

– А как же храм?

– Торкха’накк, изувеченный битвой, вышел из Ворот последним. Он поднялся на этот холм. Взял в руки меч. Затем возник храм. Самого Торкха’накк больше никто не видел.

– И что внутри? – Алиса стояла у самого порога, но впереди была только темнота. Свет от огня освещал арку, но внутрь проникнуть не мог.

– Входите.

Она шагнула.

– Здесь, в месте, где Торкха’накк оставил свой меч, любой может выбрать себе оружие.

Тысячи каменных чашек, вдавленных в серый пол, были наполнены маленькими красными костерками. Их питало что-то невидимое либо сам воздух – пламя появлялось в паре сантиметров над камнем.