Сердце крейсера - Галина Гончарова

— Сто золотых за информацию.

— Пятьсот.

— Я деньги не печатаю. Двести.

Сошлись на трехстах монетах, и Новиков начал свой рассказ:

— Мы тогда базу Сарна брали…

Если вычленить все толковое из потока жалоб и грязи, которой мужчина поливал своих сослуживцев, получалось вот что. Спецназ высадился на базу — и шел, убивая всех, кто попадался на пути. Потом им попался пленник, который навел их команду на лабораторию Эрасмиуса Гризмера. И вот там-то…

— Одну из баб мы спасти не успели. Но дралась она отчаянно, это точно. Там весь коридор был оплавлен. Просто расклад был не в ее пользу. Но подруг она прикрывала до конца…

— Подруг? — Шантро не проявлял интереса непосредственно к Калерии. Но чуть-чуть подтолкнуть было можно.

— Ну да. Мы думали, там док, а вышла она. Такая… м-мцу…

Мужчина аж причмокнул. Глаза замаслились. А Шантро подумал, что Калерия и сейчас хороша. А какой она была тогда, в молодости?

— …оказалось, что у нее там дохлая девка и ребенок.

— Ее ребенок?

— Да нет. По-моему, той дохлой девки… брр. В жизни такого не видел. Такое ощущение, что тебя в морского ежа засунули. Знаете, такого с Эвридики-14. Все вокруг мясистое, красное, перекатывается, в луже крови на полу лежит эта девка — и тоже… такая…

— Красивая?

— Лицо красивое. А вот все тело… такое ощущение, что ее чем-то истыкали. Вроде вязальной спицы.

Шантро приподнял брови:

— Странно.

— Ну да. Но рожала точно она. Пуповина была рядом с ней, лужа крови… сама Лерка точно не рожала.

— Лерка?

— Калерия. Калерия Вайндграсс… подстилка пиратская.

Шантро мысленно отметил вычеркнуть кусочек из записи.

Явно ж злобится по личным причинам. Получил от ворот поворот? Наверное.

— То есть — вторая?

— Ну да. Красивая такая девка, волосы светлые, тело вообще шикарное — Сарн дерьма не брал…

Общее впечатление от разговора оставило у Шантро во рту привкус помойки. Но главное — информация была получена.

Калерия не рожала. Аврора — дочь Иридины Видрасё.

Но на всякий случай надо бы проверить еще и третьего.

Капитана — то есть полковника Александра Карина.

Аврора работала как каторжная. И под ее началом трудилась еще и команда техников. Впрочем, ворчать никому и в голову не приходило. Девчонка давала внятные указания и была со всех сторон права. Чего уж там! Аврора действительно знала, что и как делать, и постепенно разрушенные связи в компьютере базы заменялись на новые. И Аврора чувствовала — информация цела. Она просто очень хорошо спрятана. Но потереть ее никто не додумался. Просто разломали комп. И все.

Ну и отлично.

Она подключила свой планшетник и принялась за работу. Пальцы так и залетали, вводя сложный код.

Вообще-то можно бы и без этого. Аврора давно воспринимала планшетник как часть себя. Но зрелище девушки, застывшей в глубоком трансе, вряд ли оценят.

Пальцы мчались по клавиатуре, что-то набивая. А разум тем временем пытался пробраться в компьютер базы.

Это выглядело так, словно двигаешься по горам — с провалами, обрывами и оползнями по ненадежным мосткам проложенных связей. Один шаг в сторону — и сорвешься. И — обвал. Или землетрясение. Или взрыв. Это было опасно. И грозило как минимум комой. И информация будет безнадежно потеряна. Поэтому девушка была максимально осторожна.

Ей потребовалось почти двенадцать часов, в течение которых она, не замечая окружающих и забыв про пищу и воду, колдовала над компьютером.

Долго, да. Но кому-то другому это было бы вообще не под силу.

Сознание плывет.

Или его уже нет — сознания?

Все размывается. Требуются невероятные усилия, чтобы удержаться на грани. Одной частью сознания ты контролируешь свое тело, чтобы поддерживать видимость активной работы. Второй же…

Вторая часть сейчас в мире двоичных исчислений.

Единички и нолики.

Не поток инфосети, нет.

Обрывки информации. Как пух из подушки, разметанный по горам. И собирать эту информацию в кучку так же легко, как и пух.

А кругом опасности, ловушки, ямы и трясины. Как пел один из любимых певцов Рона, «упадешь — пропадешь».

Рон… любимый…

Но машина, в которую медленно превращается девушка, тут же отсекает эти мысли.

Нельзя. Сейчас нельзя терять сосредоточенность.

Она медленно передвигается по компьютерному разуму. Почти на ощупь. И вытягивает обрывки информации.

На экране планшетника мелькают обрывки голографий, какие-то съемки… электронщики, которых Интаро отрядил в помощь Авроре, просто ничего не могут понять.

Слишком быстро.

Мозг человека работает быстрее самой невероятной машины — только используй его на полную катушку. А Аврора сейчас задействует все сто процентов! Выкладывается до предела и жалеет только, что не хватает мощности!

Девушка работает.

И мимо ее слуха проходит слова:

— Ты не хочешь отдохнуть?

Та часть сознания, которая водит руками по экрану планшета (с тем же успехом женщина может водить руками над кастрюлей с супом — работает все равно ее разум, не руки), сдвигает тело и качает головой.

Нет. Никакого отдыха. Второго раза может и не быть.

Интаро Висен, наблюдающий эту картину, недовольно хмурится. Сейчас Аврора похожа на зомби. Или человекоподобного робота.

Лицо абсолютно пустое. И на нем живут одни глаза. Громадные, черные, в глубине которых крутятся голубые искры… почему он их раньше не замечал?

На базе восстановили нормальное жизнеобеспечение — система оказалась повреждена не сильно. Пираты хотели забрать людей, а не убить, поэтому были осторожны. И не дырявили корпус больше необходимого. Да и потом, к чему тратить время и заряды. Поэтому сейчас Аврора работает без скафандра, в одной форме.

Волосы упали на пульт управления.

Мужчина знает, что этого делать не стоит, но протягивает к ним руку и касается пальцами гладких белых прядей.

И тут же с шипением отдергивает ладонь.

Твой космос!!!

Током его ударило не сильно, но вполне болезненно. Девушка даже не обратила внимания. Интаро вгляделся. Та же полная отрешенность. Попади сейчас в базу метеорит, вернись пираты — заметит ли она их?

Сложный вопрос.

Интаро на миг задумался — не стоит ли оторвать Аврору от ее занятия. Вдруг это опасно для жизни?