Единственная - Кира Касс

— Обещаю.

Нас подбросило на ухабе, и Максон поймал меня. Наши носы соприкоснулись, и мне вдруг нестерпимо захотелось поцеловать его. Хотя со времени нашего поцелуя на крыше прошло всего три дня, казалось, это было целую вечность назад. Максон прижал меня к себе, и я ощутила на коже его дыхание. «Вот, сейчас», — промелькнуло в голове. Максон носом провел по моей щеке, ища губы. То же обостренное чутье, благодаря которому я могла почувствовать запах кофе и улавливать малейший звук в темноте, сейчас заставило меня сосредоточиться на чистом запахе, который исходил от Максона, ощущать невесомые прикосновения кончиков его пальцев, скользнувших по шее вверх, туда, где выбивались из-под шапочки завитки волос.

За мгновение до того, как наши губы соприкоснулись, грузовик резко затормозил и нас швырнуло вперед. Я стукнулась головой о стенку и почувствовала, как зубы Максона проехались по моему уху.

Он ойкнул и пошевелился в темноте:

— Ты ушиблась?

— Нет. Волосы и шапка смягчили удар.

Если бы я не жаждала так отчаянно этого поцелуя, я бы расхохоталась.

Не успели мы затормозить, как немедленно поехали задним ходом. Через несколько секунд грузовик снова затормозил и двигатель заглох. Максон поменялся со мной местами, пригнулся и, весь подобравшись, повернулся к двери. Я последовала его примеру, но Максон отстранил меня рукой.

Нас ослепил свет уличного фонаря, хлынувший в открытую дверь. Я сощурилась, глядя на появившийся в проеме силуэт.

— Приехали. — (Я узнала голос Эйвери.) — Идите за мной.

Максон поднялся и протянул мне руку. Потом он спрыгнул наземь, помог мне сделать то же самое и снова взял за руку. Первое, что я увидела, была глухая кирпичная стена, в которую упирался переулок. В нос ударил запах тухлятины. Аспен, стоявший перед нами, цепким взглядом огляделся по сторонам, держа в опущенной руке пистолет.

Они с Эйвери двинулись к задней двери, и мы последовали за ними. Со всех сторон высились кирпичные стены. Мне немедленно вспомнились многоэтажные жилые дома у нас в Каролине со змеящимися вдоль фасадов пожарными лестницами. Это место, впрочем, жилым не выглядело. Аспен постучал в грязную дверь и стал ждать. Дверь приоткрылась на длину цепочки, призванной обезопасить того, кто находился за ней, и тем не менее я успела заметить глаза Августа, прежде чем дверь захлопнулась. В следующий миг она снова распахнулась, и Август впустил нас внутрь.

— Давайте быстрее, — произнес он негромко.

В полутемном помещении, кроме него, находились еще один парень помладше и Джорджия. На ее лице была написана точно такая же тревога, как у всех нас, и я, порывисто бросившись к ней, обняла ее. Она ответила не менее горячими объятиями, и я порадовалась, что, сама того не ожидая, кажется, обрела подругу.

— Вы не привели за собой хвост? — спросила она.

— Нет, — покачал головой Аспен. — Но у нас мало времени.

Джорджия подвела меня к небольшому столику. Максон уселся рядом со мной, Август и парень помладше — напротив.

— Насколько все плохо? — спросил Максон. — У меня такое чувство, что отец скрывает правду.

Август изумленно пожал плечами:

— По нашим сведениям, потери не так велики. Южане, как обычно, устраивают погромы. Что же касается прицельных нападений на Двоек, жертв не больше трехсот.

Я ахнула. Триста человек?! И они хотят сказать, что это немного?

— Америка, с учетом всех обстоятельств это не так уж и плохо, — попытался утешить меня Максон.

— Он прав, — подтвердила Джорджия. — Могло быть намного хуже.

— Они действуют вполне предсказуемо: начали с верхушки, потом возьмутся за низших. Мы считаем, что они скоро активизируются, — возразил Август. — Судя по всему, нападения пока ограничиваются Двойками, но мы следим за ситуацией и оповестим вас, когда что-то изменится. У нас есть свои люди в каждой провинции, и они стараются держать руку на пульсе. Но их возможности практически этим и ограничиваются, в противном случае они рискуют себя выдать, а мы все знаем, чем это закончится.

Максон с хмурым видом кивнул. Разумеется, они поплатятся жизнью.

— Может, нам лучше выполнить их требования? — предложил Максон.

Я покосилась на него с изумлением.

— Поверьте, — сказала Джорджия, — ваше вмешательство ничем им не поможет.

— Но мы наверняка можем сделать что-то еще, — не сдавался Максон.

— Вы и так уже сделали большое дело. Вернее, она сделала. — Август кивнул в мою сторону. — Насколько нам известно, крестьяне не выходят из дома без топора, швеи носят при себе ножницы, а Двойки не расстаются с газовыми баллончиками. Представители всех каст нашли способы на всякий случай вооружиться. Ваши подданные не желают жить в страхе и не дают себя запугать. Они готовы дать отпор.

Я чуть не разрыдалась. Впервые за все время Отбора я сделала что-то правильно.

Максон сжал мою руку, гордясь мной.

— Это радует, — сказал он. — Но все равно, по-моему, этого недостаточно.

Я кивнула. Хорошо, что люди не намерены давать себя в обиду, но должен же найтись способ положить этому конец раз и навсегда.

Август вздохнул:

— Мы думали, нельзя ли каким-то образом бороться с ними. У них нет никакой подготовки — они просто нападают на людей. Наши сторонники боятся, что их раскроют, но они повсюду. И тактика неожиданных нападений с их стороны может быть очень действенной. Во многих отношениях нас можно назвать армией, но у нас нет оружия. Кирпичами и рогатинами против южан много не навоюешь.

— Вы хотите оружие?

— Оно нам бы не помешало.

Максон задумался:

— Вы можете многое, чего не можем мы во дворце. Но мне не нравится идея отправить моих подданных против этих головорезов. Наверняка будут погибшие.

— Не исключено, — согласился Август.

— Кроме того, у меня нет никаких гарантий, что в конечном итоге вы не употребите оружие, которое я вам дам, против меня же самого.

— Не знаю, как убедить вас, что мы на вашей стороне, но так оно и есть. Все, чего мы добиваемся, — это отмена каст, и мы готовы поддерживать вас до конца. Я вовсе не собираюсь причинять вам зло, Максон, ни сейчас, ни когда-либо в будущем, и, думаю, вы это знаете. — Они с Максоном обменялись долгим взглядом. — Если бы не знали, вас бы сейчас здесь не было.

— Ваше высочество, — подал голос Аспен. — Извините, что вмешиваюсь в ваш разговор, но среди нас немало таких, кто хотел бы покончить с южанами не меньше вашего. Я лично готов на добровольной основе заняться обучением желающих рукопашному бою.

Меня переполнила гордость за него. Вот он какой, мой Аспен, всегда старается найти какой-нибудь выход.

Максон кивнул ему и вновь устремил взгляд на Августа: