Последний континент - Терри Пратчетт

Ринсвинд снова оглянулся на образцы наскальной живописи. Несколько недель назад их здесь не было, а потом внезапно оказалось, что они были тут всегда.

Множество фигурок. Фигурки с длинными палками в руках. Фигурки в длинных балахонах. Художник отлично справился с задачей, изобразив нечто странное, неведомое. Дабы устранить последнюю тень сомнения, достаточно было взглянуть на штуковины, красующиеся у фигурок на головах.

— Во-во. Мы называем их Остроголовыми, — сказал кенгуру.

— Похоже, рыба у него ловится, — буркнул главный философ. — Значит, явится весь из себя гордый и будет пилить нас, почему лодка еще не готова.

Декан как раз заканчивал выцарапывать на скале чертеж.

— По идее, построить лодку легче легкого, — откликнулся он. — Лодки строят даже люди, что протыкают себе носы всякими косточками. Мы же конечный продукт тысячелетий просвещения. Неужели нам не по силам будет построить какую-то жалкую лодку?

— Совершенно согласен с тобой, декан.

— Надо всего лишь прочесать остров и найти книжку, озаглавленную, к примеру, «Как сделать лодку. Практическое пособие для начинающих».

— Очень правильная мысль. А дальше плыви себе не хочу. Ха-ха.

Главный философ поднял глаза и судорожно сглотнул. В тенечке неподалеку, на бревне, восседала, обмахиваясь большим листом, госпожа Герпес.

Это зрелище что-то всколыхнуло в главном философе. Он не знал, что именно, но некоторые детали — например, сопровождающий движения домоправительницы волнующий скрип — заставляли его сердце тоже скрипеть и биться быстрее.

— Главный философ, с тобой все в порядке? У тебя такой вид, точно ты перегрелся.

— Нет, нет, мне просто чуть-чуть… тепловато, декан.

Главный философ ослабил воротничок и перевел взгляд на декана. Тот смотрел куда-то мимо него.

— Ага, эти уже тут как тут, — скривился декан.

По пляжу вереницей тащились волшебники. Одно из преимуществ волшебного балахона заключается в возможности использования его в качестве фартука, и сейчас фасад заведующего кафедрой беспредметных изысканий выдавался больше обычного.

— Нашли еду? — поинтересовался главный философ.

— Э-э… Вроде да.

— Фрукты и орехи, надо полагать, — проворчал декан.

— Гм-м… Да и опять-таки нет, — отозвался профессор современного руносложения. — Гм-м… Весьма забавно…

Заведующий кафедрой беспредметных изысканий вывалил добычу на песок. Это оказались кокосовые орехи, всякие другие орехи, а также разнообразные узловато-волосатые фрукты.

— Довольно примитивная еда, — заметил декан. — И к тому же, вероятно, ядовитая.

— Ну, казначей ел так, что за ушами трещало. Будто последний день живет, — сообщил профессор современного руносложения.

Казначей сыто рыгнул.

— Это еще ничего не значит. Посмотрим на него завтра, — пожал плечами декан. — Да что с вами такое? Вы все время переглядываетесь.

— Мы… мы и сами кое-что попробовали, декан, — признался профессор современного руносложения.

— А-а, вижу, наши собиратели вернулись! — оглушительно поприветствовал Чудакулли. Широко шагая, он помахивал леской, на которой висели три рыбины. — Ничего похожего на картошку вам не попадалось?

— Думаю, вы нам не поверите, — уныло пробормотал профессор современного руносложения. — Решите, что мы над вами смеемся.

— О чем это ты? — не понял декан. — Как по мне, то, что вы собрали, выглядит совсем не смешно.

Заведующий кафедрой беспредметных изысканий испустил тяжкий вздох.

— Попробуй какой-нибудь кокос, — сказал он.

— Они что, взрываются?

— Нет-нет, ничего такого.

Декан выудил из груды добычи орех, смерил его подозрительным взглядом и стукнул кокосом по камню. Скорлупа раскололась на две абсолютно равные половинки.

Но никакого молока. Коричневого цвета скорлупа была набита мягкими белыми волокнами.

Чудакулли принюхался к странному содержимому.

— Я не верю, — сказал он. — Это противоестественно.

— А что такого? — возразил декан. — Кокос, полный кокоса. Что тут странного?

Аркканцлер отколупнул от кокоса кусочек и вручил декану. На ощупь скорлупа оказалась мягкой и слегка крошилась.

Декан попробовал кокос.

— Шоколад? — ошеломленно произнес он.

Чудакулли кивнул.

— Судя по вкусу, молочный. С начинкой из кокосового крема.

— Такофа не пыфает, — произнес с набитым ртом декан.

— Тогда выплюнь.

— Пожалуй, не помешает еще НЕМНОГО попробовать, — глотая, отозвался декан. — Дух исследования, понимаешь ли.

Главный философ выбрал из кучи узловатый орех синего цвета и размером с кулак и осторожно стукнул им по камню. Орех раскололся, но половинки скорлупы удерживались вместе клейким содержимым.

Запахло чем-то очень знакомым. Осторожная проверка на вкус подтвердила догадку. Волшебники остолбенело созерцали нутро ореха.

— Там даже синие прожилки имеются, — первым нарушил молчание главный философ.

— Знаем, его мы тоже пробовали, — слабым голосом отозвался заведующий кафедрой беспредметных изысканий. — И что с того? Бывает же хлебное дерево…

— Я слышал о таком, — отозвался Чудакулли. — И вполне могу поверить, что существует кокос в естественной оболочке из шоколада. Ведь что такое шоколад? Это вид картофеля…

— …Скорее представитель семейства бобовых, — вставил Думминг Тупс.

— Не важно. Но никто не убедит меня, что может существовать орех с начинкой из ланкрского синежильного сыра! — Чудакулли потыкал пальцем в орех.

— И все же, аркканцлер, в природе иной раз случаются забавные совпадения, — заметил заведующий кафедрой беспредметных изысканий. — Да что далеко ходить, помню, я сам еще в детстве выкопал в огороде морковь, так она была точь-в-точь как человечек с…

— Э… — внезапно подал голос декан.

Это был всего лишь краткий звук, один слог, но окрашенный такой зловещностью, что все головы мгновенно повернулись к декану.

Он снимал желтоватую кожуру с плода, похожего на маленький стручок. По окончании процесса в руках у него осталась…

— Ну да, отличная шутка, снимаю шляпу перед вашим чувством юмора, — произнес Чудакулли. — Но вы, разумеется, не ждете, что я поверю, будто это растет на…

— Я ничего не делал! Смотри, тут мякоть и прочее, — декан возбужденно взмахнул стручком.

Чудакулли взял другой стручок, поднес к уху и потряс, после чего тихо сказал: