Ходок - Василий Сахаров

Человечество живет стереотипами. Их много, и они разные. Все перечислять нет нужды, остановлюсь на одном.

Благодаря книгам, кинофильмам и компьютерным играм многие люди убеждены в непомерной крутости сотрудников спецслужб. Приятно наблюдать за действиями Джеймса Бонда или непобедимого российского спецназовца Мазура. Хочется верить, что где-то есть такие люди, сильные, смелые, правильные и способные выкарабкаться из любой безвыходной ситуации. Однако в реальной жизни все гораздо проще, причем не суть важно где — в России, Европе или США. Как и другие люди, самые обычные, агенты спецслужб и бравые спецназовцы имеют свои слабости, дорожат жизнью и мечтают о карьерном росте. Есть фанатики своего дела, которые отдаются профессии без остатка, но таких мало. Поэтому в основном приходится сталкиваться с сотрудниками и бойцами среднего уровня.

К чему это? К тому, что страха перед захваченными в плен «ветеранами ФСБ» я не испытывал и был уверен, что мне удастся их разговорить. И когда мы вывезли пленников за город, я приступил к делу и выбрал самого, на мой взгляд, сговорчивого. Отволок сорокапятилетнего грузного мужика в развалины заброшенной фермы, которая со всех сторон окружена кустарником, подвесил под потолком фонарь и отвесил ему пару хлестких пощечин.

Он пришел в себя, обвел взглядом развалины и дернул связанными руками. После чего перешел к угрозам:

— Вы знаете, кто я? У вас что, с головой плохо?! А ну развяжите меня! Немедленно! Вас в порошок сотрут! Где мой напарник?! Куда вы его дели?! Вам конец! Уроды! Дебилы! Развязывайте! Чего ждете?! Мы из Эф-Эс-Бэ! Я — майор Тынский!

Рядом со мной находился только Николаев, который надел на голову черную балаклаву и пару раз непроизвольно дернулся — слишком властный голос у пленника, — а я молчал. Слушал пленного и ждал, когда он заткнется. Второй «ветеран» в это время, связанный и с кляпом во рту, валялся в багажнике трофейного внедорожника под присмотром Костерина.

Наконец майор Тынский замолчал, и я стал его бить. Молча. Ногами. Без перерывов. Месил его, словно самого злого врага. Правда, без особого членовредительства. Головы не трогал. Поэтому большинство ударов пришлись на конечности и туловище. И продолжалось это до тех пор, пока майор не закричал:

— Хватит! Хватит! Я все скажу! Перестань!

Прекратив избиение пленника, я навис над ним и спросил:

— Кто вас послал?

— Наш начальник… Генерал Гурьянов…

— Генерал действующий?

— Нет… В отставке…

— Он контролирует портал на Кромку?

— Откуда ты знаешь про портал?

В глазах пленника было искреннее недоумение. Но я, конечно, не ответил, а вновь стал его бить. Несколько ударов — и майор завопил:

— Понял! Вопросы задаешь ты!

— Верно. Продолжаем. Гурьянов контролирует портал?

— Да…

— Как вы на нас вышли?

— В Гавриловом Посаде есть человечек… В администрации… Он присматривает за порталом… Заметил суету и позвонил куратору…

— Кто куратор?

— Мой напарник… Майор Дуров…

— Что дальше?

— Дуров доложил генералу… Он послал нас в Гаврилов Посад… Там взяли некоего Ахметшина… Поговорили с ним, и он указал на вас…

— Где сейчас Ахметшин?

— На нашей базе… В подвале…

— Где база?

— Под Суздалем… Страйкбольный клуб… Рядом портал… Точка перехода под присмотром, и можно держать себя в форме…

«Надо же, генерал использует ту же схему, что и я, туризм и развлечения, как прикрытие для работы», — промелькнула мысль, и допрос продолжился.

— Сколько людей знает о портале?

— Много…

Он соврал, а я это почувствовал и вновь его ударил.

— Отвечай честно.

— Точно не знаю… Гурьянов… Его дочь… Она тоже в теме… Все финансы на ней… И еще пять человек, отставные офицеры… Остальные исполнители или наемники…